УДК 598.2/.9:504.54.05

О. И. Станкевич

ЭкоНПО «ЭКОСФЕРА», г. Ужгород, Украина, E-mail: ostankevych@hotmail.com

Формирование фауны и населения птиц населенных пунктов происходит в результате процессов урбанизации (активного вселения в урболандшафт) и синурбизации (приобретения специфических экоэтологических черт) видов. Урбанизация и синурбизация вида – параллельные процессы, иногда опережающие друг друга, но все же, отражающие разные явления.

На протяжении последних десятилетий наблюдаются инвазии многих видов птиц, успешно захватывающих все новые территории. Характерно, что расселение таких видов происходит через урбанизированные ландшафты, а данные инвазийные виды обладают набором, так называемых, «городских» эколого-поведенческих черт.

Урбанизация вида происходит поэтапно через (Храбрый, 1984):

– временные залеты в городские биотопы и пребывание в них длительный период;

– временные, но регулярные остановки в городах в период весенне-осенних миграций;

– зимовки в городских биотопах;

– питание с использованием также антропогенных кормов;

– гнездование птиц в городских биотопах.

Таким образом, критериями, определяющими степень урбанизированности вида городского ландшафта, могут выступать следующие характеристики:

– характер и место пребывания вида в городе;

– использование гнездовых ресурсов города;

– использование кормовых ресурсов города (Станкевич, 2002).

Используя данные критерии, мы можем определить степень урбанизации интересующего нас вида, применительно к конкретному городу, расположенному в конкретной зоогеографической зоне, отличающемуся ландшафтно-архитектурными, возрастными, историко-культурными характеристиками, своеобразием антропогенного воздействия на окружающую среду и т. д. (Луговой, Станкевич, 2000).

Под термином синурбизация мы понимаем качественные изменения в экологии и этологии видов, происшедших вследствие жизни в урбанизированной среде. Такие адаптации представлены в следующих в формах (Станкевич, 2002; Andrzejewski et all., 1982):

– увеличения плотности популяции;

– появления оседлости у перелетных видов;

– уменьшения «дистанции вспугивания» в отношении к человеку;

– уменьшения пугливости в отношении к техногенному шуму;

– использования антропогенных кормов;

– использования искусственных материалов и выбор необычных мест для гнездовий;

– появления колониальности у неколониальных видов;

– изменения фенологии и суточной активности;

– увеличения репродуктивного цикла;

– увеличения агрессивности к особям своего вида (отмечается у некоторых родов, например Larus, Turdus).

Зачастую синурбизация вида является следствием его урбанизации: вид постепенно (поэтапно) проникает в новую для себя среду обитания, приобретая специфические эколого-этологические черты, позволяющие орнитологам определять его как «городской». Примером этого может послужить процесс урбанизации и синурбизации черного дрозда Turdus merula L. в г. Ужгороде, который еще в начале ХХ века был типичным перелетным лесным видом Закарпатья и не обитал в черте города (Грабар, 1997), но уже в 1960-х гг. эту птицу встречали на гнездовании в пригородных садах и виноградниках, а также в городском парке на зимовке (Талпош, 1976). Сейчас черный дрозд – обычный оседлый вид, гнездящийся и в застроенной части города (Станкевич, 2000).

Тем не менее, в наше время нередко наблюдаются и обратные явления, когда уже синурбизированный вид успешно заселяет урбанизированные ландшафты. К примеру, известны процессы расселения южных видов птиц Европы (кольчатой горлицы Streptopelia decaocto Friv., сирийского дятла Dendrocopos syriacusHemp., канареечного вьюркаSerinus serinusPall.) вследствие расширения ареала в северо-восточном направлении, а также представителя сибирского типа фауны дрозда-рябинника Turdus pilaris L. в юго-западном направлении. Во всех случаях расселение шло посредством урбанизированных ландшафтов: новый вид заселял исключительно населенные пункты, за сравнительно короткое время разрастаясь в численности и практически не проникая в собственно природные биотопы.

Эколого-поведенческие особенности этих чужеродных для коренной фауны видов свидетельствовали о том, что на новые территории вселялись уже синурбизированные («городские») популяции, хорошо приспособленные к существованию в непосредственной близости человека.

Таким образом, следует полагать, что освоение городов птицами происходит в результате процессов урбанизации и синурбизации аборигенных видов, с одной стороны, и в результате инвазии чужеродных видов, то есть, видов-адвентистов, уже адаптированных к условиям урбосреды, с другой стороны. Так, например, в настоящее время в литературе достаточно хорошо описана урбанизация и синурбизация черного дрозда в городах Западной и Центральной Европы, волны которой во второй половине ХХ века захлестнули Прибалтику (Идзелис, 1986) и Западную Украину (Татаринов, 1988; Бокотей, 1991; Станкевич, 2000). Существование же черного дрозда в Киеве – пример успешной интродукции (искусственной инвазии) уже синурбизированного вида (Костюшин, 1983): известно, что в городах Центральной Украины аборигенная популяция черного дрозда находится на начальных стадиях процесса урбанизации (Луговой, Станкевич, 2000).

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 263-265 .

УДК 598.2

А. В. Наумчик, Ю. В. Шауро

Витебский государственный университет им. П. М. Машерова, г. Витебск, Беларусь

Территория республики Беларусь, начиная с 1930-х гг., подверглась значительному антропогенному воздействию, выразившемуся в строительстве крупных водохранилищ, рыбхозов, разработке торфяных болот с целью добычи торфа для хозяйственных нужд, проведении осушительной мелиорации и других работах. Эти преобразования привели к существенному изменению в структуре животного населения и в большей степени затронули состав сложившихся орнитокомплексов, причем численность одних видов стала неуклонно снижаться, других же, наоборот, увеличиваться.

Наши исследования проводились на низинном трансформированном болоте вблизи г. Витебска. Площадь болота – 64 га. Начиная с 1938 г., в течение 15 лет здесь производилась добыча торфа для местного кирпичного завода. После окончания торфоразработок других мелиоративных работ не проводилось. Впоследствии здесь сформировался своеобразный растительный комплекс с участками открытой воды и невыработанными «гривами» торфа, заросшими разнообразной болотной растительностью. По краю болота произрастает древесная растительность из березы, ольхи серой и черной, различных видов ив. Здесь много сплавин, как находящихся в центре болота, так и идущих от берегов. Доминантами среди береговых макрофитов являются рогоз широколистный, рогоз узколистный и тростник, играющие первостепенную роль в сплавинообразовании. Из других растений встречаются камыш озерный, кипрей болотный, ирис аировидный, вахта трехлистная, аир, подмаренник, пушица влагалищная и различные виды осок.

Наличие разнообразных биотопов, благоприятных для строительства гнезд, хорошая кормовая база, как в городе (у ящиков с пищевыми отходами), так и вокруг него, включая городскую свалку, поля, луга, реки, близлежащие озера, делают стабильным пищевой рацион для птиц и способствуют высокой плотности их гнездования.

На болоте зарегистрированы на гнездовании 27 видов птиц, принадлежащих к 7 отрядам. Преобладают птицы водно-болотного комплекса, и только ворона и сорока, не связанные с водными угодьями, гнездятся по краю болота, так как находят здесь хорошую кормовую базу.

Из отряда ржанкообразные наиболее многочисленна озерная чайка. Впервые загнездилась в 1972 г. в количестве 16 пар, в последующие годы отмечался рост ее колонии вплоть до 1991 г., затем наступила стабилизация и в 2002 г. учтено 4 600 пар. Колония располагается в центре болота, преимущественно на сплавинах, плотность гнездовая в центре 4,2 гнезд/м², по направлению к периферии – уменьшается. Участок самой большой сплавины, занимаемый колонией, плотно заросший рогозом широколистным, служит хорошим гнездовым биотопом. Строительным материалом для гнезд служат прошлогодние листья рогоза и тростника. Прилетает озерная чайка на гнездовья рано, в третьей декаде марта. Ранние сроки прилета обусловлены ее приспособленностью к добыче корма на свалках, в местах первичной переработки молока, у животноводческих комплексов, звероферм рыбхозов.

Сизая чайка гнездится по периферии колонии озерной чайки. Расстояние до ближайших гнезд составляет 15–25 м. Гнездовой биотоп – одиночные небольшие сплавины площадью 5–15 м² или отдельные осоковые кочки. Численность вида подвержена колебанию: в 1996 г. учтено 12 пар, в 2000 г. – 9, в 2001 г. – 11, в 2003 г. – 7 пар. Прилетает несколько позже озерной и на местах гнездования появляется в конце марта. Гнездовой период заканчивается в середине июля. После подъема молодых на крыло птицы кочуют по полям, задерживаясь в поймах рек, на водохранилищах и рыбоводных прудах.

Из крачек гнездятся черная, белокрылая и речная крачки. По численности преобладает черная (в 2000 г. гнездилось 36 пар), в последние три года отмечается тенденция к снижению ее плотности. Одной из причин этого является постоянное беспокойство птиц рыболовами–любителями. Колония ее размещается в юго-западной части болота на осоковых кочках, защищенных полосой тростника от волнобоя. Реже их гнезда встречаются на прошлогодних прибитых к сплавине стеблях тростника и камыша. Численность же белокрылой крачки невелика и в отдельные годы количество гнездящихся пар не превышает 5–7. Речная крачка предпочитает небольшие сплавины рогоза широколистного, площадью 3–5 м², а гнезда размещаются в основном по периферии с небольшим количеством строительного материала. Максимальная ее численность была отмечена в 1999 г. – 16 пар, а в 2003 г. учтено только 4 пары.

Из утиных птиц на гнездовании обычны кряква, чирок-свистунок, чирок-трескунок, хохлатая чернеть, красноголовый нырок и серая утка. По плотности гнездования кряква преобладает среди других видов. Ее гнезда встречаются более-менее равномерно по всему болоту и на отдельных небольших сплавинах, не связанных с берегом. Максимальное количествогнезд обнаружено в 2001 г. – 26. В меньшем количестве регистрируется красноголовый нырок и хохлатая чернеть; их гнезда располагаются в большей степени в колонии озерной чайки. В 2002 г. этих птиц было учтено 9 и 14 пар соответственно, а другие виды уток имеют небольшую численность.

Из отряда журавлеобразные наиболее многочисленна лысуха. В последние 10 лет отмечена тенденция роста ее популяции. Так, в 1993 г. на болоте было обнаружено 15 гнезд, в 1997 г. – 20, в 2000 г. – 27, в 2003 г. – 31 гнездо. Из других представителей этого отряда встречены на гнездовье камышница, пастушок, погоныш, но плотность их гнездования невысока.

Среди хищных птиц отмечен на гнездовье только болотный лунь. Гнезда устраивает на заломах рогоза или тростника. В 1998 г. было учтено 2 гнезда, располагавшихся в северной и южной частях болота, а в последние годы гнездится только одна пара в южной части. В гнездовой период разоряет кладки других видов птиц, а позднее охотится на птенцов, преимущественно озерной чайки.

Из отряда воробьинообразные встречаются на гнездовании желтая, белая и желтоголовая трясогузки. Их гнездовые биотопы находятся вокруг болота на небольших лужайках, по численности преобладает желтая трясогузка, в 2001 г. учтено 9 пар.

Из семейства славковые обнаружены гнезда камышевки-барсучка, болотной, тростниковой и дроздовидной камышевок. Колебание их численности по годам практически незначительно: в 2003 г. учтено камышевки-барсучка 18 пар, болотной камышевки – 5, тростниковой – 4, дроздовидной – 13 пар.

Из видов, включенных в Красную книгу республики Беларусь, зарегистрированы на болоте лебедь-шипун (впервые он начал гнездиться в 1997 г., ежегодно регистрируется одна пара) и выпь большая (обнаружена в количестве двух пар, ее гнезда находились в густых зарослях рогоза широколистного с куртинами тростника).

Высокая плотность гнездящихся птиц на исследуемом болоте оказывает существенное влияние на химический состав воды. Так, содержание азота аммонийного в местах гнездования птиц превышает предельно допустимую концентрацию в 2,6 раза, нитритов – в 2,8, марганца – в 3,2, железа общего – в 1,9 раза. С небольшим превышением отмечены сульфаты, хлориды, нитраты, свинец, молибден общий, кадмий, кальций, магний, мышьяк, селен, аммиак. Наиболее существенное влияние на гидрохимический режим водоема оказывают колониальные виды: озерная чайка, сизая чайка, черная крачка, а также виды, имеющие высокую плотность гнездования. Возможность использования органических форм фосфорсодержащих веществ пока еще окончательно не установлена, однако известно, что эти соединения способны быстро минерализоваться, в результате чего образуются доступные растениям фосфаты. Определенное значение имеют и углеводы, входящие в состав экскрементов птиц. Установлено, что в присутствии углеводов у одноклеточных водорослей усиливается обмен веществ, интенсивнее происходит деление клеток и накопление сухого вещества.

Исходя из вышеизложенного, следует отметить, что на трансформированном болоте сформировался своеобразный орнитокомплекс с высокой плотностью гнездования ряда видов птиц. Некоторые из них имеют высокую численность, оказывают существенное влияние на трансформацию органического вещества и имеют важное хозяйственное значение.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 233-235.

УДК 598.2

И. А. Кривицкий

Харьковский национальный университет, г. Харьков, Украина

Урбанизация среди представителей класса птиц продолжает приобретать широкое распространение, что отражено во многих современных публикациях орнитологов.

С незапамятных времен благоприятные условия обитания в соседстве с человеком способствовали формированию комплекса птиц, постоянно проживающих в городах или факультативно пользующихся этим соседством. Перечни птиц, избравших город местом своего обитания, для разных районов и природно-климатических зон обширны, зачастую это десятки видов, составляющих значительную часть региональных орнитофаун. Истоки явления разнообразны и нередко отражают социально-экономические, исторические процессы. В значительной мере это справедливо и для трудно объяснимого массового в последние годы заселения птицами – дуплогнездниками центральных районов города Харькова.

Харьков, с двухмиллионным населением, мощной промышленностью и огромной сетью транспортных коммуникаций, пребывает в ряду наиболее озелененных городов Украины, чем он не выделялся ни в дореволюционные, ни в довоенные годы. В зимы 1941–1943 гг. бедствующее население оккупированного города значительную часть древесных насаждений в целях обогрева жилищ сожгло. В первые же послевоенные годы на волне возрождения городского хозяйства были созданы питомники, в кратчайший срок обеспечившие коммунальные службы практически неограниченным посадочным материалом – сотнями тысяч саженцев быстрорастущих пород: тополя черного, серебристого и пирамидального, американского и остролистого кленов, конского каштана и белой акации. В середине пятидесятых годов, благодаря усилиям государственных служб и энтузиазма общественности, город обрел зеленый наряд улиц, новых скверов и парков.

По истечение полувека насаждения недолговечных древесных пород достигнув предельного возраста и превратившись в проблему для коммунальников, составили отличную базу для птиц, гнездящихся в дуплах. В течение последнего десятилетия городские насаждения, в том числе и его центральную часть начали энергично заселять ранее не встречавшиеся здесь лесные виды. Разрушение коры и древесины, дуплистость, стимулируемые загрязнением атмосферы города и развитием на этой основе разрушающих древесину грибов, вредных насекомых коснулось практически всех насаждений Харькова. В настоящее время в пределах центра города гнездятся все местные виды пестрых дятлов, включая малочисленных даже в естественных биотопах среднего и малого. Седоголовый дятел и вертишейка, пищуха и поползень стали непременными обитателями насаждений скверов, бульваров. То же касается большой синицы и лазоревки. С весны 2001 г. идет массовое заселение уличных и дворовых насаждений мухоловкой белошейкой. Мало требовательный к избираемым местам гнездования вид, поселяющийся в любых дуплоподобных дефектах стволов даже самого малого диаметра, белошейка сразу же составила конкуренцию синицам. Плотность поселения этих птиц неестественно высока в сравнении с обычной в условиях леса.

Можно предполагать, что наблюдаемое явление – только начало процесса, препятствий которому в обозримом будущем не предвидится по причинам, с одной стороны, отсутствия в муниципальном бюджете средств на ротацию отживших насаждений, с другой, в связи с продолжительностью сроков проведения таких работ. Существующие стратегия и технологии формирования, содержания, и реконструкции городских насаждений, ориентированы на долголетие древесных культур, их декоративную ценность, и выполнение этих программ рассчитано на десятилетия чисто по технологическим причинам. Как ни одна сфера деятельности коммунального хозяйства города, озеленение наиболее подчинено глобальным событиям в государстве (войны, революции, преобразования в экономике и т.п.), не способствующим реализации планируемых долгосрочных работ. Озеленение таких городов гигантов как Харьков, по сути, полностью покрытого насаждениями, сопряжено с огромными материальными и техническими сложностями. В отдельные периоды в зеленом строительстве города имели место некие «пики», судя по чему можно предполагать отсутствие какой либо целостной программы проведения этих работ.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 214-215.

УДК 598.2

А. И. Кошелев, В. А. Кошелев, Р. В. Покуса

Мелитопольский государственный педагогический университет, г. Мелитополь, Украина

В последние годы на юге Украины вновь возникла проблема рыбоядных птиц, которых стали голословно обвинять в уничтожении рыбных запасов, древесных насаждений, гнездовий уток и гусей и даже островов (Кошелев и др., 2003). Такой подход к рыбоядным птицам, включающий призывы к их истреблению, выглядит лишь внешне убедительным. На юге Украины к ним относятся 30 видов, из которых 15 внесено в национальную Красную книгу, а 10 в категорию охраняемых (Смогоржевский, 1959, 1974; Кошелев и др., 1997, 1999). Благодаря многолетней охране птиц, созданию сети заповедных территорий в местах их гнездования и кормежки, на фоне резкой антропогенной трансформации ландшафтов, произошло быстрое восстановление их численности и расширение ареалов (Кошелев и др., 1997). Общая численность гнездящихся рыбоядных птиц на юге Украины в 1998 г. составила 27 132 пары, в т.ч. большой баклан (Phalacrocorax carbo Linnaeus, 1758) – 17 024 пары, хохлатый баклан (Ph. aristotelis Linnaeus, 1761) – 61, малый баклан (Ph. pygmaeus Pallas, 1773) – 1 047, серая цапля (Ardea cinerea Linnaeus, 1758) – 1 628, рыжая цапля (A. purpurea Linnaeus, 1766) – 570, большая белая цапля (Egretta alba Linnaeus, 1758) – 2 153, малая белая цапля (E. garzetta Linnaeus, 1766) – 1 549, кваква (Nycticorax nycticorax Linnaeus, 1758) – 2 850, большая выпь (Botaurus stellaris Linnaeus, 1758) – 250, чайка–хохотунья (Larus cachinnans Pallas, 1811) – 56 500 пар (Сиохин, 2000; и др.). Однако односторонний подход к оценке птиц глубоко ошибочен. Если им воспользоваться, то получается, что за сезон на юге Украины, рыбоядные птицы съедают, исходя из их среднесуточного рациона, до 5 426 кг рыбы ежедневно, а за год – 1 980 т, т.е. наносят огромный ущерб. При этом не учитывается, что птицы питаются не только рыбой, находятся в регионе всего 5–6 месяцев в году, а затем широко кочуют и отлетают на южные зимовки. Птицы поедают преимущественно «сорную» мелкую или больную рыбу, а также личинок хищных водных насекомых, являющихся основными врагами молоди рыб. Комплексная оценка роли рыбоядных птиц всегда показывала, что ущерб, рассчитанный неспециалистами многократно преувеличивается (Гладков, 1965; Ломадзе, 1973; Чельцов-Бебутов, 1982; и др.). Допустимо говорить об ущербе и регулировать численность лишь большого баклана, чайки-хохотуньи, озерной чайки (Larus ridibundus Linnaeus, 1766) и кваквы.

За последние 10–12 лет, в условиях бесконтрольного рыбного промысла и массового браконьерства на юге Украины, человеком были практически полностью подорваны рыбные ресурсы Азовского моря и прилегающих водоемов. «Виновными», как и в 1950-е гг. пытаются опять представить рыбоядных птиц.

Исследования выполнены нами в Северном Приазовье (юг Запорожской обл.) в 1988–2003 гг. Совершено 72 экспедиционных выезда, общей длительностью 134 дня. Систематическое комплексное изучение размещения, численности, биологии и поведения больших бакланов, цапель и чаек велось в основном на островах и в плавнях Молочного лимана и Обиточного залива. В колониях проводился абсолютный подсчет жилых гнезд, яиц и птенцов. Материалы по питанию птиц собирали в гнездовых колониях прижизненными методами (n=480). Промеряно 597 экз. 13 видов рыб, собранных в колониях. Для выяснения спектра питания определяли процентное соотношение видов.

Рост численности большого баклана, серой и большой белой цапель начался локально в отдельных колониях Азово-Черноморского региона с 1975–1980 гг., а с 1985–1989 гг. он приобрел характер «взрыва». Так, у большого баклана в 1984 г. было учтено 4 500, а в 1992 г. – уже 25 248 пар, т.е. численность возросла в 5 раз. Пик его численности пришелся на 1992–1993 гг., а в 1994–1995 гг. произошел ее спад (в 2–3 раза) и стабилизация на довольно высоком уровне. В 2000–2003 гг. отмечено локальное незначительное увеличение численности большого баклана, и снижение – у цапель. Послегнездовая их численность в регионе составила: большой баклан – 60 000–80 000 (до 100 000), серая цапля – 6 000–7 000, рыжая цапля – 1 600–2 000, большая белая цапля – 2 500–3 000, малая белая цапля – 2 500–3 000, желтая цапля (Ardeola ralloides Scopoli, 1769) – 100–150, кваква – 2 000–3 000, большая выпь – 500–600, волчок (Ixobrychus minutus Linnaeus, 1766) – 3 000–5 000, чайка–хохотунья – 150 000–300 000 особей.

Процветанию бакланов и цапель в регионе способствовали перемещение из плавневых лесов на малодоступные для хищников и человека морские охраняемые острова, улучшение кормовой базы, участие в размножении птиц младших возрастных групп (1–2-летних). Благоприятные теплые зимы в последние годы привели к успешной зимовке бакланов и цапель в гнездовой области (до 2 500–3 000 особей). Нами отмечена реализация высокого репродуктивного потенциала в наземных колониях, успешное противостояние прессу пернатых хищников. Попытки локального регулирования численности большого баклана рыбаками на Молочном лимане, о-вах Большие и Малые Кучугуры, в Обиточном заливе оказались мало эффективными, т.к. птицы приступают к повторным кладкам или перемещаются в другие, более труднодоступные места, образуют небольшие древесные колонии. В регионе образовался также значительный популяционный резерв из неполовозрелых и холостых бакланов и цапель (до 50–60 тысяч особей), которые совершают значительные кормовые и сезонные кочевки, отыскивают благоприятные места и там гнездятся, т.е. наряду с многолетними колониями ежегодно формируются эфемерные колонии на 1–3 года в субоптимальных местообитаниях; это позволяет птицам более эффективно использовать кормовые, гнездовые, защитные и погодные условия сезона.

В Cеверном Приазовье в питании больших бакланов нами зарегистрировано 13 видов рыб из 4 семейств, в основном (90 %) это – бычок кругляк (Neogobius melanostomus Pallas, 1811), бычок ротан (N. ratan Nordmann, 1840), бычок песочник (N. fluviatilis Pallas, 1811), бычок ширман (N. syrman Nordmann, 1840), бычок травянник (Gobius ophiocephalus Pallas, 1811), бычок цуцик (Proterorhinus marmoratus Pallas, 1811), бычок мартовик (Mesogobius batrachocephalus Pallas, 1811), тюлька (Clupeonella cultriventis Nordmann, 1840), пиленгас (Mugil soiuy Basilewsky, 1830), атерина (Atherina boyeri pontica Eichwald, 1831); в отдельные годы в рационе встречались карась (Carassicus carassius Linnaeus, 1758), глосса (Platichthys flesus luscus Pallas, 1811) и окунь (Perca fluviatilis Linnaeus, 1758). Большинство (95 %) поедаемой бакланами и цаплями рыбы относится к сорным или малоценным промысловым видам.

Большой баклан питается всеми видами рыб, обитающими в водоеме, не отдавая предпочтения ни одному из них. Разнообразие пищи зависит от степени ее доступности. В период нереста или миграций, состав кормов ограничивается 3–5 видами, а при недостаточной концентрации рыб это число возрастает в 2–5 раз. Для поддержания энергетических затрат одной особи достаточно 100 г, а в холода – до 200 г корма. В норме баклан поедает около 300–500 г в сутки, а крупные цапли – 250–300 г. Крупные виды цапель, как рыболовы, значительно уступают бакланам, т.к. не могут нырять и берут рыбу только с берега или на мелководье. Соотношение рыбного и прочего корма у них в течение сезона значительно варьирует. Взрослые цапли поедают молодь и маломерных рыб, вылавливаемых в местах их нагула. Птенцов они кормят смешанной пищей. Список их кормовых объектов состоит из 68 видов животных, 32 из которых рыбы. В их добыче преобладают многочисленные прибрежные виды: карась (60–80 % встреч), пиленгас (до 10 %), некоторые виды бычков (1,5–19,5 %) (Кошелев и др., 2002). Цапли поедают также грызунов, лягушек, рептилий. На рыборазводных прудах они могут причинять вред, поедая рыб–сеголеток. В естественных водоемах цапли уничтожают в основном «сорную» или малоценную промысловую рыбу, при этом поедая в большом количестве вредных насекомых: водолюбов, плавунцов, клопов и личинок крупных стрекоз (Скокова, 1965).

Важным является воздействие птиц на экосистемы через выделяемые экскременты, с которыми в водоемы и на сушу возвращаются биогенные вещества и энергия. Съедая в сутки 350–500 г рыбы, большой баклан выделяет 56,4–60,9 г экскрементов с содержанием влаги 7,5 %. На суше бакланы оставляют 10–25 % экскрементов, а крупные цапли – лишь 1–5 %. Сухие экскременты рыбоядных птиц содержат 17 % минеральных солей; из них фосфаты – 7 %, сульфаты – 3,2 %, производные аммония – 1,8 %, хлориды в соединении с катонами калия, натрия, магния – 0,35 %. Растворимая фракция состоит из органических веществ (83 %), которые содержат фосфор – 5 % и азот – 15,5 %, а также нуклеиновые кислоты, аминокислоты, пептиды, креатин, углеводы, витамин В₁₂ и др. (Головкин, 1982). Минеральные и органические вещества, возвращаемые в воду с экскрементами птиц, вновь включаются в круговорот веществ утилизируются автотрофными и гетеротрофными организмами. Это вызывает активное развитие кормового фито– и зоопланктона, что привлекает рыб. Следует отметить необычайно высокую стабильность состава фитопланктонных сообществ у птичьих колоний, его биомасса выше в 5–15 раз. Следовательно, птицы–ихтиофаги выступают не только в роли потребителей рыбы, но являются важнейшим специфическим звеном, обеспечивающим перенос и концентрацию веществ на ограниченных по площади участках акватории, своеобразным регулятором и стабилизатором высокой биологической продуктивности водоемов.

Исследованиями в различных регионах доказано, что рыбоядные птицы изымают из водоемов менее 0,1 % рыбных запасов, зато польза от них, за счет уничтожения врагов рыб и биогенного обогащения водоемов, превышает многократно предполагаемый от них ущерб (Маркузе, 1965; Скокова, 1965; Вадковский, 1971; Ломадзе, 1973).

Гельминтофауна рыбоядных птиц включает в Украине 203 вида (Смогоржевский, 1959; Смогоржевская, 1976). Доказано, что морские птицы не участвуют в распространении паразитов среди пресноводных рыб; более того, птицы прекращают распространение заболеваний, поедая зараженных рыб. Следовательно, рыбоядные птицы играют на водоемах роль активных «санитаров», являются «биологическим тупиком» множества паразитов. Снижение численности птиц в открытых водоемах может принести значительный ущерб рыбному хозяйству. Рекомендуемое уничтожение птиц–ихтиофагов не является рациональным средством борьбы с гельминтозами рыб; наибольший эффект может быть достигнут путем изменения гидробиологического режима искусственных водоемов, их санитарной профилактики, путем разрыва других звеньев жизненного цикла паразита или нарушения контакта между птицей и больной рыбой.

Результаты наших исследований подтверждают выводы предыдущих исследователей об ошибочности обвинений в адрес птиц–ихтиофагов. Большие бакланы и крупные виды цапель многочисленны только в районах с наибольшей биологической продуктивностью водоемов. Их воздействие на промысловых рыб в значительной степени компенсируется поеданием сорных и малоценных рыб, являющихся активными конкурентами промысловых видов. В конечном счете, роль этих многочисленных крупных птиц, привязанных в течение всего жизненного цикла к водоемам, сводится к участию в круговороте органического вещества в них, без изъятия этого вещества, т.е. без снижения потенциальных возможностей рыбопродуктивности водоемов. Они не влияют заметно на численность, воспроизводство и величину уловов промысловых рыб. Непродуманное разрушение биологических цепей путем исключения из них рыбоядных птиц, без всестороннего учета их значения в биологическом балансе, может привести к весьма нежелательным для рыбного хозяйства результатам. Большие бакланы могут наносить локально вред рыбному хозяйству, уничтожая рыб на небольших участках водоемов или рыборазводных прудах, лишь в ограниченный период жизни рыб (например, в период ската молоди). В это время возникает необходимость регулирования их числен­ности или принятия других мер для защиты от рыбоядных птиц ценных промысловых рыб.

Жесткие методы регулирования их численности (отстрел, уничтожение гнезд, кладок и птенцов) вступают в противоречие с существующим природоохранным законодательством и общественным сознанием. Мы предлагаем сохранять доступные крупные колонии бакланов и цапель, на которых, следует проводить меры по регулированию их численности в гнездовой период, разрабатывать способы активного управления. Следует учитывать, что близкие виды – хохлатый и малый бакланы внесены в Красную книгу Украины, что делает недопустимым уничтожение большого баклана в местах их совместного обитания. Отстрел бакланов и цапель на рыборазводных прудах также недопустим, т.к. одновременно распугиваются и уничтожаются многие редкие виды птиц. В крупных колониях нами отмечено проявление механизмов саморегуляции (возникновение природно-очаговых заболеваний, массовые перемещения в более спокойные и богатые кормом районы, усиление влияния наземных хищников).

Обвинения в адрес птиц как истребителей рыбных ресурсов и древесной растительности в гнездовых колониях необоснованны. Высокий уровень численности большого баклана и чайки-хохотуньи вызван деятельностью человека; лишь локально эти птицы могут наносить определенный ущерб на искусственных водоемах. В этих случаях необходимо использовать мягкие, щадящие способы регулирования численности и управления поведением рыбоядных птиц в соответствии с существующим природоохранным законодательством и только под строгим контролем специалистов.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 210-214.

УДК 639.1.052:598.2

А. И. Кошелев*, М. Е. Жмуд**

*Мелитопольский государственный педагогический университет, г. Мелитополь, Украина
**Дунайский биосферный заповедник, Одесская обл., Украина

Украинская часть Дунайской дельты, включая придунайские озера, занимает площадь около 1 200 км² , а собственно дельта включая румынскую часть занимает 5 640 км². Вторичная морская дельта Килийского рукава Дуная – самая молодая, ее площадь около 328,2 км² , она сформировалась за последние 350–400 лет.

Характерными местообитаниями дельты для водоплавающих птиц являются мозаичные плавневые участки (17 % территории), сплошные слабо обводненные тростниковые заросли (66 %), приморские песчано-скалистые косы и острова (1 %), прирусловые галерейные ивовые леса (3 %), заросшие кустарниками приморские песчаные гряды (2 %), песчаные дюны с посадками сосны крымской (10 %), низкотравные луга, в т.ч. засоленные (1 %) (Жмуд, 2000).

Дунайский биосферный заповедник (ДБЗ) занимает площадь 464 029 га, охватывает всю территорию вторичной дельты Килийского рукава. В хозяйственную зону заповедника входят антропогенно – трансформированные местообитания (рисовые чеки, каналы, пастбища, сельские населенные пункты и др.). На территории заповедника зарегистрировано пребывание 255 видов птиц. Водоплавающие представлены 50 видами, в т.ч. поганкообразные – 5 (из них гнездятся – 4 вида), веслоногие – 4 (2), гусеообразные – 35 (9), журавлеобразные сем. пастушковые – 6 (5) видов (Жмуд 2000). Из них разрешены в качестве объектов спортивной охоты лишь 18 видов, а 13 видов уже внесены в национальную Красную книгу Украины. Их численность на гнездовании достигает 19 635 пар, прилетающих на линьку – 8–10 тыс. особей, осенью – 20–25 тыс. особей, зимой – до 60–65 тыс. особей (Жмуд, 2000; Кошелев и др., 2001).

В плавнях Дуная плотность гнездования водоплавающих в 2001 г. составляла в среднем лишь 10–25 гнезд/100 га. Нагрузка гнезд была в 20 раз выше, чем нагрузка выводков (Кошелев и др., 2001). Следовательно, площадь выводковых стаций должна быть больше, с учетом гибели 40–50 % кладок, минимум в 10 раз. Идеальным соотношением гнездовых, выводковых и дневочных стаций должно быть их соотношение 10, 50 и 40 % общей территории угодьев. Сокращение видового разнообразия охотничьей фауны, и низкая плотность населения птиц – важнейшая проблема ДБЗ, как и всех водных охотугодий юга Украины. Известно, что в лучших гнездовых местообитаниях максимальная плотность гнездования водоплавающих достигает 600 гнезд/100 га, а плотность выводков – до 30 выводков/100 га (Михельсон и др., 1986). Не определена популяционная структура и границы мелких популяций; но общепризнанным является выделение крупных географических популяций. Дельта Дуная поддерживает существование многих популяций, обитающих на огромных пространствах Европы и Северной Азии, зимующих в Средиземноморье, Африке, Западной Европе (Кривенко, 1991; Scott, Rose, 1996).

Охотники Украины используют ресурсы перелетных птиц из других стран, собственные запасы невелики и продолжают сокращаться. Так, в 1980 г. в Приазовье и Причерноморье было учтено 890 тыс. птиц (из них местные составляли 12,2 %), 56,0 % из среднеевропейских популяций, 31,8 % из западносибирских (Сапетина, 1984; Кошелев, 1998). Но данные о степени использования местных и пролетных птиц в каждом регионе отсутствуют.

Наиболее ценными для водоплавающих птиц, особенно для поддержания их высокой численности, имеют водоемы в ранних стадиях сукцессии. В дельте Дуная ход сукцессии нарушен человеком, идет быстрое старение проток, что сопровождается зарастанием, заболачиванием; это ведет к снижению их биоразнообразия и ценности для птиц. Необходима мелиорация угодий плавней, особенно в 3 зоне ДБЗ, управление динамикой водоемов, а через нее – управление популяциями птиц. Поддерживая большую экологическую емкость водоемов, можно добиться высокой территориальной стабильности популяций птиц, они ежегодно будут возвращаться в данное место.

Уровень накопленных знаний о водоплавающих птицах и опыт их воспроизводства и использования огромен, что позволяет определить приоритетные направления и ряд мероприятий, эффективность которых давно доказана в других регионах. Для дунайской дельты и в целом юга Украины остро стоят следующие проблемы.

– Бонитировка угодий. Имеющиеся схемы давно устарели, плавни меняются, деградируют. Бонитировка – основа биотехнии.

– Проведение таксации. Достоверные данные о численности птиц отсутствуют, имеются лишь частные оценки. Таксация – второй базис биотехии, на ее основе определяются запасы дичи, объем ее изъятия. Необходимо создание Службы рыбы и дичи (по опыту США), а на первом этапе – Службы учета дичи, которая займется организацией учетов, анализом полученных данных, составлением прогнозов.

– Определение пропускной способности угодий. Она не беспредельна и зависит от многих факторов. Создание экологически обоснованной сети убежищ для водоплавающих, в т.ч. «зон покоя», позволит сохранить высокую численность птиц и высокую посещаемость угодий.

– Важно определение объема добычи птиц и норм добычи на водоем, сезон сушки на охотника, организация учета количества добытой дичи. Заслуживает внимания американская, система балльного регулирования добычи дичи, когда за малочисленные виды дается высокий бал, за многочисленные – низкий, и определяется разрешенный объем баллов за сезон; охотники сами определяют, кого добывать. Определив контрольные цифры поголовья охотничьих птиц, необходимо стремиться достигнуть их.

– Необходимо повышение экологической грамотности и культуры охотников.

– Крайне важно для антропогенно-трансформированных местообитаний расширение объема биотехнических мероприятий. Наиболее эффективным путем увеличения видового состава и численности водоплавающих птиц является коренная реконструкция угодий, включая создание новых водоемов, перестройки их типа, создание искусственных островов и др. Хорошо зарекомендовали себя очистка островов от древесно-кустарниковой и высокой травянистой растительности, устройство прокосов к воде сквозь густые заросли, что позволяет увеличить численность гнездящихся птиц в десятки раз. Обязательным условием является уничтожение наземных и пернатых хищников, которые разоряют до 60–100 % гнезд и кладок. Важен комплексный, а не односторонний подход в использовании ресурсов дельты (заготовка тростника, пушнины, рыбы, дичи, ила–сапропеля, сенокос, выпас скота и т.д.). Улучшение гнездовых, кормовых и защитных условий на водоемах. Устройство прокосов повышает мозаичность биотопов, приводит к распространению «опушечного эффекта». Искусственные гнезда резко увеличивают количество гнездопригодных мест для гусей и уток, повышают выживаемость кладок и птенцов с 10–40 % до 65–100 %. Большой эффект дает организация колоний мелких чайковых птиц.

– Сохранять полный запрет весенней охоты, как биологически, экономически и этически не оправданной на юге Украины. Регулирование сроков открытия и продолжительности охоты: завершать ее к 31 декабря, а в суровые зимы – к 1 декабря. Необходимо при этом учитывать сроки линьки, подъема молодняка на крыло и др.

– Дичеразведение – дорогостоящий, но эффективный путь ведения интенсивного охотничьего хозяйства и его следует всячески развивать в специализированных («престижных») хозяйствах 3 зоны ДБЗ. Выпуск дичи под сезон охоты (кряква, серый гусь, лысуха и др.) позволяет увеличить нормы добычи, хотя не увеличат пропускную способность угодий, она не беспредельна. В перспективе необходимо создание специализированных комплексных плавных хозяйств.

– Угодья дельты Дуная – важнейшее место зимовки водоплавающих птиц, но в суровые многоснежные зимы они оказываются в критической ситуации. Необходимо проводить зимнюю подкормку, устраивать и поддерживать полыньи.

– В ДБЗ необходимо проведение специальных научных исследований биологии и поведения водоплавающих птиц. Первоочередными задачами следует считать: уточнение пролетных путей с участием дельты Дуная; выяснение природных циклов и на их фоне– закономерностей динамики численности водоплавающих птиц; выяснение границ географических и местных популяций; выяснение суточных перелетов и их динамики, связи птиц украинской и румынской частей дельты; определение биологической емкости угодий и оптимальной плотности птиц в них – поиск путей повышения этой емкости. Запасы водоплавающих птиц в СЖП распределены крайне неравномерно, они используют максимум 15–20 % угодий. Необходимо выявление наиболее значимых ключевых участков, их улучшение и охрана; разработка краткосрочных и долгосрочных прогнозов запасов дичи и на этой основе планирование охоты; изучение демографии местных гнездящихся популяций водоплавающих, их поддержание и сохранение, выяснение масштабов дисперсии и филопатрии, степени оседлости и др.; изучение особенности экологии массовых видов (плодовитость, смертность и др.); поиск компромиссов с другими хозяйственными организациями при приоритете комплексного охотничьего хозяйства; организация и массовое кольцевание местных гнездящихся, линяющих, пролетных и зимующих птиц; дальнейшее изучение опыта традиционных народных форм природопользования в условиях дунайской дельты, особенно выжигания и выкашивания тростника, выпаса скота на островах, рыболовства и др.; разработка и внедрение в практику определенных селективных способов охоты (самцов или самок, молодых или взрослых птиц и т.д.), регулирование качественного состава популяций.

С этой целью желательна организация Дунайской орнитологической станции при Дунайском биосферном заповеднике, с ведением в ее штат охотоведов.

План управления (менеджмент) популяциями водоплавающих птиц, возможно в рамках Афро-Европейского соглашения, необходимо создавать на основе двух и многосторонних договоров. Он должен предусматривать решение триединой задачи: воспроизводство, слежение и управление популяциями водоплавающих птиц, эффективную стратегию управления их численностью. Перспективным следует считать моделирование основных экологических и демографических факторов в регулировании численности популяции и ее прогнозов, создание модели движения ресурсов охотничьих птиц по миграционной трассе, по отдельным странам и регионам.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 208-210.