Влияние жизнедеятельности Sus Scrofa L. на почвенно-растительный покров Карадагского природного заповедника

Л.П. Миронова, О.Г. Курочкина
Карадагский заповедник, Днепропетровский национальный университет, Украина

Реакклиматизированный в Крыму в 1957 году дикий кабан появился на территории ныне заповедной в первой половине 60-х годов, но встречался единично. Заповедный режим, действующий с августа 1979 года, ликвидировал фактор беспокойства, что вызвало рост численности кабана от 2-х особей на 1000 га в 1986 году до 25-ти — в 1999-ом и породило опасность негативных преобразований в почвенно-растительном покрове под влиянием жизнедеятельности этих животных.

Целостность и устойчивость природных комплексов, в значительной степени определяемых функционированием биологической системы «хищники-копытные-растительность», в Карадагском заповеднике нарушены, так как в трофической цепи отсутствует высшее звено – «крупные хищники». Уязвимость экосистем заповедника обусловлена также его экотонным положением, ограниченной площадью (20,73 км2 суши), высокой проницаемостью границ в связи с отсутствием соответствующей охранной зоны, предназначенной служить буфером для снижения негативных воздействий извне. В связи с этим в сезон охоты возрастает фактор беспокойства на территориях сопредельных с Карадагом, вызывая осенне-зимние миграции в пределы заповедника диких животных. В этот период резко увеличивается численность дикого кабана и пресс на почвенно-растительный покров, а результаты воздействия жизнедеятельности Sus scrofa L. на различные компоненты экосистем практически не изучены в условиях Юго-Восточного Крыма.

По данным наблюдений 1998-2000 годов установлено, что в заповеднике кабаны обитают несколькими стадами, придерживаясь лесных и лесостепных экотопов, но в поисках корма кочуют по всей территории. В весенне-летний период основу их корма составляют луковицы, клубни и корневища эфемеров и эфемероидов, а также надземные зеленые части растений и мезофауна. В этот период глубина пороев на степных участках от 6 до 30 см, на лесных – в среднем 9см. Осенью значительную часть пищевого рациона кабана составляют плоды терна, груши лохолистой, кизила обыкновенного и винограда с окружающих заповедник плантаций. В зимний период кормовая база включает желуди дуба пушистого, опавшие плоды груши лохолистной и фисташки туполистной, но, если урожай этих растений низкий, то кабан поедает подземные органы растений, в основном поликарпических трав.

Из травянистых видов в рационе кабана обычно присутствие луковиц эфемероидов: крокуса узколистного (Crocus angustifolius L.), подснежника складчатого (Galanthus plicatus Bieb.), пролеска двулистного (Scilla bifolia L.), тюльпана Шренка (Tulipa schrenkii Regel.), нектароскордиума ясенелюбивого (Nectaroscordum meliophilum Juz.); корневищ чистяка весеннего (Ficaria verna Huds.), пырея узловатого и азовского (Elytrigia nodosa (Nevski) Nevski, E. maeotica (Prokud) Prokud), козельца мягкого (Scorzonera mollis Bieb.), клубнелуковиц хохлаток Маршалла и Пачоского (Corydalis marschalliana Pers., C. paczoskii N. Busch.).

Порои кабана имеют, в основном, локальный характер и изъятие подземных частей растений по весу в среднем на 1 га незначительно, но систематически повторяющиеся воздействия на растительный покров снижают численность популяций отдельных видов, изменяя их возрастную структуру. Так на месте постоянных пороев в районе скалы Сфинкс Берегового хребта, по предварительным данным, численность популяции Tulipa schrenkii Regel. снизилась на 29,85%. Возрастная структура также преобразовалась: количество вергинильных экземпляров уменьшилось на 40%, имматурных – на 35,21%, ювенильных – на 12,28%, но число всходов ранней весной весьма обильно. Численность популяции Galanthus plicatus Bieb. на местах ежегодных пороев с 1986 года по 1999 год уменьшилась на 49,13%, при этом наблюдается на отдельных участках преобладание вегетативного размножения над семенным. Общее же количество особей подснежника складчатого практически не изменилось, так как на территории заповедника расширилась площадь распространения вида.

