УДК 598.293.1:159.929(477.54)

О. А. Брезгунова

Харьковский национальный университет им. В. Н. Каразина,
Харьков, Украина, o_bresgunova@mail.ru

RESULTS OF COUNTS OF CROWS AT JOINT ROOSTINGS
IN KHARKOV CITY

O. A. Bresgunova

V. N. Karazin Kharkiv National University, Kharkiv, Ukraine, o_bresgunova@mail.ru

Учет на местах скоплений (в том числе на ночевках, в колониях, на токах) подразумевает подсчет всех присутствующих на территории птиц (Бибби и др., 2000). На Пиренейском полуострове имеется опыт учета вяхиря (Columba palumbus) в ночевочных скоплениях (Bea et al., 2003), в северной Аризоне проводятся регулярные учеты коллективно ночующих белоголовых орланов (Haliaeetus leucocephalus) (Grubb, 2003).

Изучение коллективного ночевочного поведения врановых птиц проводили в Харькове в 2002–2008 гг. В результате исследования установлено, что в зимний период на территории города существует одно совместное ночевочное скопление грачей и галок, одна коллективная ночевка серой вороны и 15 коллективных ночевок сорок, большинство из которых являются совместными с дроздами-рябинниками. Все ночевочные скопления приурочены к традиционным территориям.

Самые крупные скопления, образуемые сорокой, – это коллективные ночевки. В ходе изучения распределения мест коллективных ночевок сорок в Харькове установлено, что в зимнее время эти птицы участвуют в формировании массовых коллективных ночевочных скоплений численностью от 60 до 2500 особей. Мониторинг всех ночевочных скоплений позволил рассчитать среднюю численность популяции сорок Харькова, которая в разные зимние сезоны варьировала в пределах 6,5–8,0 тысячи особей, составляя, в среднем, 7360 птиц.

Для Харькова численность гнездящихся сорок в 2000 г. оценивалась на основе экстраполяции в 2,5–2,8 тысячи пар (Надточий, Зиоменко, 2001). Использованный нами метод учета позволил определить численность городской популяции сорок, включая неразмножа­ющихся птиц, доля которых в разных частях ареала составляет от 20 до 60 % (Baeyens, 1979, 1981; Birkhead et al., 1986). На коллективных ночевках сорок в зимнее время традиционно зимуют дрозды-рябинники. Численность зимующих рябинников непостоянна; совместно с сороками ночует в разные годы 1,5–2,5 тысячи дроздов (в среднем 1915 особей). Полученные данные не могут быть использованы для оценки общей численности зимующих в Харькове дроздов-рябинников, но демонстрируют тенденции изменения обилия этих птиц на зимовке.

В Харькове в зимний период на традиционной территории существует единственная кол­лективная ночевка серой вороны. Подсчет птиц в зимние месяцы позволил оценить численность зимующей в Харькове популяции серой вороны: 4200–4700 птиц (в среднем, 4480 особей). Численность зимующих в г. Харькове грачей, формирующих коллективную ночевку, варьирует от 60 до 100 тысяч особей (в среднем 72250 птиц). Птицы используют для ночлега два участка, традиционно останавливаясь на одном из них, или одновременно отдыхают на двух. В том же скоплении совместно с грачами ночуют галки (2000–3500 птиц, в среднем, 2750 особей).

Наши результаты дают право утверждать, что для видов, образующих крупные коллективные ночевки, учет численности можно проводить в зимнее время на территориях массовых ночевочных скоплений, при условии, если эти скопления стабильны в течение зимы и приурочены к строго определенным участкам.

Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 286-287.

УДК 598.288.5:591.52(477.54)

М. В. Баник

Украинский НИИ лесного хозяйства и агролесомелиорации
им. Г. Н. Высоцкого, Харьков, Украина, mbanik@operamail.com

ROLE OF PERCHES IN LIFE OF WHINCHAT (SAXICOLA RUBETRA)
AND COMMON STONECHAT (S. TORQUATA)

M. V. Banik

Ukrainian Research Institute of Forestry and Forest Melioration,
Kharkiv, Ukraine, mbanik@operamail.com

Вся жизнь небольших насекомоядных воробьиных птиц – лугового (Saxicolarubetra (Linnaeus, 1758)) и черноголового (S. torquata (Linnaeus, 1766)) чеканов – зависит от присутствия и структурного разнообразия так называемых присад на их гнездовых территориях (Greig-Smith, 1983; Oppermann, 1990). Не случайно в англоязычной литературе стратегию охотничьего поведения, применяемую чеканами, называют “sit-and-wait predation”, специально подчеркивая значимость наблюдательных пунктов, с которых происходит выслеживание добычи этими птицами (McLaughlin, 1989; Schuster, 1994). Присада – это любой структурный элемент растительного покрова, микрорельефа или объект антропогенного происхождения, используемый птицей в качестве наблюдательного поста, для выслеживания добычи или пения. Чаще всего присадами чеканам служат стебли многолетних травянистых растений.

Для оценки роли присад в жизни чеканов использованы материалы долговременных исследований экологии этих видов в местах их совместного обитания в Харьковской области (Украина) в 1993–2008 гг. Наблюдения за индивидуально опознаваемыми птицами проводили на постоянном участке площадью 350 га в пойме р. Муром, в 15 км севернее Харькова. За указанный период помечено цветными пластиковыми и стандартными алюминиевыми кольцами 593 особи: 190 черноголовых (24 взрослые и 166 молодых птиц) и 403 луговых чекана (50 взрослых и 353 молодые птицы).

На любой гнездовой территории чеканов присутствие присад обязательно. Более того, численность обоих видов, вероятно, зависит от относительного обилия и структурного разнообразия присад (Баник, 2007). Многие типы местообитаний, сильно различающиеся по видовому составу растительного покрова, могут быть в равной степени привлекательными для чеканов, если показатели относительного обилия присад на них сходны (Oppermann, 1990). В условиях пойменных лугов, где гнездятся оба вида, наибольшее количество присад, удобных для чеканов, сохраняется при воздействии слабого или умеренного выпаса. Перевыпас, так же как и полное отсутствие выпаса, неблагоприятно сказываются на численности обоих видов чеканов в связи с уменьшением числа доступных для них присад. Особое значение для чеканов имеют сохраняющиеся с прошлого года стебли травянистых многолетников, которые могут быть использованы птицами сразу же после прилета на места гнездования. Поэтому уничтожение таких присад при пожарах или распашке территории приводит к снижению численности чеканов (Hustings, 1986).

Значение присад в жизни чеканов можно оценить, построив классификацию, отражающую их разнообразие и функциональную роль. Классифицировать присады удобно на основе нескольких параметров, а именно, по высоте, происхождению (естественное или антропогенное), материалу и его жесткости (способности присады, не деформируясь, выдерживать вес сидящей птицы), наличию разветвлений, а также по комбинации этих признаков. Для классификации используемых в качестве присад растений возможно применение простых эколого-физиономических систем жизненных форм, например, системы Дю-Рие, в которой подчеркивается высота растения (Серебряков, 1962). Главный показатель функциональной роли присад – различия между ними по высоте относительно средней высоты растительного покрова на участке, где они расположены. Целесообразно выделение пяти типов присад по их относительной высоте: очень высокие (h>>2H), высокие (h>2H), средние (2H>h>H), низкие (h=H) и очень низкие (h<H), где h – высота присады, H – средняя высота растительного покрова.

Разные по относительной высоте присады по-разному используются птицами. Для самцов черноголового чекана сразу после занятия гнездовой территории весной и во время возобновления активного пения в перерывах между попытками размножения необходимы очень высокие присады (ветви деревьев и кустарников; столбы и провода ЛЭП и т. п.). Птицы используют их как песенные посты. Для этих же целей самцам лугового чекана нужны высокие присады. Использование черноголовыми чеканами очень высоких присад связано также с необходимостью поддержания визуального контакта между самцом и самкой, что важно в условиях больших по площади территорий, занимаемых этими птицами (Johnson, 1971; наши данные). Очень высокие и высокие присады служат стартовыми площадками для нередких у самцов обоих видов песенных полетов. Кроме того, они играют роль наблюдательных пунктов и охотничьих постов в те часы суток, когда в воздухе много летающих насекомых. Чеканы пользуются такими присадами для одного из двух основных способов ловли добычи – схватывающего полета. Особенно часто высокие присады используются для кормодобывания птицами в составе послегнездовых скоплений, состоящих из уже приобретших самостоятельность молодых особей и закончивших размножение взрослых птиц обоих видов.

Средние по высоте присады служат самцам луговых чеканов для рутинного пения в период, предшествующий образованию пары, самцам черноголового чекана – для эпизодического пения с начала гнездостроения и до времени выкармливания гнездовых птенцов. Оба вида пользуются этими присадами для ловли насекомых в воздухе и, особенно, на земле. Средние по высоте присады играют для лугового чекана важнейшую роль в период насиживания кладки. Во второй половине этого периода, когда самка много времени проводит на гнезде, самец использует одну из подобных присад в качестве наблюдательного поста (присада “для контроля за гнездом”; расстояние до гнезда – 0,8–11 м, в среднем, 3,3 м; n=46; высота присады – 0,35–1,30 м; в среднем, 0,90 м; n=20). С этого обзорного пункта он способен заметить приближение опасности и предупредить сидящую на гнезде самку. Такие присады – хорошие ориентиры при поиске гнезд луговых чеканов во второй половине периода насиживания. У черноголовых чеканов подобное поведение, когда самец, сидя на определенной присаде, подолгу наблюдает за гнездом, отмечается редко (расстояние от присады до гнезда – 2–15 м, в среднем, 8,1 м; n=7). Средние по высоте присады необходимы взрослым птицам обоих видов как специальные пункты, для того, чтобы слетать к гнезду или присаживаться после вылета из него. Подчеркивая их значимость, И. С. Най­данов (2007), изучающий каспийских черноголовых чеканов (S. t. variegata) в Краснодарском крае (Россия), называет их “основными”. Такие присады расположены вблизи гнезда и особенно активно используются во время выкармливания гнездовых птенцов. Расстояние от них до гнезда у луговых чеканов составляет 0,1–3 м (в среднем, 1,2 м; n=62). Высота таких присад варьирует в пределах 0,25–1,80 м (в среднем, 1 м; n=42). У черноголовых чеканов присады для залета в гнездо могут располагаться на удалении 0,1–6,5 м от него (в среднем, 2,1 м; n=18), а их высота колеблется в пределах 0,3–1,8 м (в среднем, 1 м; n=9).

Средние по высоте и низкие присады служат слеткам луговых чеканов в качества поста-убежища в короткий период “полускрытой жизни” вскоре после выхода из гнезда. В это время (в возрасте 17–21 суток) они начинают осваивать присады, еще не обладая в полной мере летными способностями. Низкие и очень низкие присады, скрытые ниже уровня растительного покрова, нужны чеканам обоих видов как дополнительные площадки для того, чтобы слетать к гнезду. Они же необходимы для осуществления взаимодействий, предшествующих спариванию. Часто такие присады используются птицами после сенокошения, когда они ловят насекомых на земле у границы скошенного участка.

Разветвленные присады имеют значение для осуществления некоторых последователь­ностей брачного поведения у лугового чекана: они позволяют находиться рядом самцу и самке. Кроме того, присады со сложной архитектоникой очень важны для слетков луговых чеканов, которые могут сидеть на разветвлениях, скрытых ниже уровня травяного покрова, и вылетать на вершину присады, чтобы получить корм от родителей. Такое поведение проявляется у слетков в возрасте 17–19 суток. Позднее, в возрасте 19–21 суток, молодые чеканы сидят на нижних частях таких разветвленных присад уже более открыто.

Изучение функциональной роли присад позволяет выявлять оптимальные для лугового и черноголового чеканов местообитания и прогнозировать изменения численности этих видов в связи со сменами типов землепользования на участках, занятых пойменными и суходольными лугами.

Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 284-286.

УДК 591.9:598.2(477.54)

Т. А. Атемасова

Харьковский национальный университет им. В. Н. Каразина, Харьков, Украина, atemasov@mail.ru

AREAS PECULIARITIES
AND CAUSES OF AVIFAUNA SPECIES RARITY
OF THE NORTH-EAST UKRAINE

T. A. Atemasova

V. N. Karazin Kharkiv National University, Kharkiv, Ukraine, atemasov@mail.ru

Естественные причины редкости видов, имеющих природоохранный статус, могут быть зоогеографического характера (граница ареала, гнездование за пределами основного ареала). Виды-консументы высоких трофических уровней, немногочисленные, прежде всего, по этой причине (дневные хищные птицы) одновременно являются редкими и по причинам антропогенного характера, усугубляющим их природную немногочисленность.

Расширение или сокращение ареалов ряда видов птиц, наблюдаемое постоянно, связано как с антропогенными влияниями (снятие «барьеров»), так и с естественными процессами заполнения послеледникового фаунистического «вакуума», заселение молодыми видами потенциального ареала. Большинство видов расселяется на север, восток и северо-восток, меньше – на запад и юг (Бутьев, 2006).

Антропогенно обусловленные сокращение кормовой базы и гнездопригодных площадей, прямое преследование, – являются причинами редкости большей части видов. При анализе мы использовали официально утвержденный список редких видов региона (Перелік …, 2001), имевший свои недостатки еще в момент формирования и, безусловно, нуждающийся в коррекции в настоящее время.

Змееяд (Circaetus gallicus (Gmelin, 1788) – обитатель Полесья и старых лесов Лесостепи, заходит в исследуемый регион с севера и лимитирующим здесь является наличие старовозрастных лесных участков, которые он использует для гнездования. Milvus migrans (Boddaert, 1783), в своем распространении связанный с пойменными лесами – именно с этими типами насаждений он заходит довольно далеко в степную зону, и, естественно, не может быть многочисленным. Сюда добавляется систематическое преследование со стороны человека. Сокола – балобан Falco subbuteo L., 1758 и чеглок F. cherrug Gray,1834, а также пустельга F. tinnunculus L.,1758 – в силу особенностей своего питания нигде не встречаются в большом числе. Aquila clanga Pallas, 1811 и Haliaetus albicilla (L., 1758) встречаются нечасто по естественным причинам, однако сокращение площади гнездопригодных местообитаний и прямое преследование человеком существенно влияют на популяцию. В последние годы Haliaetus albicilla начал расселяться и появился в районах, расположенных южнее основного ареала, в пределах ареала несколько увеличилось количество гнезд. Но все это нивелируется разрушительной деятельностью человека.

Представитель пустынно-горного фаунистического комплекса Buteo rufinus (Cretzschmar, 1827) в последнее десятилетие является активно расселяющимся видом, достигшим широты Киева и продвигающимся дальше (Ветров, 2004).

К расселяющимся в настоящее время видам можно отнести и Aegitalos caudatus (L., 1758) – инвазия длиннохвостой синицы была впервые отмечена зимой 2000/2001 гг.; в гнездовой сезон 2007 г. вид отмечен в центре Харьковской области.

Просянка (Emberiza calandra L., 1758), по утверждению М. В. Баника с соавторами (2000), в настоящее время является видом, возвращающимся в ранее существовавший ареал в результате вторичного формирования биотопов этого стенотопного вида, – а потому относительно редким.

Виды, связанные с влажными местообитаниями (Himantopus himantopus (L., 1758), Podiceps nigricollis C. L. Brehm, 1831 и P. ruficollis (Pall., 1764), Ardea purpurea L., 1766, Egretta alba (L., 1758), E. garzetta (L., 1766), Ixobrychus minutus (L., 1766), Charadrius dubius Scop., 1786), представляют собой группу так называемых «реликтов Тетиса» (Белик, 2000). Представители этой эколого-фаунистической группировки (особенно это касается H. himantopus и A. purpurea) попадают сюда с юга; лимитирующим для них является наличие подходящих водоемов для гнездования и кормежки. В обоих случаях к лимитирующим факторам добавляется антропогенное влияние – сведение лесов и выпас скота по берегам водоемов.

Относительная редкость некоторых видов определяется, малыми площадями сплошных массивов лиственных лесов (в основном – дубрав), с которыми они связаны (мухоловки – пеструшка Fiscedula hypoleuca (Pall., 1764) и белошейка F. albicollis (Temmn., 1815), серая неясыть Strix aluco L., 1758, средний пестрый дятел Dendrocopоs medius (L., 1758)). В наибольшей степени это относится к осоеду Pernis apivorus L., 1758, обитателю лесостепных дубрав, граница ареала которого совпадает с границей Лесостепи, а также ястребу-тювику Accipiter brevipes (Severtsov, 1850), связанному с пойменными ольшаниками р. Северский Донец. Что касается сплюшки Otus scops (L., 1758) – здесь проходит северная граница ее ареала.

Обитание скопы Pandion haliaetus (L., 1758), здесь будет скорее исключением, чем правилом – поскольку ареал в целом расположен гораздо севернее исследуемого региона. По той же причине редок здесь и черный аист Ciconia nigra (L., 1758).

Граница ареала проходит здесь и у трех других видов – серого журавля Grus grus (L., 1758), бекаса Gallinago gallinago L., 1758 и зеленой пеночки Phylloscopus trochiloides (Sundeval, 1837). Что касается малой мухоловки Fiscedula parva (Bechstein, 1794), ее ареал совпадает с границей лиственных лесов, которая как раз и проходит южнее исследуемого района.

Южная граница ареала в исследуемом регионе проходит у Actitis hypoleucos (L., 1758), Locustella fluviatilis (Wolf, 1810); такие виды как Crex crex (L., 1758), и Saxicola rubetra (L., 1758), лимитированы площадью естественных местообитаний. С наличием естественных местообитаний (крутых меловых склонов) связано и гнездование Bubo bubo (L., 1758). Малая площадь гнездопригодных стаций (кустарник по опушкам леса) делает малочисленными и таких представителей субсредиземноморского фаунистического комплекса, как Sylvia nisoriа (Bechst., 1795) и S. communis (Latham, 1787).

Обитание серой куропатки Perdix perdix (L., 1758), лимитируется наличием высокого снежного покрова.

Болотная сова Asio flammeus (Pont., 1763) является наземногнездящимся обитателем пойменных лугов, используемых человеком под выпас крупного рогатого скота. Пожалуй, это и является главным лимитирующим фактором для данного вида и делает его редким. Сокращение гнездопригодных территорий является причиной низкой численности еще двух видов, связанных со степными биоценозами: Melanocorypha calandra (L., 1766) и Oenanthe isabellina (Temm., 1829). Причины редкости таких представителей пустынно-горного фаунистического комплекса, как Coracias garrulus L., 1758 и Merops apiaste L., 1758 видимо, лежат именно в небольшой площади гнездопригодных территорий. Численность первого в настоящее время находится в депрессии и ареал его сократился на 250 км к югу).

Синантропный вид Ciconia ciconia (L., 1758) расширяет ареал на восток (Атемасова и др., 2006), одновременно сокращаясь в численности в исследуемом регионе (также по причинам антропогенного характера).

Козодой Caprimulgus europaeus Latham, 1790, ранее отмечавшийся в лиственных лесах (Букаченко, Наглов, 1954), в настоящее время является типичным обитателем лесов хвойных. Лимитирует его численность ведение лесного хозяйства (вид наземногнездящийся). Та же причина лежит в основе редкости вальдшнепа Scolopax rusticola L., 1758.

К списку регионально редких, по нашему мнению, следует добавить еще 10 видов – 6 гнездящихся и 4 с не определенным пока статусом – по следующим соображениям.

Баклан большой Phalacrocorax carbo (L., 1758) в последние годы наблюдается на крупных озерных системах и водохранилищах. Учитывая общую тенденцию расселения вида, можно предположить, что в он войдет в гнездовую орнитофауну региона.

Курганник Buteo rufinus обнаружен на гнездовании в 2004 г. (Атемасов, Атемасова, 2006) в байрачных лесах в 70 км к юго-востоку от Харькова.

Красавка Anthropoides virgo (L., 1758) отмечена на юге исследуемого района (Надточий, 2007) в послегнездовое время.

Большой кроншнеп Numenius arquata (L., 1758) и средний кроншнеп N. phaeopus (L., 1758) регулярно отмечаются в период пролета.

Средний Dendrocopоs medius (L., 1758) и малый пестрый дятел D. minor (L., 1758) являются немногочисленными гнездящимися видами исследуемого региона, имеющими здесь границы своего распространения.

Чернолобый сорокопут Lanius minor Gm., 1788 – немногочисленный гнездящийся вид северо-востока исследуемого региона.

Каменка-плясунья Oenanthe isabellina (Temm., 1829) – немногочисленный гнездящийся вид восточной и юго-восточной части исследуемого региона, связанный с остатками сохранившихся степей в балках.

Из представленного списка редких видов (Перелік …, 2001) следует исключить не являющиеся редкими Anas platyrhynchos L., 1758 и A. crecca L., 1758.

Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 281-283.

УДК 597.851(477.54)

Е. Е. Усова, Д. А. Шабанов

Харьковский национальный университет им. В. Н. Каразина,
Харьков, Украина, e_usova@mail.ru, d.a.shabanov@gmail.com

ENHANCING METHODS OF RETROSPECTIVE ESTIMATION
OF THE BODY SIZE DYNAMICS IN PELOPHYLAX ESCULENTUS COMPLEX (AMPHIBIA, RANIDAE) THROUGH THE USE
OF SKELETOCHRONOLOGY

O. Е. Usova, D. A. Shabanov

V. N. Karazin Kharkiv National University, Kharkiv, Ukraine, e_usova@mail.ru, d.a.shabanov@gmail.com

Ретроспективная скелетохронологическая оценка роста представителей изучаемых групп животных еще не вошла в общепринятый арсенал методов экологических и зоологических исследований. С точки зрения авторов данной работы, даже в эпоху широкого распространения молекулярных методов исследований скелетохронологическое изучение индивидуальной динамики роста следует считать весьма перспективным методом изучения онтогенетических стратегий многих групп позвоночных. Причина недооцененности этого метода состоит не только в относительной (весьма умеренной) трудоемкости получения гистологических препаратов, необходимых для ретроспективной оценки роста отдельных особей, но и в отсутствии его общепринятых и широкоизвестных методик. К несомненным достоинствам данного метода можно отнести возможность прижизненного исследования, легкость получения и хранения образцов для исследований.

Примером научной проблемы, для решения которой скелетохронологические данные могут представлять несомненную ценность, является изучение гибридогенного комплекса среднеевропейских зеленых лягушек Pelophylax esculentus complex. Этот комплекс состоит из двух родительских видов (прудовой P. lessonae (Camerano, 1882) и озерной P. ridibundus (Pallas, 1771) лягушек), а также их гибридов (названных съедобными лягушками P. esculentus (Linnaeus, 1758). Названия этих форм даны в соответствии с результатами последней ревизии системы амфибий (Frost et al., 2006). Более известны их традиционные названия: Rana lessonae Camerano, 1882, R. ridibunda Pallas, 1771 и R. esculenta Linnaeus, 1758. Гибридные лягушки носят отдельное имя, соответствующее видовому, потому что для них характерен феномен гемиклонального наследования, способности передавать в гаметы лишь один из геномов родительских видов (Plötner, 2005 и другие работы). В ряде регионов Европы, в том числе, в Харьковской области, среди гибридов зарегистрированы не только диплоиды, но и триплоиды и даже единичные тетраплоиды (Borkin et al., 2004; Шабанов и др., 2006). И диплоидные, и триплоидные гибриды могут отличаться по характеру своего гаметогенеза: производить гаплоидные или диплоидные гаметы, несущие те или иные геномы. Это приводит к тому, что зеленые лягушки образуют гемиклональные популяционные системы (ГПС) – совокупности совместно обитающих и размножающихся представителей родительских видов и различных форм гибридов. В этих ГПС передаются как клональные, так и обычные (рекомбинантные) геномы. Взаимодействие между разными формами лягушек в ГПС, а также их различная жизнеспособность могут приводить к изменению их состава во времени (Шабанов и др., 2006). Для выяснения причин таких измерений необходимо получение надежных данных о продолжительности жизни, темпах роста и сроке достижения половой зрелости представителей различных форм лягушек. Скелетохронология является адекватным методом для решения этих задач.

Авторы данной работы провели скелетохронологическое изучение темпов роста 49 представителей Pelophylax esculentus complex (табл. 1).

Таблица 1. Изученный материал Pelophylax esculentus complex

Примечание: L – геном P. lessonae; R – геном P. ridibundus.

У изученных экземпляров удаляли четвертый (длиннейший) палец левой задней конечности. Кость очищали от мягких тканей и декальцинировали. На микротоме с замораживающим столиком получали поперечные срезы (толщиной 20–22 мкм) третей (считая от конца пальца) фаланги на уровне середины диафиза кости, возле места входа в кость кровеносного сосуда. Срезы фотографировали, и измеряли на них наименьший и наибольший поперечники наблюдаемых линий склеивания (темных зон, откладывающихся в кости в период зимовки). Учитывая, что резорбции и вытеснению эндостальной полостью подвергается две первых линии склеивания, возраст половозрелых лягушек определяли по количеству полностью наблюдаемых линий склеивания, к которому прибавляли 2.

Е. М. Смирина (1983) определяла изменение длины тела жаб, строя линию регрессии между длиной тела и площадью, ограниченной соответствующей линией склеивания на срезе фаланги пальца. Такой метод был избран на основании представлений об аллометрическом характере зависимости между длиной тела и диаметром трубчатых костей. Специальные исследования (Marunouchi et al., 2000) показали, что наиболее точное определение длины тела лягушек возможно при использовании линейной зависимости между длиной тела и диаметром кости (Dahl-Lea method). Аналогичные зависимости использовались и в некоторых недавних работах, выполненных на ящерицах и лягушках (Roitberg, Smirina, 2006; Замалетдинов, Файзуллин, 2008). Мы провели сравнение различных способов ретроспективной оценки динамики роста на нашем материале. В табл. 2 приведены данные о значении коэффициента корреляции Пирсона и уравнения линейной регресcии между длиной тела лягушки (L), а также наименьшим (^lastl_min) и наибольшим (^lastl_max) поперечниками последней линии склеивания, средним значением этих двух величин (^lastl_med) и площадью, ограниченной последней линией склеивания (вычислялась по формуле площади овала: ^lastS = ^lastl_min×^lastl_max×p).

Таблица 2. Связь параметров последней линии склеивания на срезе фаланги пальца
с длиной тела (обозначения параметров в тексте)

Как видно из табл. 2, с длиной тела лягушки сильнее всего связано среднее значение поперечника линии склеивания. Наименьший поперечник этой линии является величиной, наиболее устойчивой к случайному отклонению плоскости среза от оси кости. Тем не менее, эта величина хуже характеризует длину тела, чем наибольший поперечник. Их усредненное значение (вероятно, в силу компенсации случайных вариаций двух величин и ошибок в их измерении) оказывается наилучшим параметром для дальнейшего использования. Существенно, что прямые, описывающие зависимость длины тела от линейных параметров линии склеивания, выходят практически из начала координат (то есть соответствуют гипотетической лягушке с нулевой длиной тела и нулевой толщиной фаланги пальцев). Зависимость длины тела от площади линии склеивания носит иной характер.

Таким образом, для описания изученной совокупности лягушек можно было бы использовать зависимость L = 788×^lastl_med. Однако следует учитывать, что точки, соответствующие отдельным особям, находятся на плоскости с осями ^lastl_med и L выше или ниже такой прямой (соответствуя «толстопалым» или «тонкопалым» лягушкам). Положение лягушек на этой плоскости отражает особенности развития отдельных изучавшихся нами форм, а также половые и индивидуальные особенности. Логично предположить, что росту лягушек, находящихся выше или ниже общей линии регрессии, соответствует прямая, идущая из начала координат выше или ниже общей линии. Основываясь на этом предположении, можно заключить, что L/l_med =ⁱL/ⁱl_med, где l_med – усредненный поперечник последней линии склеивания или фаланги пальца в целом в момент исследования лягушки длиной L, ⁱL — длина тела на i-том году жизни и ⁱl_med – усредненный поперечник i-той линии склеивания. Исходя из этого, мы можем установить окончательную формулу для ретроспективного определения длины тела исследуемых особей зеленых лягушек: ⁱL = L×ⁱl_med/l_med. Этот метод соответствует подходу, использованному в других работах (Roitberg, Smirina, 2006; Замалетдинов, Файзуллин, 2008), прост в интерпретации, основан на параметре, сильнее всего связанном с длиной тела, а также позволяет учитывать индивидуальные особенности каждой особи.

Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 278-280.

UDC 598.112

Farzaneh Nazari-Serengeh*, Farhang Torki**

^*Payame Noor University of Lorestan, Khorramabad, Lorestan, Iran,
^**Farhang Torki Ecology and Herpetology Center for Research,
Nourabad City, Lorestan Province, Iran

СИНХРОНИЗМ РЕГЕНЕРАЦИИ И ДЕГЕНЕРАЦИИ В ТКАНЯХ СЕМЕННИКОВ У ЯЩЕРИЦ ВО ВРЕМЯ ЗИМНЕЙ СПЯЧКИ

Фарзани Назари-Серенги^*, Фархан Торки**

^*Университет Пайаме Нор Лорестана, Хоррамабад, Лорестан, Иран,
**^*Научно-исследовательский центр экологии и герпетологии Фархана Торки,
Нурабад, провинция Лорестан, Иран

Testes of the rough-tailed geckos Cyrtopodion scabrum, dwelling in western Iranian plateau, were histologically studied. During the degenerative period of a testicular cycle, degeneration of germinative layer of seminiferous occurred. On the other hand during this period, regeneration of testicular capsule and interstitial tissue occurred. Environmental and physiological condition have important role to periodical changes of testicular parameter in hibernate lizards.

Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 278.

UDC 598.112

Farzaneh Nazari-Serengeh*, Farhang Torki**

*Payame Noor University of Lorestan, Khorramabad, Lorestan, Iran,
**Farhang Torki Ecology and Herpetology Center for Research,
Nourabad City, Lorestan Province, Iran

ВЛИЯНИЕ КЛИМАТИЧЕСКОГО ГРАДИЕНТА
НА ГЕОГРАФИЧЕСКУЮ ИЗМЕНЧИВОСТЬ СРОКОВ
СПЕРМАТОГЕНЕЗА У CYRTOPODIONSCABRUM

Фарзани Назари-Серенги*, Фархан Торки**

*Университет Пайаме Нор Лорестана, Хоррамабад, Лорестан, Иран,
^**Научно-исследовательский центр экологии и герпетологии Фархана Торки,
Нурабад, провинция Лорестан, Иран

Spermatogenesis is a complicated process influenced and controlled by different and various factors. We collected male specimens of the rough-tailed geckos Cyrtopodion scabrum in three altitudes (during biological activity), that are different in climate conditions. The testes were removed and surveyed by histological H & E technique. Our results show three different phases of the spermatogenesis (Active, Transitional and Silent) during biological activity. In three studied altitudes the phases timing of spermatogenesis are different: the spermatogenesis in the low elevation population started earlier than in the population occupied higher habitats.

Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 277.

УДК 616.155.1

О. В. Минеева, А. К. Минеев

Институт экологии Волжского бассейна РАН, Тольятти, Россия, ievbras2005@mail.ru

PATHOLOGICAL CHANGES OF CAGES RED BLOOD
OF LAKE-FROG (RANA RIDIBUNDA) OF THE SARATOV RESERVOIR

О. V. Mineeva, A. K. Mineev

Institute for Ecology of the Volga River Basin, Russian Academy of Sciences,
Togliatti, Russia, ievbras2005@mail.ru

Кровь и кроветворная система весьма чувствительны к действию неблагоприятных факторов окружающей среды, поэтому гематологические параметры часто пытаются использовать для оценки физиологического состояния природных популяций. В системе комплексного биологического мониторинга водных экосистем все чаще используются земноводные (Чернышова, Старостин, 1994; Леонтьева, Семенов, 1997; Вершинин, Терешин, 1999; Жукова, Пескова, 1999; Пескова, 2004; Романова, 2005). Объясняется это тем, что лягушки, в особенности представители рода Rana, характеризуются вполне развитой кроветворной и иммунной системами (Manning, Horton, 1982), так что разнообразные параметры этих систем могут служить показателями состояния окружающей среды. Цель настоящей работы – оценить патологические нарушения морфологии клеток эритроидного ряда крови озерной лягушки Мордовинской поймы Саратовского водохранилища.

Отлов амфибий осуществляли с апреля по октябрь 2008 г. Препараты крови фиксировали этанолом, затем окрашивали по методу Романовского–Гимза. Всего изготовлено 68 препаратов периферической крови озерной лягушки. Применяли непрямой метод подсчета форменных элементов крови.

Воды Саратовского водохранилища постоянно содержат различного рода загрязнители. Акватория Мордовинской поймы испытает непосредственное влияние вод р. Чапаевка. Характерными загрязняющими веществами являются соединения меди и марганца, ХПК и БПК₅. Несмотря на то, что в последние годы наблюдается некоторое снижение средних концентраций поллютантов в воде, уровень загрязнения воды Саратовского водохранилища в исследованном районе остается высоким (“загрязненная” 3 “а” класса качества) (Гос. доклад …, 2008).

Наши исследования показали, что в данных экологических условиях лишь 5,88±2,87 % исследованных амфибий не имели патологий эритроцитов. У 20,59±4,94 % озерных лягушек обнаружены эритроциты с каким-либо одним видом патологии. В крови 33,82±5,78 % животных встречаются 2 различных вида нарушений морфологии эритроцитов. 3 вида патологий клеток красной крови отмечены у 27,94±5,48 % озерных лягушек, а 11,76±3,94 % амфибий имели 4 различных вида патологий эритроцитов. Следует отметить, что один эритроцит мог одновременно иметь несколько патологических изменений. Такие значительные отклонения в морфологии клеток эритроидного ряда свидетельствуют о высоком уровне влияния неблагоприятных факторов (в том числе и загрязняющих веществ) на организм амфибий.

Патологические нарушения морфологии отмечены нами не только для зрелых эритроцитов, но также и для незрелых форм, доля которых среди клеток красной крови составляет 2,96±0,50 % в среднем за период исследования. Следует отметить, что лишь 22,06±5,07 % незрелых эритроцитов характеризовались наличием патологических изменений (одного или нескольких). Этот показатель существенно ниже, чем для зрелых клеток эритроидного ряда.

Нами обнаружено 15 различных видов патологических нарушений морфологии клеток красной крови озерной лягушки. Наиболее часто встречаются такие патологии, как деформация клетки (70,59 %) и кариолизис (35,29 %). Довольно часто обнаруживается деформация ядра, пристеночное ядро и вакуолизация цитоплазмы (19,12, 25,00 и 23,53 % соответственно). Такие патологии эритроцитов, как шистоцитоз, раздвоение ядра, два ядра, вздутие клетки, сморщивание клетки, а также веретеновидная и каплевидная деформации встречаются редко (2,94–8,82 %). Пикноз, кариорексис и фестончатые края оболочки эритроцитов обнаружены единично.

Мы считаем, что обнаруженные патологические изменения эритроцитов, встречаемость которых высока, могут свидетельствовать о неблагополучии и резком хроническом антропогенном стрессе популяции озерной лягушки Саратовского водохранилища. Гематологические показатели амфибий можно использовать в качестве надежного критерия степени токсичности водной среды как один из элементов в системе комплексного биологического мониторинга водных экосистем, как это было показано для рыб (Галкина и др., 2002; Калинина, 2002; Серпунин, 2003).

Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 276-277.

p

УДК 597.851:504.054

А. А. Марченковская, А. Н. Мисюра

Днепропетровский национальный университет им. Олеся Гончара, Днепропетровск, Украина

PROGNOSIS OF ANURAN POPULATIONS STATE FROM BIOTOPES
OF DIFFERENT TRANSFORMATION RATE

A. A. Marchenkovskaya, A. N. Misyura

Oles’ Gonchar Dnipropetrovsk National University, Dnipropetrovsk, Ukraine

Исследования проводились в следующих биогеоценозах: в Днепровско-Орельском природном заповеднике, который по показателям водной среды можно отнести к естественной зоне; на территориях, относящихся к зонам различной степени антропотехногенного влияния: биотопы поймы реки Орель (малотрансформированные биогеоценозы) и канала Днепр-Донбасс (среднетрансформированные биогеоценозы), Диевских плавней (среднетрансформированные биогеоценозы), биотопы зоны поступления промышленных сточных вод химических и металлургических предприятий г. Днепродзер­жинск (катастрофические биогеоценозы), характеризующиеся высокой степенью загрязнения. Поскольку Днепровско-Орельский природный заповедник относится к естественной зоне Приднепровского региона, необходима оценка популяций различных видов бесхвостых амфибий, обитающих на его территории.

Сравнительный анализ численности молоди различных видов амфибий биотопов Днепровско-Орельского природного заповедника показал, что по степени снижения их популяции можно расположить в следующем порядке: Hyla arborea, Pelobates fuscus, Rana arvalis, Pelophylax ridibundus, Bombina bombina. В показателях численности половозрелых особей наблюдается другая картина, которая не совсем совпадает с предполагаемой, поскольку увеличение численности молоди теоретически должно приводить к увеличению численности половозрелых особей. В данных естественных биотопах такого не наблюдается, поскольку, очевидно, у животных разных видов существует различный уровень резистентности к влиянию биотических, абиотических и антропогенных факторов. По степени снижения численности половозрелых особей популяции разных видов амфибий можно расположить в следующем порядке: Bombina bombina, Pelobates fuscus, Pelophylax ridibundus, Rana arvalis, Hyla arborea.

Как видно из этих данных, высокой численности молоди обыкновенной квакши соответствует низкий процент в популяции половозрелых особей, что, очевидно, связано, с высокой смертностью амфибий в период полового созревания (двухлетние особи) и в начале воспроизводства. Довольно стабильными показателями характеризуются популяции обыкновенной чесночницы и озерной лягушки, в которых высоким показателям численности молоди соответствует высокий процент в популяции половозрелых особей. Следует отнести к стабильным, а возможно даже к растущим популяции краснобрюхой жерлянки и остромордой лягушки. Следует также предположить, что создание в 1992 году Днепровско-Орельского природного заповедника послужило толчком для вспышки размножения обыкновенной квакши, которая продолжалась в течение определенного временного периода, а затем, очевидно, была ограничена какими-либо факторами, к которым возможно следует отнести количество пищи или климатические условия.

Сравнительный анализ популяций амфибий из других мест обитания показал, что на урбанизированных территориях, прилегающих к заповеднику (Диевские плавни), высоким процентом количества молоди и старших возрастных групп характеризуется популяция зеленой жабы и, отчасти, озерной лягушки, в то время как популяция обыкновенной квакши при довольно низкой численности молоди, характеризуется высокими показателями численности половозрелых особей, что, очевидно, свидетельствует об их миграции в исследуемые биотопы.

Наиболее высоким уровнем воспроизводства в биотопах поймы р. Орель обладает зеленая жаба, которая имеет наивысший уровень молоди в популяции при более низкой численности особей, участвующих в воспроизводстве. По снижению уровня молоди в исследуемых популяциях амфибий их можно расположить в следующем порядке: Bufo viridis, Bombina bombina, Pelophylax ridibundus, Pelobates fuscus. По численности репродуктивной части популяции – количеству половозрелых особей в порядке их снижения исследуемые виды амфибий можно расположить в следующем порядке: Pelobates fuscus, Pelophylax ridibundus, Bombina bombina, Bufo viridis.

Наиболее стабильными являются популяции озерной лягушки и обыкновенной чесночницы, которые характеризуются равноценным количеством молоди и половозрелых особей, в то время как половозрелые особи популяции зеленой жабы и краснобрюхой жерлянки снижают свою численность в популяции с возрастом животных, что должно свидетельствовать об их более высокой смертности и неустойчивости к воздействию факторов среды обитания даже при более высоком воспроизводственном потенциале.

В биотопах канала Днепр-Донбасс на первом месте по численности молоди стоит зеленая жаба, а остальные виды амфибий можно расположить в следующем порядке: Pelobates fuscus, Rana ridibunda, Bombina bombina. В то же время, по численности половозрелых особей эти показатели изменяются таким образом: Bombina bombina, Pelophylax ridibundus, Pelobates fuscus, Bufo viridis. Как и в биотопах Днепровско-Орельского заповедника наименьшие изменения в количестве молоди и половозрелых особей отмечаются в популяциях краснобрюхой жерлянки и озерной лягушки (гигрофильных видов амфибий), что, возможно, связано с их средой обитания – водой, которая в наименьшей степени подвержена влиянию абиотических и биотических факторов при отсутствии поступления в нее сточных вод промышленных предприятий.

Анализ возрастного состава, численности молоди и половозрелых особей среди амфибий, обитающих в зоне поступления отходов предприятий химической промышленности г. Днепро­дзержинск показывает, что только в составе популяций одного вида бесхвостых амфибий (озерной лягушки) отмечается незначительное количество молоди при высоком количестве половозрелых особей. Все это свидетельствует о том, что только взрослые животные мигрируют в биотопы зоны загрязнения и данная популяция не является полноценной, а только ценопопуляцией. В ней отсутствует молодь, а имеются только животные старших возрастных групп, в определенной степени приспособившиеся к влиянию техногенных факторов, то есть уровню поступающих в данные биогеоценозы токсикантов органического и неорганического происхождения.

В целом, численность молоди во всех биотопах изменяется в зависимости от типа и уровня антропогенного влияния. В трех биогеоценозах, в той или иной степени подвергающихся влиянию урбанизации и рекреации, на первом месте стоит синантропный вид зеленая жаба. В зоне загрязнения только у одного вида амфибий (озерной лягушки) присутствует в популяции молодь, мигрирующая сюда в начале осени.

По численности половозрелых особей на первом месте (в зависимости от вида антропогенного влияния) находятся популяции краснобрюхой жерлянки, обыкновенной чесночницы и (в одном биотопе) обыкновенной квакши.

Наиболее сбалансированными по численности молоди и половозрелых особей следует считать популяции озерной лягушки. Это, очевидно, должно свидетельствовать о высокой резистентности к влиянию изменяющейся среды и действию различных поллютантов особей различных возрастных групп этого вида бесхвостых амфибий.

Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 274-275.

УДК 597.851(477.54)

А. В. Коршунов

Харьковский национальный университет им. В. Н. Каразина,
Харьков, Украина, alexeyykorshunov@gmail.com

DISTRIBUTION AND PECULIARITIES OF ECOLOGY
OF THE PELOPHYLAX LESSONAE (AMPHIBIA, RANIDAE)
IN THE KHARKIV REGION

O. V. Korshunov

V. N. Karazin Kharkiv National University, Kharkiv, Ukraine, alexeyykorshunov@gmail.com

Прудовая лягушка Pelophylax lessonae (Camerano, 1882) – один из представителей комплекса среднеевропейских зеленых лягушек (Pelophylax esculentus complex), который включает в себя также озерную лягушку (P. ridibundus (Pallas, 1771)) и съедобную лягушку (P. esculentus (Linnaeus, 1758)). Для P. esculentus характерны особые механизмы воспроизводства с использованием гемиклонального наследования. Воспроизводство съедобной лягушки связано с образованием нерестовых группировок с родительскими видами, которые получили название популяционные системы (Günther, 1990; Plötner, 2005). Эти особенности данного комплекса позволяют рассматривать его как модель сетчатого видообразования (Боркин, Даревский, 1980).

Харьковская область расположена на северо-востоке Украины, в лесостепной и степной зонах. Ее территория поделена между бассейнами рек Дон и Днепр. Север и северо-запад области находятся в лесостепной зоне, которая вклинивается на юг по долине р. Северский Донец в степную зону до уровня г. Изюм. P. lessonae и P. esculentus находятся здесь на краю своих ареалов и привязаны к поймам крупных рек с прилегающими лесными массивами (Коршунов, 2007; Коршунов, 2008).

Первые сведения об обитании P. lessonae (в статье упоминается как Rana esculenta lessonae) на территории Харьковской области сообщил С. А. Чернов (1936). К сожалению, эти находки не подтверждены коллекционными материалами, поэтому определение лягушек вызывает сомнения. Первое указание P. lessonae на территории Харьковской области, которое подтверждено музейными экземплярами, привел В. И. Ведмедеря (1984). Видовая принадлеж­ность исследованных им лягушек определялась морфологически в соответствии с представлениями того времени об особенностях данного вида.

Начиная с 2002 года, комплекс Pelophylax esculentus в Харьковской области интенсивно исследуется нами с использованием метода проточной ДНК-цитометрии. Популяционные системы, где встречается P. lessonae, найдены нами исключительно в бассейне р. Днепр. Зеленые лягушки бассейна р. Северский Донец изучены достаточно подробно (Borkin еt al., 2004; Боркин и др., 2005; Шабанов и др., 2006; Коршунов, 2008), но включающие P. lessonae популяционные системы в нем не найдены. В Змиевском районе (с. Гайдары и с. Гомольша) зарегистрированы две ювенильных особи прудовых лягушек. По нашему предположению (Шабанов и др., 2006), эти две особи являются результатом скрещивания гибридов, передающих клональный геном P. lessonae (являются результатом так называемого гибридолиза (Plötner, 2005)) и не способны дожить до половозрелости. В размножении лягушек в этих пунктах взрослые P. lessonae участия не принимают.

Работая с коллекциями Музея природы Харьковского национального университета им. В. Н. Каразина, мы по комплексу морфологических признаков (Шабанов и др., 2006) повторно исследовали все сборы зеленых лягушек из бассейна реки Северский Донец в пределах Харьковской области. Особи, которых ранее определяли как P. lessonae, принадлежат, по нашему мнению, к P. esculentus. К сожалению, 3 экземпляра из окрестностей с. Петровское Волчанского района и 6 экземпляров из п. Научный Харьковского района, ранее определенные как P. lessonae, невозможно определить ввиду их плохой сохранности. Поэтому мы предприняли две специальные экспедиции для поиска прудовой лягушки в указанных районах.

Водоемы, расположенные в пределах боровой и частично пойменной террасы на левом берегу Печенежского водохранилища, обследованы нами 22.06.2009 г. Исследованы водоемы в следующих пунктах: 1) окрестности дороги из п. Старый Салтов в с. Гонтаровка; 2) с. Петровское; 3) с. Металловка; 4) с. Революционное; 5) р. Польная в с. Верхняя Писаревка; 6) с. Жовтневое в окр. г. Волчанска. Из 12 водоемов, указанных на карте (Топографическая …, 2002), 4 (в пунктах 1, 3) пересохли или носят временный характер. Большинство водоемов подверглись антропогенной трансформации, используются как водопои или для полива огородов (пункты 4–6). Все водоемы, кроме пунктов 1 и 3, заселены популяционными системами зеленых лягушек RE-типа (включают P. ridibundus и P. esculentus). Кроме водоема в пункте 2, P. ridibundus везде преобладает, а P. esculentus малочисленна. Водоем из пункта 2 – крупное озеро на боровой террасе среди осиново-березового леса. Здесь преобладает P. esculentus. Вырубка, окружающая этот водоем, внушает тревогу за судьбу населяющей его популяционной системы лягушек.

Ни один из исследованных водоемов в этой местности не подходит для нормального существования P. lessonae из-за низкой влажности в засушливые периоды года. Пруды, располо­женные в балках по правому берегу Печенежского водохранилища (с. Жовтневое, с. Избицкое), также заселены популяционными системами RE-типа (Borkin еt al., 2004; Коршунов, 2007).

Несколько водоемов в окрестностях пп. Высокий, Научный и Бабаи обследованы нами 26.07.2009 г. В п. Высокий расположен каскад прудов, размещенных в балках среди степной растительности и садов. Их населяют популяционные системы RE-типа с преобладанием P. ridibundus. Водоемы в окрестностях пп. Высокий и Бабаи расположены в балках и окружены мезогигрофильными липово-ясеневыми дубравами со снытью. Они заселены популяционными системами RE-типа с преобладанием P. esculentus. Наличие большого количества головастиков и сеголеток позволяет говорить о хорошем воспроизводстве лягушек в этих местообитаниях. Однако для P. lessonae эти местообитания малопригодны, поскольку не позволяют пережить летнюю засуху (Коршунов, 2008). Среди представителей зеленых лягушек P. lessonae по особенностям своей экологии наиболее тесно связана с ультрагигрофильными местообитаниями (Лада, 1995; Plötner, 2005). В Харьковской области (в бассейне р. Днепр) этот вид использует гигрофильные и мезогигрофильные местообитания только как кормовые стации (Коршунов, 2008).

В Краснокутском р-не, в бассейне р. Днепр, P. lessonae отмечены нами в понижениях на боровой террасе (кругликах), мелиоративных каналах и болотах в ольшатниках в пойме р. Мерла. Тип леса в кругликах – сосна со сфагнумом, по краям обычно березовый или (реже) осиновый колок; в центре часто располагается озеро, окруженное сфагновым болотом. Такие местообитания заселяет исключительно P. lessonae. В озерах проходит нерест, а прилегающие болота и колки используются как кормовые стации и места зимовок. Иногда (не каждый год) в конце лета единичные особи прудовой лягушки отмечаются на берегах р. Мерла. В пойме Мерлы болота и мелиоративные каналы, в которых обитает прудовая лягушка, окружены ольсами с болотным или сырым крупнотравьем. Эти леса и пойменные луга используются лягушками как кормовые стации вне периода нереста.

Нами установлено, что P. lessonae избегает прудов в балках, расположенных по правому берегу Мерлы. Вероятно, это связано с резким переходом от ультрагигрофильных местообитаний по берегу пруда к гигромезофильной паклено-ясеневой дубраве с широкотравьем. В условиях летней засухи такие местообитания не могут обеспечить экологические потребности влаголюбивых прудовых лягушек (Коршунов, 2008).

В пойме р. Орель прудовые лягушки придерживаются болот, окруженных ольсами с мокрым и сырым крупнотравьем, заливными лугами и, иногда, мезогигрофильными местообитаниями с пойменными дубравами. По нашим данным, кормовыми стациями прудовых лягушек чаще всего являются экотоны между пойменным лугом и перечисленными типами леса. Данный вид придерживается ультрагигрофильных местообитаний, но, при благоприятных условиях (в годы с большим количеством осадков или продолжительные дождливые периоды) может также использовать гигрофильные и мезогигрофильные местообитания. Прудовые лягушки избегают пойменных болот с признаками засоления; такие водоемы населяют лишь P. ridibundus.

Интересна находка P. lessonae в оз. Капинерное в пойме р. Орель около с. Заречное Зачепиловского р-на. Озеро окружено со всех сторон пойменным лугом, расстояние до ближайшего леса от озера около 700 м. Лягушки здесь используют луг как кормовую стацию в течение всего лета и покидают его только осенью, уходя на зимовку. Возможно, благоприятные условия здесь обеспечивает болотное крупнотравье и близкие к поверхности грунтовые воды, подпитывают озеро и заболоченные участки луга в течение всего лета.

Итак, в водоемах, относящихся к бассейну р. Дон в пределах Харьковской области, P. lessonae достоверно не обнаружена. Устойчивые популяции этого вида обитают в долинах рек, относящихся к бассейну р. Днепр (Мерла, Мерчик и Орель), где имеются подходящие для этого вида местообитания.

Автор искренне благодарен А. И. Зиненко, Д. А. Шабанову и Т. С. Фоменко за помощь в проведении исследований и обсуждении их результатов.

Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 271-273.

УДК 597.6

И. Н. Залипуха, А. Н. Мисюра

Днепропетровский национальный университет им. Олеся Гончара, Днепропетровск, Украина

SOME INDICES OF AMPHIBIANS BLOOD AS BIOMARKERS
OF THE ANIMALS STATE IN DIFFERENT HABITATS

I. N. Zalipukha, A. N. Misyura

Oles’ Gonchar Dnipropetrovsk National University, Dnipropetrovsk, Ukraine

Во всех случаях воздействия на природу со стороны человека происходят изменения отдельных природных объектов или целостных экосистем и стимулируются адаптивные и компенсаторные процессы в них. Воздействие антропотехногенных факторов показывает влияние на физиолого-биохимические процессы живых организмов. Одной из систем организма, первой реагирующей на влияние отходов предприятий различных видов промышленности является кровь. В связи с этим исследование биохимических параметров крови амфибий является особенно актуальным в техногенных регионах, подобных Приднепровскому, где, с одной стороны, развиты практически все виды промышленности, а, с другой, регион относится к наиболее кризисным в экологическом отношении регионов Украины.

Анализ гематологических показателей озерной лягушки из биотопов Днепровско-Орельского природного заповедника показал их изменение в зависимости от возраста животных. В период наступления половой зрелости у амфибий происходит увеличение количества гемоглобина, а также эритроцитов, показателей гематокрита. В то же время у животных старшего возраста (5–7 лет) эти показатели снижаются, что свидетельствует о снижении эритропоэза. При достижении половой зрелости в крови амфибий увеличивается количество запасных энергетических веществ (липидов), уровень которых несколько снижается у амфибий старших возрастных групп при одновременном увеличении количества белка.

Сравнительный анализ исследуемых показателей одновозрастных групп амфибий из биотопов ДОПЗ и зоны поступления сточных вод Приднепровского химического завода (ПХЗ) показал снижение в крови количества эритроцитов и гемоглобина, а также процентного содержания гематокрита. В то же время анализ биохимических показателей крови амфибий из указанных мест обитания показывает снижение в крови амфибий из биотопов зоны поступления сточных вод ПХЗ количества белка и липидов, что связано с большими энергетическими затратами организма.

Исследования некоторых показателей минерального обмена (содержание в крови биогенных (железо, марганец, медь, цинк) и токсичных (свинец и кадмий) металлов) в крови амфибий из указанных мест обитания показывает увеличение их содержания у амфибий из биотопов сточных вод ПХЗ с возрастом, что связано с их постоянным поступлением в организм животных.

Таким образом, гематологические показатели, биохимические параметры и показатели минерального обмена крови амфибий из разных по степени влияния антропотехногенных факторов мест обитания могут являться как биомаркерами состояния организма животных, уровня его минерального обмена и его загрязнения токсичными элементами как в «условно чистых», так и загрязняемых полютантами экосистемах.

Zoocenosis — 2009
Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали V Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Ліра, 2009. – С. 270-271.