УДК 598.2

А. И. Кошелев, В. А. Кошелев, Р. В. Покуса

Мелитопольский государственный педагогический университет, г. Мелитополь, Украина

В последние годы на юге Украины вновь возникла проблема рыбоядных птиц, которых стали голословно обвинять в уничтожении рыбных запасов, древесных насаждений, гнездовий уток и гусей и даже островов (Кошелев и др., 2003). Такой подход к рыбоядным птицам, включающий призывы к их истреблению, выглядит лишь внешне убедительным. На юге Украины к ним относятся 30 видов, из которых 15 внесено в национальную Красную книгу, а 10 в категорию охраняемых (Смогоржевский, 1959, 1974; Кошелев и др., 1997, 1999). Благодаря многолетней охране птиц, созданию сети заповедных территорий в местах их гнездования и кормежки, на фоне резкой антропогенной трансформации ландшафтов, произошло быстрое восстановление их численности и расширение ареалов (Кошелев и др., 1997). Общая численность гнездящихся рыбоядных птиц на юге Украины в 1998 г. составила 27 132 пары, в т.ч. большой баклан (Phalacrocorax carbo Linnaeus, 1758) – 17 024 пары, хохлатый баклан (Ph. aristotelis Linnaeus, 1761) – 61, малый баклан (Ph. pygmaeus Pallas, 1773) – 1 047, серая цапля (Ardea cinerea Linnaeus, 1758) – 1 628, рыжая цапля (A. purpurea Linnaeus, 1766) – 570, большая белая цапля (Egretta alba Linnaeus, 1758) – 2 153, малая белая цапля (E. garzetta Linnaeus, 1766) – 1 549, кваква (Nycticorax nycticorax Linnaeus, 1758) – 2 850, большая выпь (Botaurus stellaris Linnaeus, 1758) – 250, чайка–хохотунья (Larus cachinnans Pallas, 1811) – 56 500 пар (Сиохин, 2000; и др.). Однако односторонний подход к оценке птиц глубоко ошибочен. Если им воспользоваться, то получается, что за сезон на юге Украины, рыбоядные птицы съедают, исходя из их среднесуточного рациона, до 5 426 кг рыбы ежедневно, а за год – 1 980 т, т.е. наносят огромный ущерб. При этом не учитывается, что птицы питаются не только рыбой, находятся в регионе всего 5–6 месяцев в году, а затем широко кочуют и отлетают на южные зимовки. Птицы поедают преимущественно «сорную» мелкую или больную рыбу, а также личинок хищных водных насекомых, являющихся основными врагами молоди рыб. Комплексная оценка роли рыбоядных птиц всегда показывала, что ущерб, рассчитанный неспециалистами многократно преувеличивается (Гладков, 1965; Ломадзе, 1973; Чельцов-Бебутов, 1982; и др.). Допустимо говорить об ущербе и регулировать численность лишь большого баклана, чайки-хохотуньи, озерной чайки (Larus ridibundus Linnaeus, 1766) и кваквы.

За последние 10–12 лет, в условиях бесконтрольного рыбного промысла и массового браконьерства на юге Украины, человеком были практически полностью подорваны рыбные ресурсы Азовского моря и прилегающих водоемов. «Виновными», как и в 1950-е гг. пытаются опять представить рыбоядных птиц.

Исследования выполнены нами в Северном Приазовье (юг Запорожской обл.) в 1988–2003 гг. Совершено 72 экспедиционных выезда, общей длительностью 134 дня. Систематическое комплексное изучение размещения, численности, биологии и поведения больших бакланов, цапель и чаек велось в основном на островах и в плавнях Молочного лимана и Обиточного залива. В колониях проводился абсолютный подсчет жилых гнезд, яиц и птенцов. Материалы по питанию птиц собирали в гнездовых колониях прижизненными методами (n=480). Промеряно 597 экз. 13 видов рыб, собранных в колониях. Для выяснения спектра питания определяли процентное соотношение видов.

Рост численности большого баклана, серой и большой белой цапель начался локально в отдельных колониях Азово-Черноморского региона с 1975–1980 гг., а с 1985–1989 гг. он приобрел характер «взрыва». Так, у большого баклана в 1984 г. было учтено 4 500, а в 1992 г. – уже 25 248 пар, т.е. численность возросла в 5 раз. Пик его численности пришелся на 1992–1993 гг., а в 1994–1995 гг. произошел ее спад (в 2–3 раза) и стабилизация на довольно высоком уровне. В 2000–2003 гг. отмечено локальное незначительное увеличение численности большого баклана, и снижение – у цапель. Послегнездовая их численность в регионе составила: большой баклан – 60 000–80 000 (до 100 000), серая цапля – 6 000–7 000, рыжая цапля – 1 600–2 000, большая белая цапля – 2 500–3 000, малая белая цапля – 2 500–3 000, желтая цапля (Ardeola ralloides Scopoli, 1769) – 100–150, кваква – 2 000–3 000, большая выпь – 500–600, волчок (Ixobrychus minutus Linnaeus, 1766) – 3 000–5 000, чайка–хохотунья – 150 000–300 000 особей.

Процветанию бакланов и цапель в регионе способствовали перемещение из плавневых лесов на малодоступные для хищников и человека морские охраняемые острова, улучшение кормовой базы, участие в размножении птиц младших возрастных групп (1–2-летних). Благоприятные теплые зимы в последние годы привели к успешной зимовке бакланов и цапель в гнездовой области (до 2 500–3 000 особей). Нами отмечена реализация высокого репродуктивного потенциала в наземных колониях, успешное противостояние прессу пернатых хищников. Попытки локального регулирования численности большого баклана рыбаками на Молочном лимане, о-вах Большие и Малые Кучугуры, в Обиточном заливе оказались мало эффективными, т.к. птицы приступают к повторным кладкам или перемещаются в другие, более труднодоступные места, образуют небольшие древесные колонии. В регионе образовался также значительный популяционный резерв из неполовозрелых и холостых бакланов и цапель (до 50–60 тысяч особей), которые совершают значительные кормовые и сезонные кочевки, отыскивают благоприятные места и там гнездятся, т.е. наряду с многолетними колониями ежегодно формируются эфемерные колонии на 1–3 года в субоптимальных местообитаниях; это позволяет птицам более эффективно использовать кормовые, гнездовые, защитные и погодные условия сезона.

В Cеверном Приазовье в питании больших бакланов нами зарегистрировано 13 видов рыб из 4 семейств, в основном (90 %) это – бычок кругляк (Neogobius melanostomus Pallas, 1811), бычок ротан (N. ratan Nordmann, 1840), бычок песочник (N. fluviatilis Pallas, 1811), бычок ширман (N. syrman Nordmann, 1840), бычок травянник (Gobius ophiocephalus Pallas, 1811), бычок цуцик (Proterorhinus marmoratus Pallas, 1811), бычок мартовик (Mesogobius batrachocephalus Pallas, 1811), тюлька (Clupeonella cultriventis Nordmann, 1840), пиленгас (Mugil soiuy Basilewsky, 1830), атерина (Atherina boyeri pontica Eichwald, 1831); в отдельные годы в рационе встречались карась (Carassicus carassius Linnaeus, 1758), глосса (Platichthys flesus luscus Pallas, 1811) и окунь (Perca fluviatilis Linnaeus, 1758). Большинство (95 %) поедаемой бакланами и цаплями рыбы относится к сорным или малоценным промысловым видам.

Большой баклан питается всеми видами рыб, обитающими в водоеме, не отдавая предпочтения ни одному из них. Разнообразие пищи зависит от степени ее доступности. В период нереста или миграций, состав кормов ограничивается 3–5 видами, а при недостаточной концентрации рыб это число возрастает в 2–5 раз. Для поддержания энергетических затрат одной особи достаточно 100 г, а в холода – до 200 г корма. В норме баклан поедает около 300–500 г в сутки, а крупные цапли – 250–300 г. Крупные виды цапель, как рыболовы, значительно уступают бакланам, т.к. не могут нырять и берут рыбу только с берега или на мелководье. Соотношение рыбного и прочего корма у них в течение сезона значительно варьирует. Взрослые цапли поедают молодь и маломерных рыб, вылавливаемых в местах их нагула. Птенцов они кормят смешанной пищей. Список их кормовых объектов состоит из 68 видов животных, 32 из которых рыбы. В их добыче преобладают многочисленные прибрежные виды: карась (60–80 % встреч), пиленгас (до 10 %), некоторые виды бычков (1,5–19,5 %) (Кошелев и др., 2002). Цапли поедают также грызунов, лягушек, рептилий. На рыборазводных прудах они могут причинять вред, поедая рыб–сеголеток. В естественных водоемах цапли уничтожают в основном «сорную» или малоценную промысловую рыбу, при этом поедая в большом количестве вредных насекомых: водолюбов, плавунцов, клопов и личинок крупных стрекоз (Скокова, 1965).

Важным является воздействие птиц на экосистемы через выделяемые экскременты, с которыми в водоемы и на сушу возвращаются биогенные вещества и энергия. Съедая в сутки 350–500 г рыбы, большой баклан выделяет 56,4–60,9 г экскрементов с содержанием влаги 7,5 %. На суше бакланы оставляют 10–25 % экскрементов, а крупные цапли – лишь 1–5 %. Сухие экскременты рыбоядных птиц содержат 17 % минеральных солей; из них фосфаты – 7 %, сульфаты – 3,2 %, производные аммония – 1,8 %, хлориды в соединении с катонами калия, натрия, магния – 0,35 %. Растворимая фракция состоит из органических веществ (83 %), которые содержат фосфор – 5 % и азот – 15,5 %, а также нуклеиновые кислоты, аминокислоты, пептиды, креатин, углеводы, витамин В₁₂ и др. (Головкин, 1982). Минеральные и органические вещества, возвращаемые в воду с экскрементами птиц, вновь включаются в круговорот веществ утилизируются автотрофными и гетеротрофными организмами. Это вызывает активное развитие кормового фито– и зоопланктона, что привлекает рыб. Следует отметить необычайно высокую стабильность состава фитопланктонных сообществ у птичьих колоний, его биомасса выше в 5–15 раз. Следовательно, птицы–ихтиофаги выступают не только в роли потребителей рыбы, но являются важнейшим специфическим звеном, обеспечивающим перенос и концентрацию веществ на ограниченных по площади участках акватории, своеобразным регулятором и стабилизатором высокой биологической продуктивности водоемов.

Исследованиями в различных регионах доказано, что рыбоядные птицы изымают из водоемов менее 0,1 % рыбных запасов, зато польза от них, за счет уничтожения врагов рыб и биогенного обогащения водоемов, превышает многократно предполагаемый от них ущерб (Маркузе, 1965; Скокова, 1965; Вадковский, 1971; Ломадзе, 1973).

Гельминтофауна рыбоядных птиц включает в Украине 203 вида (Смогоржевский, 1959; Смогоржевская, 1976). Доказано, что морские птицы не участвуют в распространении паразитов среди пресноводных рыб; более того, птицы прекращают распространение заболеваний, поедая зараженных рыб. Следовательно, рыбоядные птицы играют на водоемах роль активных «санитаров», являются «биологическим тупиком» множества паразитов. Снижение численности птиц в открытых водоемах может принести значительный ущерб рыбному хозяйству. Рекомендуемое уничтожение птиц–ихтиофагов не является рациональным средством борьбы с гельминтозами рыб; наибольший эффект может быть достигнут путем изменения гидробиологического режима искусственных водоемов, их санитарной профилактики, путем разрыва других звеньев жизненного цикла паразита или нарушения контакта между птицей и больной рыбой.

Результаты наших исследований подтверждают выводы предыдущих исследователей об ошибочности обвинений в адрес птиц–ихтиофагов. Большие бакланы и крупные виды цапель многочисленны только в районах с наибольшей биологической продуктивностью водоемов. Их воздействие на промысловых рыб в значительной степени компенсируется поеданием сорных и малоценных рыб, являющихся активными конкурентами промысловых видов. В конечном счете, роль этих многочисленных крупных птиц, привязанных в течение всего жизненного цикла к водоемам, сводится к участию в круговороте органического вещества в них, без изъятия этого вещества, т.е. без снижения потенциальных возможностей рыбопродуктивности водоемов. Они не влияют заметно на численность, воспроизводство и величину уловов промысловых рыб. Непродуманное разрушение биологических цепей путем исключения из них рыбоядных птиц, без всестороннего учета их значения в биологическом балансе, может привести к весьма нежелательным для рыбного хозяйства результатам. Большие бакланы могут наносить локально вред рыбному хозяйству, уничтожая рыб на небольших участках водоемов или рыборазводных прудах, лишь в ограниченный период жизни рыб (например, в период ската молоди). В это время возникает необходимость регулирования их числен­ности или принятия других мер для защиты от рыбоядных птиц ценных промысловых рыб.

Жесткие методы регулирования их численности (отстрел, уничтожение гнезд, кладок и птенцов) вступают в противоречие с существующим природоохранным законодательством и общественным сознанием. Мы предлагаем сохранять доступные крупные колонии бакланов и цапель, на которых, следует проводить меры по регулированию их численности в гнездовой период, разрабатывать способы активного управления. Следует учитывать, что близкие виды – хохлатый и малый бакланы внесены в Красную книгу Украины, что делает недопустимым уничтожение большого баклана в местах их совместного обитания. Отстрел бакланов и цапель на рыборазводных прудах также недопустим, т.к. одновременно распугиваются и уничтожаются многие редкие виды птиц. В крупных колониях нами отмечено проявление механизмов саморегуляции (возникновение природно-очаговых заболеваний, массовые перемещения в более спокойные и богатые кормом районы, усиление влияния наземных хищников).

Обвинения в адрес птиц как истребителей рыбных ресурсов и древесной растительности в гнездовых колониях необоснованны. Высокий уровень численности большого баклана и чайки-хохотуньи вызван деятельностью человека; лишь локально эти птицы могут наносить определенный ущерб на искусственных водоемах. В этих случаях необходимо использовать мягкие, щадящие способы регулирования численности и управления поведением рыбоядных птиц в соответствии с существующим природоохранным законодательством и только под строгим контролем специалистов.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 210-214.

УДК 639.1.052:598.2

А. И. Кошелев*, М. Е. Жмуд**

*Мелитопольский государственный педагогический университет, г. Мелитополь, Украина
**Дунайский биосферный заповедник, Одесская обл., Украина

Украинская часть Дунайской дельты, включая придунайские озера, занимает площадь около 1 200 км² , а собственно дельта включая румынскую часть занимает 5 640 км². Вторичная морская дельта Килийского рукава Дуная – самая молодая, ее площадь около 328,2 км² , она сформировалась за последние 350–400 лет.

Характерными местообитаниями дельты для водоплавающих птиц являются мозаичные плавневые участки (17 % территории), сплошные слабо обводненные тростниковые заросли (66 %), приморские песчано-скалистые косы и острова (1 %), прирусловые галерейные ивовые леса (3 %), заросшие кустарниками приморские песчаные гряды (2 %), песчаные дюны с посадками сосны крымской (10 %), низкотравные луга, в т.ч. засоленные (1 %) (Жмуд, 2000).

Дунайский биосферный заповедник (ДБЗ) занимает площадь 464 029 га, охватывает всю территорию вторичной дельты Килийского рукава. В хозяйственную зону заповедника входят антропогенно – трансформированные местообитания (рисовые чеки, каналы, пастбища, сельские населенные пункты и др.). На территории заповедника зарегистрировано пребывание 255 видов птиц. Водоплавающие представлены 50 видами, в т.ч. поганкообразные – 5 (из них гнездятся – 4 вида), веслоногие – 4 (2), гусеообразные – 35 (9), журавлеобразные сем. пастушковые – 6 (5) видов (Жмуд 2000). Из них разрешены в качестве объектов спортивной охоты лишь 18 видов, а 13 видов уже внесены в национальную Красную книгу Украины. Их численность на гнездовании достигает 19 635 пар, прилетающих на линьку – 8–10 тыс. особей, осенью – 20–25 тыс. особей, зимой – до 60–65 тыс. особей (Жмуд, 2000; Кошелев и др., 2001).

В плавнях Дуная плотность гнездования водоплавающих в 2001 г. составляла в среднем лишь 10–25 гнезд/100 га. Нагрузка гнезд была в 20 раз выше, чем нагрузка выводков (Кошелев и др., 2001). Следовательно, площадь выводковых стаций должна быть больше, с учетом гибели 40–50 % кладок, минимум в 10 раз. Идеальным соотношением гнездовых, выводковых и дневочных стаций должно быть их соотношение 10, 50 и 40 % общей территории угодьев. Сокращение видового разнообразия охотничьей фауны, и низкая плотность населения птиц – важнейшая проблема ДБЗ, как и всех водных охотугодий юга Украины. Известно, что в лучших гнездовых местообитаниях максимальная плотность гнездования водоплавающих достигает 600 гнезд/100 га, а плотность выводков – до 30 выводков/100 га (Михельсон и др., 1986). Не определена популяционная структура и границы мелких популяций; но общепризнанным является выделение крупных географических популяций. Дельта Дуная поддерживает существование многих популяций, обитающих на огромных пространствах Европы и Северной Азии, зимующих в Средиземноморье, Африке, Западной Европе (Кривенко, 1991; Scott, Rose, 1996).

Охотники Украины используют ресурсы перелетных птиц из других стран, собственные запасы невелики и продолжают сокращаться. Так, в 1980 г. в Приазовье и Причерноморье было учтено 890 тыс. птиц (из них местные составляли 12,2 %), 56,0 % из среднеевропейских популяций, 31,8 % из западносибирских (Сапетина, 1984; Кошелев, 1998). Но данные о степени использования местных и пролетных птиц в каждом регионе отсутствуют.

Наиболее ценными для водоплавающих птиц, особенно для поддержания их высокой численности, имеют водоемы в ранних стадиях сукцессии. В дельте Дуная ход сукцессии нарушен человеком, идет быстрое старение проток, что сопровождается зарастанием, заболачиванием; это ведет к снижению их биоразнообразия и ценности для птиц. Необходима мелиорация угодий плавней, особенно в 3 зоне ДБЗ, управление динамикой водоемов, а через нее – управление популяциями птиц. Поддерживая большую экологическую емкость водоемов, можно добиться высокой территориальной стабильности популяций птиц, они ежегодно будут возвращаться в данное место.

Уровень накопленных знаний о водоплавающих птицах и опыт их воспроизводства и использования огромен, что позволяет определить приоритетные направления и ряд мероприятий, эффективность которых давно доказана в других регионах. Для дунайской дельты и в целом юга Украины остро стоят следующие проблемы.

– Бонитировка угодий. Имеющиеся схемы давно устарели, плавни меняются, деградируют. Бонитировка – основа биотехнии.

– Проведение таксации. Достоверные данные о численности птиц отсутствуют, имеются лишь частные оценки. Таксация – второй базис биотехии, на ее основе определяются запасы дичи, объем ее изъятия. Необходимо создание Службы рыбы и дичи (по опыту США), а на первом этапе – Службы учета дичи, которая займется организацией учетов, анализом полученных данных, составлением прогнозов.

– Определение пропускной способности угодий. Она не беспредельна и зависит от многих факторов. Создание экологически обоснованной сети убежищ для водоплавающих, в т.ч. «зон покоя», позволит сохранить высокую численность птиц и высокую посещаемость угодий.

– Важно определение объема добычи птиц и норм добычи на водоем, сезон сушки на охотника, организация учета количества добытой дичи. Заслуживает внимания американская, система балльного регулирования добычи дичи, когда за малочисленные виды дается высокий бал, за многочисленные – низкий, и определяется разрешенный объем баллов за сезон; охотники сами определяют, кого добывать. Определив контрольные цифры поголовья охотничьих птиц, необходимо стремиться достигнуть их.

– Необходимо повышение экологической грамотности и культуры охотников.

– Крайне важно для антропогенно-трансформированных местообитаний расширение объема биотехнических мероприятий. Наиболее эффективным путем увеличения видового состава и численности водоплавающих птиц является коренная реконструкция угодий, включая создание новых водоемов, перестройки их типа, создание искусственных островов и др. Хорошо зарекомендовали себя очистка островов от древесно-кустарниковой и высокой травянистой растительности, устройство прокосов к воде сквозь густые заросли, что позволяет увеличить численность гнездящихся птиц в десятки раз. Обязательным условием является уничтожение наземных и пернатых хищников, которые разоряют до 60–100 % гнезд и кладок. Важен комплексный, а не односторонний подход в использовании ресурсов дельты (заготовка тростника, пушнины, рыбы, дичи, ила–сапропеля, сенокос, выпас скота и т.д.). Улучшение гнездовых, кормовых и защитных условий на водоемах. Устройство прокосов повышает мозаичность биотопов, приводит к распространению «опушечного эффекта». Искусственные гнезда резко увеличивают количество гнездопригодных мест для гусей и уток, повышают выживаемость кладок и птенцов с 10–40 % до 65–100 %. Большой эффект дает организация колоний мелких чайковых птиц.

– Сохранять полный запрет весенней охоты, как биологически, экономически и этически не оправданной на юге Украины. Регулирование сроков открытия и продолжительности охоты: завершать ее к 31 декабря, а в суровые зимы – к 1 декабря. Необходимо при этом учитывать сроки линьки, подъема молодняка на крыло и др.

– Дичеразведение – дорогостоящий, но эффективный путь ведения интенсивного охотничьего хозяйства и его следует всячески развивать в специализированных («престижных») хозяйствах 3 зоны ДБЗ. Выпуск дичи под сезон охоты (кряква, серый гусь, лысуха и др.) позволяет увеличить нормы добычи, хотя не увеличат пропускную способность угодий, она не беспредельна. В перспективе необходимо создание специализированных комплексных плавных хозяйств.

– Угодья дельты Дуная – важнейшее место зимовки водоплавающих птиц, но в суровые многоснежные зимы они оказываются в критической ситуации. Необходимо проводить зимнюю подкормку, устраивать и поддерживать полыньи.

– В ДБЗ необходимо проведение специальных научных исследований биологии и поведения водоплавающих птиц. Первоочередными задачами следует считать: уточнение пролетных путей с участием дельты Дуная; выяснение природных циклов и на их фоне– закономерностей динамики численности водоплавающих птиц; выяснение границ географических и местных популяций; выяснение суточных перелетов и их динамики, связи птиц украинской и румынской частей дельты; определение биологической емкости угодий и оптимальной плотности птиц в них – поиск путей повышения этой емкости. Запасы водоплавающих птиц в СЖП распределены крайне неравномерно, они используют максимум 15–20 % угодий. Необходимо выявление наиболее значимых ключевых участков, их улучшение и охрана; разработка краткосрочных и долгосрочных прогнозов запасов дичи и на этой основе планирование охоты; изучение демографии местных гнездящихся популяций водоплавающих, их поддержание и сохранение, выяснение масштабов дисперсии и филопатрии, степени оседлости и др.; изучение особенности экологии массовых видов (плодовитость, смертность и др.); поиск компромиссов с другими хозяйственными организациями при приоритете комплексного охотничьего хозяйства; организация и массовое кольцевание местных гнездящихся, линяющих, пролетных и зимующих птиц; дальнейшее изучение опыта традиционных народных форм природопользования в условиях дунайской дельты, особенно выжигания и выкашивания тростника, выпаса скота на островах, рыболовства и др.; разработка и внедрение в практику определенных селективных способов охоты (самцов или самок, молодых или взрослых птиц и т.д.), регулирование качественного состава популяций.

С этой целью желательна организация Дунайской орнитологической станции при Дунайском биосферном заповеднике, с ведением в ее штат охотоведов.

План управления (менеджмент) популяциями водоплавающих птиц, возможно в рамках Афро-Европейского соглашения, необходимо создавать на основе двух и многосторонних договоров. Он должен предусматривать решение триединой задачи: воспроизводство, слежение и управление популяциями водоплавающих птиц, эффективную стратегию управления их численностью. Перспективным следует считать моделирование основных экологических и демографических факторов в регулировании численности популяции и ее прогнозов, создание модели движения ресурсов охотничьих птиц по миграционной трассе, по отдельным странам и регионам.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 208-210.

УДК 598.112.23

А. В. Коршунов, А. И. Зиненко

Харьковский национальный университет им. В. Н. Каразина, г. Харьков, Украина

Живородящая ящерица Lacerta (Zootoca) vivipara (Jacq., 1787) – один из самых широко распространенных видов рептилий. Ее ареал простирается от Франции до Сахалина, охватывая лесную зону и часть лесостепи. Харьковская обл. лежит на южной границе ареала этого вида. Чернай и Сомов указывали на наличие живородящей ящерицы в Харьковской обл. еще в XIX веке, но до 1970-х гг. их сообщения считались малодостоверными. В 1978 г. В. И. Ведмедеря сообщил о 3-х популяциях этого вида в Харьковской обл.: в окрестностях с. Шаровка в Богодуховском р-не, в урочище Орчик в Зачепиловском р-не, в окрестностях пос. Эсхар в Чугуевском р-не. Ранее была описана популяция в окрестностях с. Степановка, в пойме р. Орель, на границе Харьковской и Днепропетровской обл.

Мы перепроверили все известные точки находок живородящей ящерицы в Харьковской обл. и обследовали значительное количество потенциально пригодных для этого вида местообитаний. Нам удалось и подтвердить все известные находки, и найти значительное количество новых. Ниже приведен список известных на сегодня точек обитания живородящей ящерицы в Харьковской обл. и их краткая характеристика.

1. Богодуховский р-н, окр. с. Шаровка. Участок поймы р. Мерчик, поросший осокой, и часть примыкающей к нему старой сосновой посадки.

2. Зачепиловский р-н, урочище Орчик. Ящерицы живут в ольшатнике, расположенном в пойменном лесу р. Орель.

3. Чугуевский р-н, окрестности пос. Эсхар. Низовое болото, поросшее тростником в 2 км. южнее поселка. Ящерицы сосредоточены на кочках, образованных в результате многолетних накоплений старого тростника.

4. Краснокутский р-н, окр. с. Колонтаев. Участок поймы р. Мерла, тянущийся на 5 км северо-восточнее села. Пойменный луг, заросший осокой и небольшие болотца, поросшие камышом и тростником.

5. Краснокутский р-н, окр. с. Мирное. Верховое сфагновое болото в 2 км севернее села.

6. Краснокутский р-н, окр. с. Чернещина. Низовое болото поросшее камышом в пойме реки Мерла.

7. Золочевский р-н, окр. с. Рогозянка. Заливной луг площадью 0,7 га на правом берегу Рогозянского водохранилища (р. Уды). Луг выкашивается 2 раза в год, при этом ящерицы лишаются основной части корма и становятся уязвимыми для хищников.

8. Золочевский р-н, окр. с. Журавлевка. Небольшое болотце, поросшее тростником на правом берегу р. Уды.

9. Волчанский р-н, окр. с. Федоровка. 5-ти километровый участок поймы р. Большая Бабка, начинающийся от автодорожного моста. Пойма реки достигает ширины 800 м, обычный биотоп – разнотравный пойменный луг с кустами ивы козьей.

10. Балаклейский р-н, урочище Крейдянская лесная дача, лесничество, 54-й квартал. Верховое болото в сосновом бору в 4 км западнее р. Северский Донец.

11.Харьковский р-н, с.Погорелое. Участок разнотравного пойменного луга в пойме р. Мож.

12. Балаклейский р-н, окр. с. Ч. Гусаровка. Разнотравный пойменный луг и пойменный лес на правом берегу р. Северский Донец.

13. Балаклейский р-н, окр. с. Андреевка. Участок разнотравного пойменного луга.

14. Балаклейский р-н, окр. с. Байрак. Болото в пойменном лесу на правом берегу р. Северский Донец.

15. Балаклейский р-н, урочище Вербуновская лесная дача. Болото площадью 0,2 га в дубраве, поросшее осокой и камышом.

16. Коломакский р-н, окр. с. Гуртововка. Пойма р. Мерла, осоковый пойменный луг.

17. Балаклейский р-н, окр. г. Балаклея. Разнотравный пойменный луг в пойме р. Средняя Балаклейка.

18. Днепропетровская обл., Магдалиновский р-н, 2 км северо-западнее с. Степановка. Пойма реки Орель. Поляна в пойменном лесу, поросшая осокой, в центре – болото, поросшее камышом.

На периферии ареала, в Харьковской обл., разнообразие биотопов живородящей ящерицы понижено и ограничивается заболоченными участками пойменных лугов, участками пойменных лесов, ольшаниками, низовыми и (реже) верховыми болотами. В центре ареала этот вид намного пластичнее. Так, по данным М. М. Пикулика (1988), в Белоруссии этот вид встречается также в сосняках, березняках, суходольных лугах и на обочинах дорог.

В Харьковской обл. практически во всех случаях живородящая ящерица связана с азональными комплексами пойм рек бассейна Северского Донца и его притоков – рек Мож, Уды, Большая Бабка, а также бассейна Днепра – рек Мерла, Коломак, Орчик. Обычно местообитания живородящей ящерицы занимают площадь менее гектара. Лишь в трех случаях живородящая ящерица занимает участок поймы длиной в несколько километров. Почти во всех случаях живородящая ящерица в Харьковской обл. встречается вместе с комплексом бореальных видов амфибий и рептилий – серой жабой, прудовой лягушкой, веретенницей и гадюкой Никольского.

Характерная черта распространения живородящей ящерицы на южной границе ареала – повсеместная симпатрия с прыткой ящерицей. Эти виды находятся как в конкурентных отношениях, так и в отношениях хищник–жертва (прыткая ящерица преследует и поедает живородящую). По нашему мнению, одним из факторов, ограничивающих распространение живородящей ящерицы на юг, может быть ее вытеснение прыткой. Также нами наблюдался высокий процент регенерированных хвостов: 57 % в Харьковской обл. против 38 % (Щербак, Щербань, 1980) в центре ареала, что показывает повышенный пресс хищников на периферии ареала.

В результате нашей работы можно утверждать, что живородящая ящерица достаточно широко распространена на исследованной территории, но образует фрагментированные популяции, привязанные к небольшому числу характерных биотопов.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 206-208.

УДК 598.2/.9

О. А. Коноваленко*, А. Б. Чаплыгина**

*Харьковский национальный университет, г. Харьков, Украина, E-mail: seko@list.ru
**Харьковский государственный педагогический университет,
г. Харьков, Украина, E-mail: angela@kgpu.sa.net.ua

Исследования по выявлению отличий оологических параметров между природной и урбанизированной популяциями сорок (Pica pica Linnaeus, 1758) проводились в 2002–2003 гг. на территории Харьковской обл. Материалы собраны на двух территориях – в пойме р. Харьков (г. Харьков) и в пойме р. Северский Донец (окрестности с. Черемушное Змиевского р-на Харьковской обл.). Рассмотрены величина кладок, относительные размеры, масса яиц сороки, а также рассчитаны объем и индекс формы (Мянд, 1988). Проанализированы 114 яиц из 21 кладки в области и 130 яиц из 24 кладок в городе.

По нашим данным, городские популяции сорок приступают к откладке яиц 3.04–19.04, хотя встречаются поздние первые кладки – 24.04. В пойме р. Северский Донец, где антропогенный пресс минимальный, этот процесс начинается с 10.04–27.04, поздние кладки – 7.05–20.05. Первые яйца в повторных кладках появляются в городе 17.05–20.05.

Изменчивость средней величины кладки не выявлена – 6,34 (n=19) в городе и 6,20 (n=19) в пойме р. Северский Донец, что в целом соответствует литературным данным (Касаткин, 1981; Вакаренко, 1986; Скильский и др., 1991). Однако, полные кладки у сорок в городе могут состоять из 1–9 яиц, в природном ландшафте из 5–8. В повторных кладках от 3 до 4 яиц в естественной среде и от 4 до 7 в урбанизированном ландшафте.

Масса свеженасиженных яиц в естественной популяции изменяется в пределах 8,7–11,3 г (М= 9,875, n = 21), в трансформированной 7,8 – 12,8 г (М = 10,92, n = 13). Разнокачественность яиц по линейным параметрам, объему, форме показана в табл.

Достоверных отличий яиц по окраске не обнаружено. Основной фон варьирует от светло-зеленого, зелено-голубого, голубого до бежевого. Рисунок, образуемый как поверхностными, так и более глубинными пятнами может быть расположен на поверхности яйца по-разному: равномерно, с концентрацией крапа у инфундибулярной зоны, реже на остром конце яйца. Встречаются яйца светло-голубые вообще без пигмента (город) и яйца с белым основным фоном (природная среда).

Таблица 1. Гетерогенность яиц сороки в зависимости от степени урбанизации

Так как распределение оологических параметров было отлично от нормального, то для оценки различий нами был применен непараметрический критерий Манна–Уитни. Установлены достоверные различия между урбанизированной и природной средой по длине яиц
(U = 4098, p<0,01), диаметру (U = 4087, p<0,01), объему (U = 3562, p< 0,01) и индексу формы (U = 5260, p<0,01).

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 205-206.

УДК 502.743:598.2

О. Л. Данченко

Дніпропетровський національний університет, м. Дніпропетровськ, Україна

Під рестокінгом у даний час більшість спеціалістів розуміють підтримання чисельності диких популяцій рідкісних видів птахів за рахунок популяцій зоопарків та інших центрів розведення рідкісних видів тварин. У наш час ця діяльність є вкрай важливою з-за зменшення чисельності більшості диких популяцій рідкісних видів птахів України. У цьому відношенні важливою ланкою відновлення чисельності популяцій є успішне розмноження в умовах неволі тварин, які належать до різноманітних списків охорони (Рамсарська та Бонська конвенція).

З огляду на досвід зоопарків на теренах СНД рідкісні види хижих птахів за успішністю розмноження можна поділити на чотири групи.

Перша – це види з досить великим поголів’ям у неволі та успішно розмножуються у зоопарках. До цієї групи належать: пугач (Bubo bubo), степовий орел (Aquila rapax), беркут (Aquila chrysaetos). Стан популяцій цих видів у неволі дає змогу стверджувати, що вони є найбільш перспективними з точки зору рестокінгу, оскільки невибагливі в утриманні та розмноженні.

Друга група – види, які вимагають деяких зусиль у розмноженні. Для них є необхідними наявність великих вольєр, басейнів, зменшення дії фактору занепокоєння, тощо. До цієї групи належать орел-могильник (Aquila heliaca), гриф чорний (Aegypius monahus), орлан-білохвіст (Haliaeetus albicilla). Динаміка успішності розмноження (відношення кількості пташенят до загального поголів’я у цих видів має нестабільний характер і загально низькі показники. Види цієї групи перспективні при додаткових матеріальних витратах та освоєнні передових технологій розведення, створених світовими консерваційними організаціями.

Третя група – види, які практично не розмножуються у неволі у зв’язку з особливостями їх гніздової біології. До цієї групи, на жаль, належать великий (Aquila clanga) та малий (A. pomarina) підорлики. Головною проблемою у їхньому розведенні є велика чутливість цих птахів до фактору занепокоєння. Ця група видів вимагає негайних зусиль для розробки методик розмноження у неволі.

Четверта група – види, які мають велику матеріальну цінність оскільки є культовими для багатьох народів. До цієї групи належать великі соколи: сапсан (Falco peregrinus) та балабан (F. cherrug). У зв’язку з великим попитом, ці види розмножуються з великою ефективністю у неволі. Враховуючи той момент, що у розплідниках розмножуються птахи не українського походження, випуск цих птахів небажаний із точки зору збереження генофонду українських популяцій. Тому майбутнє відновлення цих видів полягає у поєднанні напрацьованих методик розмноження та використання поголів’я саме українських популяцій цих видів.

Таким чином, теперішня ситуація дає змогу розпочати практичну діяльність з рестокінгу хоча б деяких рідкісних видів хижих птахів.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 204-205.

УДК 591.5 + 639.1

А. В. Гулаков

Гомельский государственный университет им. Ф. Скорины,
г. Гомель, Беларусь, E-mail: kovaleva@gsu.unibel.by

В результате аварии на ЧАЭС значительная часть территории нашей страны подверглась длительному радиоактивному загрязнению. Изучение воздействия ионизирующей радиации на животных, обитающих на территории с высоким уровнем радиоактивного загрязнения, является важной частью решения глобальной проблемы – охраны окружающей среды.

Основным объектом исследований являлись пробы органов и тканей дикого кабана (Sus scrofa Linnaeus, 1758), добытого на территории зоны отчуждения республики Беларусь.

Участок, где проводился отбор проб, находился в зоне отчуждения аварийного выброса Чернобыльской АЭС в районе деревень Борщевка, Молочки, Погонное, Аревичи, Радин, Дроньки Хойникского р-на Гомельской обл., где уровень загрязнения территории ¹³⁷Cs cоставлял 1 100–8 184 кБк/м² и ⁹⁰Sr – 185–1 633 кБк/м². Территория исследования расположена в междуречье рек Припять и Днепр на расстоянии 10–35 км от ЧАЭС.

За время исследования на территории зоны отчуждения было добыто 45 животных. От диких животных производили отбор проб мышечной и костной ткани (ребро), сердца, легких, печени, почек, селезенки, половых органов и шкуры. Образцы отбирались массой 0,1–0,5 кг.

Определение содержания ¹³⁷Сs органах и тканях животных проводили на гамма-спектрометре ADCAM–300 (США) по стандартным методикам на поверенной и аттестованной аппаратуре. ⁹⁰Sr определяли радиохимическим методом.

В период 1991–2002 гг. нами была прослежена динамика накопления ¹³⁷Cs в организме дикого кабана, обитающего на территории зоны отчуждения. Содержание ¹³⁷Cs в организме животного характеризовалась существенными колебаниями. Максимальный уровень данного радионуклида в мышечной ткани дикого кабана, добытого в зоне отчуждения, составлял 661,0 кБк/кг, а минимальный – 1,4 кБк/кг. Колебания концентрации ¹³⁷Cs в мышечной ткани различались более, чем в 470 раз, что в первую очередь связано со значительной неоднородностью уровня радиоактивного загрязнения территории и кормовой базы, а также высокой миграционной способностью животных. Средняя величина накопления ¹³⁷Cs в мышечной ткани дикого кабана, добытого в зоне отчуждения, изменялась в пределах от 4,8 кБк/кг в 2002 г. до 242,9 кБк/кг в 1996 г., то есть более чем 50-кратные различия в содержании данного радионуклида. В последние три года исследований отмечается снижение содержания ¹³⁷Cs в организме добытых животных. Все добытые животные на территории зоны отчуждения имели высокое содержание ¹³⁷Cs в мышечной ткани, которое значительно превышало нормативные значения, установленные для мяса диких промысловых животных – 500 Бк/кг.

Исходя из того, что различные радионуклиды не равномерно накапливаются в организме животных, а имеют компетентные органы и ткани, большое значение представляло изучение содержания и распределения ¹³⁷Cs и ⁹⁰Sr по основным органам и тканям диких копытных. В результате проведенных исследований установлено, что ¹³⁷Cs аккумулируется в организме неравномерно. Наибольший уровень радионуклида наблюдается в мышечной ткани и почках животных, где он у отдельных животных достигал 660 кБк/кг. Кроме того, у данного вида копытных высокий уровень ¹³⁷Сs отмечали в селезенке, печени и сердце (67,5 кБк/кг, 64,9 кБк/кг и 64,3 кБк/кг соответственно). Наименьшее содержание ¹³⁷Сs отмечено в шкуре добытых животных.

Нами было также проанализировано содержание ⁹⁰Sr в организме дикого кабана. Анализ накопления ⁹⁰Sr в органах и тканях животного показал, что данный радионуклид депонируется, главным образом, в костной ткани, где достигает высоких значений. Средний уровень содержания ⁹⁰Sr в ней составил 17,7 кБк/кг у дикого кабана, добытого в зоне отчуждения. Кроме костной ткани ⁹⁰Sr в большей степени накапливается в половых органах и шкуре животного. Мышечная ткань и органы дикого кабана содержали ⁹⁰Sr в пределах 30–110 Бк/кг.

Результаты проведенных исследований позволят прогнозировать радиоэкологическую обстановку и уровни накопления и распределения радионуклидов в организме диких копытных животных, обитающих на территории с различной плотностью радиоактивного загрязнения, планировать проведение охоты и заготовку охотничье-промысловой продукции.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 203-204.

УДК 502.74

В. В. Гулай

Кіровоградський державний педагогічний університет,
м. Кіровоград, Україна, E–mail: ogulay@kspu.kr.ua

Збереження цілинних земель з існуючим складом біоценозів, є одним із головних завдань сучасної природоохоронної діяльності в степових регіонах України. Слід зазначити, що малозмінені ділянки степу в наш час існують не лише в межах заповідних територій, але й залишилися на теренах, які в минулому були відведені під військові полігони. Завдяки суворому режиму охорони, відсутності інтенсивної сільськогосподарської та інших видів діяльності людини, на цих землях майже повсюдно створилися сприятливі умови для виникнення і тривалого успішного існування оселень різних видів рослин і тварин, у тому числі й таких, що занесені до Європейського Червоного списку тварин і рослин, які знаходяться під загрозою зникнення у світовому масштабі, а також до Червоної книги України (1994).

Прикладом цього може служити полігон повітряно-десантних військ України, що розташований поблизу с. Сасівка Компаніївського р-ну Кіровоградської обл., який займає площу 495 га. У наш час, виділені під цей військовий об’єкт землі не зазнають значного антропогенного впливу. Лише декілька разів на рік тут проводяться короткотермінові навчання (переважно стрільби зі стрілецької зброї без застосування важкої техніки), а будь-які види сільськогосподарської діяльності на цій території заборонені.

Із цих причин, практично вся територія полігону тривалий час залишається незмінною й являє собою похідний цілинний степ. Окремі трансформації ландшафту згідно потреб військових суттєво не впливають на загальну структуру місцевого біогеоценозу. За такими умовами експлуатації вказаних земель тут утворилися сприятливі умови для існування чималої кількості раритетних стенобіотичних видів тварин різних систематичних та екологічних груп.

Серед безхребетних тварин, що підлягають особливій охороні на території Кіровоградської обл., тут виявлено бронзівка мармурова, бронзівка мідна, майка звичайна. Крім цього відмічено види занесені до Червоної книги України (ведмедиця Гера, красотіл пахучий, подалірій, махаон, мнемозина, аполлон, сколія степова). Серед хребетних тварин, що мають особливий природоохоронний статус, плазуни тут представлені лише одним видом – гадюкою степовою східною. Із птахів, занесених до Червоної книги України (1994), на території полігону відмічено боривітра степового, змієїда, канюка степового, луня степового, луня польового, шуліку рудого, сорокопуда сірого, а зі ссавців – горностая та тхора степового. Останні два види тварин зустрічаються в межах полігону постійно.

Наведені відомості дають підстави вважати, що військові полігони, які в своєму складі містять території мало змінені господарською діяльністю, відіграють важливу роль у збережені рідкісних видів тварин України та Європи.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 202-203.

УДК 598.2

А. І. Гузій

Національний аграрний університет, м. Київ, Україна

Метою роботи є розгляд особливостей структури населення птахів лісостанів західного регіону України (Українські Карпати, Західний Лісостеп, Волинське Полісся), зокрема двох основних показників – кількості видів і щільності їх населення переважаючих груп і підгруп типів лісу регіону (лісових орнітоценозів).

Птахів регіону вивчали більше 20 років (1980–2002 рр.). При цьому застосовували наступні методи досліджень: лісівничо-таксаційні – для відбору експериментальних ділянок, характеристик структури лісових насаджень; геоботанічні – для виявлення парцелярної структури лісових насаджень; зоогеографічні – для визначення щільності населення птахів лісостанів; статистичні – для статистичної обробки польових матеріалів.

У західному регіоні України виділено 13 основних лісових орнітологічних комплексів кожен із яких включає населення птахів різних вікових категорій лісостанів (лісових орнітоценозів) відповідної групи чи підгрупи типів лісу з урахуванням пір року (табл. 1, 2).

Таблиця 1. Кількість видів у населеннях птахів західного регіону України

Продовження табл. 1.

Примітки: * ЗР – зруб, НЛК – незімкнені лісові культури, МЛ – молоді ліси, СВ – середньовікові ліси, СТ – стиглі ліси, ПР – різновікові перестиглі ліси (праліси); ** у зв’язку з тим, що різниця у структурі населення птахів чистих і мішаних смерекових незімкнених лісових культур, молодих та середньовікових лісів малопомітна, їх видовий склад і щільність розглядаються спільно.

Таблиця 2. Щільність населення птахів (екз./км²) західного регіону України

Примітки: див. прим. до табл. 1.

Видове різноманіття й щільність населення птахів лісостанів регіону в різні пори року динамічно зростають від сланких чагарників субальпійського поясу в Українських Карпатах до передгірних дубових і лісостепових лісів і зменшуються в соснових борах Полісся. Щільність населення птахів не завжди корелює з продуктивністю лісостанів і у значній мірі залежить від складу та ярусної структури біотопу. У гніздовий та осінній періоди в лісах, що зростають в умовах бідних едафотопів (чисті смерекові й соснові угруповання), щільність населення птахів зростає від зрубів до стиглих і перестиглих угруповань, у відносно багатих – збільшується від зрубів до незімкнених лісових культур, зменшується в молодняках і знову зростає з віком лісостанів. У зимовий період, в усіх варіантах населення птахів, їх щільність, поряд із різноманіттям, зростає від зрубів до пралісів. Щільність населення птахів більшості варіантів гірських і поліських лісів зменшується від гніздового періоду до зимового, лісостепових – є найвищою у осінній період.

Питання структури лісових орнітокомплексів західного регіону України у повному обсязі (видове різноманіття, еколого-фауністична належність, структура населення птахів за походженням, місцем збору корму, біомасою, кількістю трансформованої енергії та характером живлення; видовий склад за щільністю, кількістю продукованої біомаси, трансформованої енергії; просторово-типологічна структура, просторова організація видів і населення птахів, тіснота і спільність зв’язків птахів з факторами середовища, вплив узлісся, типу лісорослинних умов, гетерогенності лісостанів на структуру населення птахів у різні пори року та низки інших факторів) розглядаються у нашій докторській дисертації «Вплив структури лісостанів на просторово-типологічну організацію населення птахів західного регіону України» (Львів, 2002), 115 наукових публікаціях розглядуваної тематики.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 200-202.

УДК 591.5:597.8

Н. Л. Губанова

Днепропетровский национальный универсистет,
г. Днепропетровск, Украина, E-mail: zoolog@mail.dsu.dp.ua

Среди экологических факторов, оказывающих влияние на почвообразовательные процессы, важное место принадлежит средопреобразующей деятельности животных. Достаточно подробно изучены вопросы влияния роющей деятельности млекопитающих, однако в данный момент проводится ряд исследований по изучению роющей деятельности земноводных и воздействию их на формирование физических и химических особенностей почв степных лесов. Именно химические свойства почв являются одним из важнейших факторов плодородия почв. В этом плане значительный интерес вызывает формирование гумуса в почве. Наряду с процессами распада органических остатков и редукции сложных органических молекул, в почве протекает процесс синтеза гумусовых веществ. Они образуются из обломков биологических макромолекул или их мономеров, которые оказываются в почве благодаря метаболизму ее живого населения и деятельности экзоферментов. Гумификацию следует рассматривать как процесс постмортального превращения органических остатков, протекающих под воздействием биохимических и химических агентов. Этот процесс ведет к формированию термодинамически наиболее стабильной (в конкретных экологических условиях) системы специфических и неспецифических соединений. В связи с этим, изучение роющей деятельности земноводных занимает важное место в вопросе формирования гумусовых веществ.

В отличие от млекопитающих, роющая деятельность земноводных не способствует выносу почвенных частиц из более глубинных слоев в верхние горизонты. Окапываясь, амфибии поочередно смешивают смежные (3–5 см) горизонты. Поэтому механизм влияния на химические свойства здесь несколько иной. Установлено, что количество общего гумуса в пойменных и аренных участках, которые нарушены порытостями амфибий, в среднем на 40–50 % превышает его содержание в контроле. При анализе общего гумуса в аренном бору, мы можем констатировать процесс перемещения почвенного слоя в летний период, что объясняется увеличением фильтрационных способностей почвы. Говоря о количестве группового гумуса, можно сказать, что в пойме в летний период количество органической части почвы и фульвокислот в опыте превышает их количество в контроле в 1,5–2 раза, а количество гуминовых кислот в данный период опыта ниже. Это объясняется тем, что в период избыточной влажности или же длительной засухи уменьшается окислительно-восстановительный потенциал и ограничивается доступ кислорода в почвенный профиль. В условиях аренного бора в летний период происходит перемещение верхних слоев, а в нижних слоях количество гуминовых кислот не изменяется, количество же фульвокислот – уменьшается. Это объясняется способностью песчаных почв к накоплению влаги.

Оценка роли различных животных в составе зооценоза определяется по многими параметрами: участие в продукционных процессах системы, в круговороте веществ и потоках энергии, в регуляции численности биоты, в межэкосистемных связях, участие в комплексе естественных механизмов образования гомеостаза и защитного блока системы. В этой связи земноводные на различных стадиях развития с охватом водных и наземных систем занимают среди элементов зооценоза особое место. По отношению ко всем позвоночным по чистой продукции, продукция амфибий составляет в разных типах экосистем от 2,9 % до 62,1 % с минимумом в степных и максимумом в пойменных дубравах и ольшатниках (38,8–62,1 %). Таким образом, в продукционных процессах экосистем земноводные в условиях степного Приднепровья занимают важное место. Использование амфибиями различных экосистем в своем развитии обусловливает высокую степень межэкосистемных связей между водными и наземными системами. Общий приток биотической энергии из наземных в водные экосистемы при участии амфибий за активный период их деятельности составляет 2,9–4,8 тыс. ккал/га за год. Отток биотической энергии из водных систем в наземные составляет 7,1–8,4 тыс. ккал/га за год.

Краткий перечень участия земноводных в сложных биогеоценотических процессах свидетельствует о значительной роли этой группы в обеспечении биопродукционного процесса, защите автотрофов от воздействия фитофагов, участии в межэкосистемных связях и энергетических потоках и в создании механизма гомеостаза при воздействии техногенных факторов.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 199-200.

УДК 597.6:502.63(23)

Т. Ю. Гринчишин

Інститут екології Карпат НАН України, м. Львів, Україна, E–mail: zoolog@lta.lviv.ua

Під час еколого-фауністичних досліджень на лісових територіях для визначення параметрів популяцій земноводних можуть бути використані різні методи обліку. Однак, ті з них, що застосовуються протягом наземної фази життя амфібій, є доволі трудомісткими, а, наприклад, пошук хвостатих земноводних у сховищах, як свідчить досвід, – ще й малоефективним. Видовий склад батрахофауни при цьому встановити, як правило, вдається, але показники чисельності та щільності залишаються невідомими. Тому оптимальним вважається докладний облік тварин у прилеглих водоймах протягом періоду розмноження.

Однак, як слушно зазначає В. Г. Іщенко (2001), через те, що окремі особини земноводних можуть у різні роки використовувати для розмноження водойми, віддаль між якими часом сягає кількох кілометрів, визначення меж популяцій викликає значні труднощі. У цьому випадку дослідження повинне б охопити усіх тварин, що розмножуються в усій сукупності цих водойм. Таким чином, постає питання про оптимальні межі досліджуваної території.

Ми вважаємо, що під час батрахологічних досліджень в умовах гір слушним є застосування підходу, який можна назвати «басейновим». Басейн ріки у горах є природним шляхом замкнутою з більшості сторін територією, населення земноводних якої є, таким чином, більш-менш ізольованим від сусідніх територій і може розглядатися як сукупність єдиних популяцій (чи «метапопуляцій») кожного з видів. Члени цих популяцій можуть щороку обирати іншу водойму для розмноження (тим більш, що багато з них є тимчасовими), проте залишаються у межах певної території.

Логічним є припущення (хоча це потребує перевірки), що земноводні в пошуках місць для розмноження не піднімаються угору схилом, переходячи у інший басейн, а молоді особини в період післяметаморфозного розселення не надто часто долають вододіли. Звичайно, слід враховувати, що певна частина водойм, які амфібії використовують для розмноження, розташовані на плакорних ділянках, якими проходять вододіли. Переважно це заповнені водою колії ґрунтових доріг, прокладених, зокрема, верхом хребтів, але вони складають лише незначну частку від загальної кількості таких водойм.

Окрім усього, річкові басейни різного порядку становлять собою природні одиниці поділу території, достатньо стабільні та незалежні від змін адміністративно-територіального поділу чи навіть перегляду меж одиниць фізико-географічного поділу. З огляду на це бажаним, і навіть необхідним у екологічних дослідженнях, є використання саме басейнової структури досліджуваної території.

На нашу думку, вдалим вибором модельних ділянок для досліджень амфібій можуть бути порівняно невеликі за площею (30–50 км²) басейни, за умови достатньої різнорідності природних умов та форм антропогенного впливу на їх території.

У досліджуваних нами басейнах р. Стрий та його головної притоки – р. Опір (Львівська обл.) таким умовам відповідають, зокрема, малі басейни приток останньої, таких як Сигла, Головчанка, Зелем’янка, Кам’янка тощо.

Два останні з них частково прилягають один до одного, але відрізняються структурою угідь та формами антропогенного впливу.

Зокрема, на території одного з них – басейну р. Кам’янка, площею біля 40 км², знаходяться пам’ятка природи – завального походження озеро Мертве (Журавлине) із потужним торф’яником у центральній частині, ріка з кількома притоками й водоспадом, чисті та змішані букові, смерекові та ялицеві ліси, насадження сосни, берези тощо, післялісові сінокісні луки, невеликі ділянки ріллі та однойменний населений пункт у середній течії річки.

Розташований дещо південніше басейн р. Зелем’янка частково прилягає до попереднього, але для нього характерні інші форми антропогенного впливу – наявність численних рекреаційних закладів (літнього функціонування) у нижній частині долини, інтенсивні лісорозробки та добування каменю.

Угіддя обох басейнів поділені між кількома землекористувачами. Найбільшим із них є Сколівський держлісгосп, іншими – Національний природний парк «Сколівські Бескиди» та місцеві сільські ради. Розподіл лісів між держлісгоспом та парком, що виник у 1999 р., здійснено за межами існуючих лісових кварталів, що лише частково відповідає особливостям рельєфу та гідрологічної мережі. Так, у басейні Кам’янки національному парку належать лише декілька кварталів, майже цілком оточених землями лісгоспу.

Перші дослідження земноводних в обох басейнах проведено нами в середині 1980-х рр., а більш докладні здійснено у травні 1994 р. разом із В. Пограничним (краєзнавчий музей «Дрогобиччина») та навесні 1998 р. у рамках спільного українсько-німецького проекту «Дністер» (Гринчишин, 1999). Басейн Кам’янки було обстежено, крім того, у травні 2001 р. спільно з науковцями Дніпропетровського національного університету (Мисюра и др., 2001). Для кожної з обстежених водойм було заведено спеціально розроблену анкету (усього на сьогодні заповнено близько сотні таких анкет).

Протягом цих досліджень виявлено 7 видів амфібій, зокрема занесених до Червоної книги України: Salamandra salamandra (Linnaeus, 1758), Triturus alpestris (Laurenti, 1768) та T. montandoni (Boulenger, 1880). Два останні види досі характеризуються високою чисельністю та щільністю, в період розмноження трапляються у водоймах різноманітних типів – від озер до тимчасових калюж у коліях від коліс транспорту, у яких іноді досягають дуже високої щільності – до 25 екз./м². Найбільшу кількість цих амфібій в одній невеликій водоймі відзначено 13.05.1994 р. – у прозорій слабопроточній калюжі площею близько 100 м² було виявлено 122 екз. T. alpestris та 53 екз. T. montandoni.

Слід зазначити, що успішність дослідження амфібій у водоймах за умов, коли немає можливості їх частого обстеження, значно залежить від вдалого вибору цього моменту, який може співпасти (чи навпаки) із піком шлюбної активності певного виду. Іншим важливим чинником є динаміка самих водойм. Регулярні дослідження засвідчили, що існуючі водойми, попри їх доволі значні розміри та позірну стабільність, унаслідок зміни водотоків, замулення, діяльності людини дуже часто зазнають сильних змін і навіть повної деградації вже до наступного сезону.

Наприклад, у згаданій водоймі через два тижні після обліку залишалися лише 3 екз. T. alpestris. Через чотири роки у тій же калюжі, значно здрібнілій, було виявлено лише 1 екз. T. montandoni. Трохи згодом було вирубано прилеглу до калюжі ділянку лісистого схилу.

Про певну відносність методик дослідження чисельності амфібій може свідчити інший факт. Коли наступного дня після повного, як вважали, вилову земноводних із невеликої каламутної водойми і тимчасового вилучення кількох десятків тритонів для промірювання, у ній було виявлено ще таку ж їх кількість. Чи це були особини із сусідніх водойм, що зайняли звільнену нішу, чи новоприбулі мігранти – з’ясувати тоді не було змоги.

Таким чином, об’єктивні показники популяцій земноводних можуть бути отримані за умови більш-менш регулярних досліджень на усій, по можливості, території невеликих річкових басейнів, вибраних як модельні.

Zoocenosis — 2003
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІ Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: ДНУ, 2003. – С. 197-199.