Трофическая деятельность кабана, при высоком поголовье оказывает существенное влияние на структуру и продуктивность травянистых сообществ. Так, на отдельных участках в типчаково-дубравниково-бородачевой настоящей степи площадь разновозрастных пороев составила в 2000 году около 40%, а в пырейно-лисохвостово-лобазниковой луговой степи – 60%, что вызвало появление оголенных участков почвы и снижение общего проективного покрытия травостоя в среднем от 60 до 40% (местами до 20%) в настоящей степи и от 90 (со мхом и лишайником — 100) до 70% в луговой степи. Существенно изменилась роль и степень участия в сложении этих сообществ большинства видов. По данным Е.Ю. Кузнецовой и Л.П. Мироновой (2001) на местах систематических пороев отмечается уменьшение величины коэффициента встречаемости в составе сообщества Linum nervosum на 11%, Medicago romanica на 22%, Teucrium polium на 16%, Scorzonera mollis Bieb. на 10% в настоящей степи; Dianthus capitatus — на 44%, Medicago romanica – на 33%, Buplerum marschallianum – на 23%, Alopecurus vaginatus – на 12% — в луговой степи. Увеличение значимости видов по коэффициенту встречаемости в настоящей степи отмечается для Stipa pontica на 31%, Bothriochloa ischaemum на 18%, Linaria pontica на 37%, Thymus tauricus на 13%, Teucrium chamaedrus на 11%, Stachys cretica на 12%. В травостое луговой степи характерно возрастание численности Elytrigia trichophora на 35%, Silene italica на 39%, Adonis vernalis и Linum nervosum — на 16%, Eryngium campestre – на 12%. Отмечается уменьшение величины зеленой фитомассы в настоящей степи по сравнению с 1984 годом с 15, 2 ц/га до 11,7 ц/га в 2000, а в луговой степи возрастание с 23,1 ц/га до 25,9 ц/га. В структуре общей биомассы доля ветоши и подстилки (мортмассы) увеличилась в настоящей степи с 54% до 69% и в луговой степи — с 59% до 67%. Порои дикого кабана, преобразуя почвенно-растительный покров, вызывают активизацию сукцессионных процессов залежного типа и усиление роли антропофильных растений.

Заметно преобразование кабаном структуры почвенного покрова в процессе пороев: при разрыхлении почвы нарушается гидротермический баланс между почвой и растительностью; на пороях до 3-х месяцев отмечается снижение испарения и увеличение водопроницаемости на 28,6 –131,2%, что способствует задержанию дождевой влаги. Поэтому на свежих пороях влажность почвы на 6,16-12,75% больше, чем на неповрежденных участках. Однако на старых пороях (более 1 года) влажность ниже, чем на участках с ненарушенной растительностью на 12,57-17,33%, так как на длительно оголенных местах идет иссушение. На годичных пороях порозность коричневых почв (наиболее распространенных на территории заповедника под степными сообществами) в верхнем (0-5см) горизонте может уменьшаться на 70,54%.

Роющая деятельность кабана ведет к перераспределению гумусного горизонта. Нижние слои почвы на свежих пороях обогащаются органическим веществом, вызывая увеличение мощности гумусного горизонта, уменьшение содержания гумуса в верхних (0-10см) горизонтах на 6,52-17,18% и увеличение в нижних (10-20 см) на 2,36-36,05%. На старых пороях количество гумуса в верхнем горизонте восстанавливается и, по сравнению со свежими пороями, на старых — содержание гумуса в горизонте 0-5см увеличиваетсяв 1,13 раза.

Таким образом, жизнедеятельность кабана в настоящее время в Карадагском природном заповеднике является мощным фактором воздействия на почвенно-растительный покров, оказывая разнообразное и неоднозначное влияние на его состав и структуру, объективная оценка которого требует многолетних наблюдений.


Zoocenosis — 2001
 Структура і функціональна роль тваринного населення в природних та трансформованих екосистемах: Тези I міжнародної конференції, 17-20 вересня 2001. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2001. – С. 174-176.

Розповісти колегам:

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники