К фауне кровососущих комаров (Diptera: Culicidae) Урала и сопредельных территорий

УДК 574.36:595.771

Н. В. Николаева*, А. В. Гилев*, Т. А. Пименова**

*Институт экологии растений и животных УрО РАН, г. Екатеринбург, Россия,
E-mail: zoovginnv@pm.convex.ru
**Центр гигиены и эпидемиологии в Свердловской области, г. Екатеринбург, Россия

Ключевые слова: кровососущие комары, региональные фауны, изменения во времени

ON THE FAUNA OF SANGUIVOROUS MOSQUITOES
(DIPTERA: CULICIDAE) OF URAL AND ADJACENT TERRITORIES

N. V. Nikolaeva*, A. V. Gilev*, T. A. Pimenova**

*Institute of Plant and Animal Ecology of the Ural Branch of RAS, Ekaterinburg, Russia,
E-mail: zoovginnv@pm.convex.ru
**Center of Hygiene and Epidemiology of Sverdlovskaya Province, Ekaterinburg, Russia

Key words: bloodsucking mosquitoes, regional fauna, time variations

Проблемы зоогеографии и закономерностей изменения биологического разнообразия насекомых издавна привлекают внимание исследователей (Крыжановский, 2002). Анализ большого числа публикаций, посвященных вопросам зоогеографии и территориальной экспансии кровососущих комаров (Николаева, 2005), приводит к выводу о сложном взаимодействии текущих изменений регионального климата с различными социально-экономическими изменениями в использовании человеком окружающей среды, что вызывает существенные перемены в видовом составе и обилии кулицид в современных ландшафтах. Несомненно, такое взаимодействие основных фаунообразующих факторов имело место на протяжении всего исторического периода, что и обусловило основные закономерности географического распространения и зональные особенности разнообразия их локальных сообществ (Гуцевич и др., 1970; Jillett, 1971). Отдавая должное интересным результатам анализа биоразнообразия кулицид Урала и Западной Сибири, полученным с использованием индексов разнообразия и видового сходства (Некрасова и др., 2002, 2004, 2005), мы присоединяемся к мнению С. Л. Есюнина (2005) о том, что более информативным для решения фундаментальных вопросов зоогеографии и экологии является качественный анализ самих фаунистических списков. При этом следует учитывать как объем исследованных выборок комаров и длительность проведенного мониторинга их локальных фаун, так и использование корректных определительных таблиц, включающих сегодня данные молекулярно-генетической диагностики видов (Reinert, Harbah, 2005).

Исследования фауны и экологии кровососущих комаров, проведенные нами в 1972–2004 гг. в различных точках Ямало-Ненецкого (ЯНАО) и Ханты-Мансийского (ХМАО) автономных округов, а также в Свердловской области, наряду с анализом коллекционных материалов ЗИН РАН (г. Санкт-Петербург) и ИСиЭЖ СО РАН (г. Новосибирск) и литературных источников позволили существенно дополнить региональные списки видов для 6 административных территорий в составе Уральского Федерального Округа (УрФО) и прилегающих к ним Пермской, Оренбургской областей и Башкирии (Николаева, 2002; Николаева, Гилев, 2004). В настоящей работе использованы также данные по фауне кулицид Удмуртии (Муканов, 1987) и Республики Коми (Остроушко, 1987, 1992). Всего нами проведено более 20 тысяч количественных учетов личинок и имаго комаров с использованием разных методов, определено свыше 356 тыс. особей.

Можно утверждать, что фауна кровососущих комаров этого обширного региона Российской Федерации включает 58 видов, или 54,2 % от всей фауны страны, в том числе: республики Коми – 32, Удмуртии – 32, Башкирии – 32, Пермской области – 36, Свердловской – 46, Челябинской – 34, Оренбургской – 30, Тюменской (вместе с ЯМАО и ХМАО) – 43, Курганской области – 32 вида. Фауна регионов, расположенных на западном макросклоне Урала, включает 44 вида комаров, а на восточном – 49, при этом различия обусловлены распространением 10 видов. Считаем правомочным включение в фаунистический список Пермской области Culiseta (C.) glaphyroptera Schiner, 1864, а в список Свердловской области – Culiseta fumipennis Stephens, 1825, отмеченных там Ю. М. Колосовым в 1928 и 1936 гг. Кроме того, в списке Свердловской области следует сохранить редкий вид Aedes (O.) hungaricus Mihalyi, 1955, найденный в 70-х годах прошлого века Н. А. Зраенко с коллегами и включаемый в фаунистические списки Европы как валидный вид. В результате наших исследований в ЯНАО впервые для РФ был обнаружен Aedes (O.) churchillensis Ellis et Brust, 1973, ранее описанный для севера Канады (Николаева, 1993). Ревизия ранних сборов с использованием новых диагностических ключей показала присутствие в составе фауны комаров южной тундры и лесотундры Ямала Aedes (O.) punctodes Dyar, 1916, а северотаежных районов ЯНАО (Уренгой, Юганский заповедник) – Aedes (O.) implicatus Vockeroth, 1954.

Методами морфологического и цитогенетического анализа впервые установлено присутствие Anopheles (A.) beklemishevi Stegni et Kabanova, 1976 в фауне Свердловской области, ЯНАО (Уренгой) и ХМАО (Юганский заповедник). Результаты цитогенетического и молекулярно-генетического анализа (Lee, 2002) позволяют исключить из видового списка комаров Свердловской области малярийного комара Anopheles (A.) maculipennis Meigen, 1818. Фауна Курганской области дополнена видами Aedes (O.) stramineus Dubitzky, 1970 и Aedes (O.) mercurator Dyar,1921; последний из них обнаружен также на юге Тюменской и Свердловской (г. Екатеринбург) областей. Среди новых для обсуждаемых территорий видов комаров стоит указать Culex (N.) martinii Medschid, 1930, найденного в Оренбургской области (Степин, 2001), а также Aedes (A.) geniculatus Oliver, 1791 и Anopheles (A.) plumbeus Stephens, 1828 – в Челябинской области (Кутузова, 2002). Для г. Екатеринбурга и его окрестностей нами впервые отмечены, наряду с A. beklemishevi и Ae. mercurator, также Ae. (O.) caspius Pallas, 1771, Ae. (O.) detritus Haliday, 1833, Ae. (O.) sticticus Meigen, 1838, Ae. (O.) nigrinus Eckstein,1918, Ae. (O.) euedes Yoward, Dyar et Knab, 1917, Ae. (A.) rossicus Dolbeshkin, Gorickaja et Mitrofanova, 1930, Culiseta (A.) longiareolata Macquart, 1838, C. (C.) annulata Schrank, 1776, C. (C.ochroptera Peus, 1935, Culex torrentium Martini, 1925, C. (C.) pusillus Macquart,1850. На примере хорошо изученной на сегодня Свердловской области заметно увеличение видового разнообразия кулицид: от 24 видов, описанных Ю. М. Колосовым (1928, 1936), и 30 видов, приведенных Н. А. Зраенко в 1974 г., до 46 видов в 2004 г. (в том числе от 22 до 41 вида на административной территории Екатеринбурга).

Многолетний мониторинг показал, что максимальное видовое разнообразие комаров наблюдалось здесь в период 1986–1992 гг. и заметно сократилось после 1998 г. Частично это можно отнести за счет возросшей изменчивости климата, чередования контрастных по температуре и уровню увлажнения сезонов, а также – за счет интенсификации инсектицидных и акарицидных обработок, особенно – на территории Екатеринбурга. Кроме того, в личиночных сообществах кулицид отмечена высокая доля крупных видов рода Aedes в первый из указанных периодов и низкая – во второй. У комаров описаны сукцессии, проявляющиеся прежде всего в смене видов–доминантов: от 4 до 20-летних (Трухан, 1980; Wegner, 1979, 1999; Kline, 1988). Хотя механизмы таких преобразований остаются неясными, изменение климатических трендов и антропогенная сукцессия водных экосистем считаются наиболее вероятными инициирующими факторами. Можно ожидать, что в современную эпоху драматических изменений климата и трансформации ландшафтов темпы преобразования региональных фаун кровососущих комаров будут неизбежно возрастать.


Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – С. 288-290.

Розповісти колегам:

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники