Факторы, влияющие на выбор медведями деревьев для мечения и их приуроченность к посещаемым животными местам

УДК 599.742.2:591.5

И. В. Середкин

Тихоокеанский институт географии ДВО РАН, Общество сохранения диких животных,
Владивосток, Российская Федерация, seryodkinivan@inbox.ru

FACTORS INFLUENCING SELECTION OF MARK TREES BY BEARS,
AND RELATION OF MARK TREE LOCATION TO BEAR PRESENCE

I. V. Seryodkin

Pacific Geographical Institute FEB RAS, Wildlife Conservation Society,
Vladivostok, Russia, seryodkinivan@inbox.ru

Маркировочная деятельность медведей – широко распространенное явление, имеющее внутрипопуляционное и межвидовое коммуникативное значение. Главными объектами маркировки являются деревья. Материал по маркировочной деятельности медведей собирали в 1998–2003 гг. на Сихотэ-Алине в разных районах Приморского края (юг Дальнего Востока России), по большей части в Сихотэ-Алинском заповеднике и его окрестностях.

На маршрутах описывались все маркировочные деревья и следы мечения, оставленные бурым (Ursus arctos Linnaeus, 1758) и гималайским (U. thibetanus G. Cuvier, 1823) медведями. Разделить следы мечения медведей двух видов сложно и в ряде случаев не представлялось возможным. Однако известно, что бурый медведь по сравнению с гималайским проявляет значительно большую маркировочную активность. Общая протяженность маршрутов по тропам, на которых имелись маркировочные деревья, составила 210 км; кроме того, меченые деревья отмечались при случайном их обнаружении вне маршрутов.

Все обнаруженные деревья, несущие следы маркировки медведей (почесы, шерсть, повреждения коры, откусанные и заломанные ветви, следовые метки) описывались по определенной схеме. Всего описано 674 маркировочных дерева. На меченых медведями деревьях отмечались повреждения коры и древесины, не связанные с маркировочной деятельностью животных, в том числе и антропогенного характера. Определялась сравнительная давность этих повреждений и следов мечения с целью определения возможных факторов, влияющих на маркировочную актив­ность медведей. Отмечался характер троп или дорог, на которых были описаны «медвежьи» деревья: звериные тропы, тропы, используемые человеком и животными, лесные дороги. Известно, что смола хвойных деревьев привлекает медведей и может провоцировать их маркировочную реакцию. Выделение живицы вследствие антропогенного травмирования деревьев и связанная с этим марки­ровочная деятельность медведей – распространенное явление (Пажетнов, 1979; Руковский, 1987; Рыков, 1987; Пучковский, 1998; Jamnicky, 1987). На Ярском стационаре в Удмуртии 39 % «мед­вежь­их» деревьев имели повреждения, связанные с деятельностью человека (Пучковский, 1998).

Среди обнаруженных нами маркировочных деревьев 66 % имели затески на стволах, сделанные человеком. Доля «медвежьих» деревьев с затесками, расположенных на тропах или дорогах, была еще выше (77,2 %). В двух случаях, затесок на маркировочных деревьях не было, но у деревьев были обрублены человеком нижние ветви со стороны тропы, что открыло медведям доступ к стволам при маркировке. Еще в одном случае медведи начали метить дерево после того, как со ствола пихты техникой была содрана кора при прокладке дороги. Очевидно, повреждения деревьев в результате деятельности человека способствуют их вовлечению в маркировочную деятельность медведей и активизируют мечение уже использовавшихся ранее для этой цели деревьев.

Выбор деревьев для мечения медведями может происходить по причинам не связанным с деятельностью человека. Среди таких причин можно выделить следующие: маркировка деревьев другими животными, повреждения деревьев животными и повреждения деревьев под действием естественных природных сил. 53,6 % меченных медведями деревьев имели следы маркировки, оставленные амурскими тиграми (почесы, царапины и мочевые пятна); на 20,3 % деревьев были следы маркировки кабанов (почесы и содранная клыками кора). Часто кабаны повреждают деревья расположенные вблизи их купален. Медведи, проходя мимо, также оставляют на них свои метки. Вероятно, ольфакторные метки, шерсть и повреждения, оставленные другими видами зверей способны вызывать у медведей активацию маркировочной деятельности.

В 21 случае установлено, что медведи начали маркировать пихты после того, как гималайские медведи сдирали с них кору для питания камбием. Дважды на меченых медведями хвойных деревьях были повреждения от рогов изюбрей. Еще в одном случае медведя, видимо, привлекли выделяющиеся участки коры на тополе Максимовича, образовавшиеся в результате деятельности дятлов, добывавших насекомых. Спровоцировать медведей на маркировку могут также подсочки на березах, оставленные медведями при питании соком. Такие повреждения (закусы ствола на высоте 20–130 см) присутствовали на нескольких маркировочных березах. Два хвойных дерева стали маркироваться медведями после того, как их стволы лопнули под силой тяжести вдоль, и из образовавшихся повреждений выступила смола. Замечено, что медведи в качестве маркировочных объектов часто выбирают выделяющиеся в лесу деревья. Отдельно стоящие среди дубов березы плосколистные выделяются среди других деревьев белым цветом коры, и медведи избирают их для мечения. По всей видимости, внимание медведей привлекают отдельно стоящие на относительно открытых местах выделяющиеся из общего фона деревья. Даже, если такие деревья стоят в стороне от тропы, животные подходят к ним и оставляют метки. В случаях усыхания маркировочных деревьев вследствие их интенсивного использования животными, медведи выбирали для мечения рядом стоящие живые деревья взамен отслужившим.

Только 6,4 % обнаруженных маркировочных деревьев были расположены вне троп или дорог. На тропах, используемых как человеком, так и животными зафиксировано 78,3 % меченых деревьев, на звериных тропах – 8,5 % и на лесных дорогах – 6,8 %. В Сихотэ-Алинском заповеднике медведи часто маркировали деревья на маршрутных тропах, а на территориях охотничьих хозяйств – на путиках охотников. Вдоль троп такого рода, наличие на деревьях частых затесок и вследствие этого выделений смолы, способствовало маркировочной деятельности медведей. Таким образом, тропы, эксплуатируемые человеком, являются для бурого медведя важными линейными зонами для внутривидового общения.

Привязка медвежьих деревьев к тропам, используемым людьми и животными характерна для всех регионов (Флеров, 1929; Пажетнов, 1979; Грачев, Смирнова, 1982; Руковский, 1987; Рыков, 1987; Данилов, 1991; Завацкий, 1991; Крашевский, 1991; Бобырь, Онипченко, 1993; Берзан, 1996; Пучковский, 1998; Grinell et al., 1937; Seton, 1937; Burst, Pelton, 1983; Jamnicky, 1987). Большинство троп расположено в местах, удобных для перемещения, и это обстоятельство также влияет на распределение маркировочных объектов. Наличие в долине горной реки или ключа одной тропы способствует перемещению медведей по одному маршруту и облегчает их коммуникацию. В долинах небольших ключей на Сихотэ-Алине терраса, как правило, довольно узкая и животные вынуждены ходить одним путем, натаптывая при этом тропы. На таких звериных тропах часто имеются маркируемые медведями деревья. Расположение медвежьих деревьев вдоль троп увеличивает эффективность вовлеченности деревьев в коммуникативную деятельность животных, облегчает медведям их обнаружение (Burst, Pelton, 1983).

Помимо троп, маркировочные деревья могут быть приурочены к различным природным объектам. На Каплановских солонцах в Сихотэ-Алинском заповеднике по периметру трех зверовых солонцов естественного происхождения были обследованы деревья и обнаружены 10 маркировочных деревьев. Меченые медведями деревья отмечены также вблизи кабаньих купален. По сообщениям ряда исследователей медведи маркируют деревья в местах удачной охоты или близ падали (Штарев, 1974; Грачев, 1987; Пучковский и др., 1990; Вишневский, 1991; Арамилев, Солкин, 1993). Метят деревья медведи также на нерестовых реках в период кормления лососями (Берзан, 2001; Чернявский, Кречмар, 2001; Середкин, Пачковский, 2006).

Исследования показали, что деятельность человека значительно влияет на маркировочную активность медведей, а значит на поведение и экологию животных. Важнейшим фактором, влияющим на выбор медведями деревьев для мечения, являются повреждения, оставленные человеком. Основными местами коммуникации зверей посредством маркировки являются тропы и дороги антропогенного характера. Данные приспособления медведей – один из примеров их адаптации к антропогенному изменению среды обитания.

Изучение коммуникативных систем медведей перспективно для совершенствования мониторинга в их популяциях, существующих на особо охраняемых и «опромышляемых» территориях (Пучковский, 2005). Для ведения эффективного управления популяциями медведей и их сохранения необходимы знания о социальном поведении животных и их экологии. С другой стороны необходимо учитывать, какое влияние оказывает деятельность человека на структуру и функционирование популяций животных. Познание маркировочного поведения медведей – важный аспект в понимании обозначенных вопросов.


Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 361-363.

Розповісти колегам:

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники