УДК 597.551.2:591.4

Ю. М. Забитівський, М. І. Цогла

Львівський національний університет ім. Івана Франка, Львів,Україна, yurafish@ukr.net

HIGH-MOUNTAIN MORPH OF COMMON MINNOW
IN UPPER REACHES OF STRYI RIVER

Y. M. Zabytivskyi, M. I. Tsogla

Ivan Franko National University of L’viv, L`viv, Ukraine, yurafish@ukr.net

Річка Стрий, права притока Дністра, становить важливу водну артерію Західної України, яка простягається на 240 км і живить близько 3055 км² території. Витоки річки та її верхня течія знаходяться у гірській місцевості Турківського району Львівської області. Відомо, що іхтіофауна р. Стрий, у цілому, представлена близько 30 видами риб, однак про склад іхтіофауни верхньої течії інформація не зустрічається.

Таблиця. Морфологічна характеристика гольяна звичайного (Phoxinus phoxinus), n = 17

Примітки: *, ** – межі коливань крайніх значень (lim var) середнього арифметичного (lim М).

Рибне населення верхів’я річки становить велику цінність із позицій збереження видового різноманіття чистих реофільних комплексів. Тому ми зосередили увагу на вивченні морфологічної характеристики риб, які представляють іхтіофауну верхів’я річки в околицях с. Жупани. Риб виловлювали протягом літнього та осіннього періодів, застосовуючи сітки та вудкові знаряддя. Після вилову риб поміщали у 40 % формальдегід і досліджували у лабораторних умовах.

Склад іхтіофауни великою мірою залежить від сезону, оскільки у весняний період у верхів’я здійснюють нерестові міграції риби, які, зазвичай годуються в глибших ділянках річки, такі, як вусач Barbus barbus (Linnaeus, 1758), рибець Vimba vimba (Linnaeus, 1758), підуст Chondrostoma nasus (Linnаeus, 1758). Серед постійних мешканців верхів’я річки Стрий в околицях с. Жупани можна назвати основні 6 видів риб: форель струмкова Salmo trutto morpha fario (Mitchill, 1814), харіус європейський Thymallus thymallus (Linnaeus, 1758), бабець Cottus gobio (Linnaeus, 1758), головень Leuciscus cephalus (Linnaeus, 1758), гольян звичайний Phoxinus phoxinus (Linnаeus, 1758), пічкур звичайний, морфа карпатська Gobio gobio gobio (Linnaeus, 1758), ялець звичайний Leuciscus leuciscus (Linnaeus, 1758).

Процентне співвідношення виловлених риб, які постійно перебувають у верхів’ї річки, наступне: бабець – 5 %, харіус – 1 %, головень – 7 %, форель струмкова – 13 %, ялець звичайний – 5 %, пічкур звичайний – 15 %, гольян звичайний – 52 %. Найчисленнішим серед згаданих видів є гольян звичайний. У верхів’ї річки Стрий ці риби сформували морфологічну групу, які за рядом параметрів відрізняються від представників того ж виду, який населяє подібні умови у річці Дністер (Мовчан, 1981). У таблиці подаються основні морфологічні показники гольяна, виражені у відносних величинах тіла.

Як видно з таблиці, у гольяна з верхів’я річки Стрий, порівняно з Дністровським видом, відмічено нижче тіло, коротша антедорсальна і антевентральна відстані, коротше хвостове стебло. Висота голови через середину ока більша на 13 %, досить витягнуте рило (більше на 57 %), більший діаметр ока і досить широкий лоб. Очевидно, такі розміри тіла дозволяють гольяну легко триматися на швидкій течії та здобувати корм.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 150-151.

УДК 632.954:[597.551.2+591.524.1]

А. А. Жиденко

Черниговский государственный педагогический университет имени Т. Г. Шевченко,
Чернигов, Украина, chgpu@chgpu.cn.ua

FORMING AND TREND OF ADAPTATION PROCESSES
IN FISH TO HERBICIDES INFLUENCE

A. O. Zhidenko

T.G.ShevchenkoStatePedagogicalUniversity of Chernihiv, Chernihiv, Ukraine, chgpu@chgpu.cn.ua

Трансформация экосистем происходит в результате многофакторного антропогенного воздействия. Отрицательные последствия влияния человека проявляются в загрязнении водоемов, снижении биоразнообразия, изменении водных сообществ. В естественных условиях невозможно выделить роль отдельных токсикантов в формировании направленности адаптивного процесса рыб. Именно в лабораторных условиях, путем моделирования определенных ситуаций можно проследить роль каждого антропогенного фактора в процессе адаптации. Одним из таких факторов являются пестициды. Их миграция в биосфере и аккумуляция в различных звеньях экосистем ведет к обеднению видового разнообразия, отрицательно влияет на среду обитания и состояние здоровья людей. Наиболее широкое распространение среди пестицидов получили гербициды. В данный момент преобладающими для использования являются гербициды органической природы.

Для нашего исследования выбраны зенкор и раундап (концентрации 2 ПДК – 0,2 и 0,004 мг/л соответственно), которые широко применяются в настоящее время, и производные дихлорфеноксиуксусной кислоты – 2,4-Д (2,4-ДА – аминная соль и 2,4-ДБЭ – бутиловой эфир), запасы которых до сих пор существуют. Зенкор (4-амино-6-третбутил-3(метилтио)-1,2,4-триазинон-5) относится к группе гетероциклических соединений (триазинов), использующихся в качестве грунтовых гербицидов. Раундап (N-фосфонометилглицин) – системный гербицид широкого спектра действия используется для борьбы с однолетними и многолетними злаковыми и двудольными сорняками на приусадебных участках, на землях несельскохозяйственного назначения, в лесном хозяйстве.

Цель нашей работы – проследить направленность адаптации рыб под действием гербицидов разной химической природы на различных уровнях организации (генетическом, организменном, морфологическом, биохимическом). Объектом исследований служили мальки, сеголетки и двухлетки (Cyprinus carpio L.) двух пород карпа (чешуйчатого украинского и рамчатого украинского). Длительность эксперимента составила 14–21 суток. На организменном уровне, сравнивая морфологические показатели представителей двух пород, следует отметить большую чувствительность карпа рамчатой породы к действию токсиканта. У двухлеток данной породы это выражалось в присутствии белых пятен на жабрах, кровоизлиянии на жаберных крышках, грудных и брюшных плавниках, в области анального отверстия, а также в некотором изменении структуры печени, селезенки и сердца, язвах на внешних покровах. Объясненяет это явление не только то, что чешуя служит природным защитным барьером рыб, но и разный генотип исследуемых пород.

У сеголеток внешние морфологические изменения под действием гербицидов выражены слабее, но жабры, печень, селезенка и желчный пузырь отличаются от тех же органов контрольных рыб. Самыми устойчивыми к действию гербицидов оказались мальки. Все выше­приведенные морфологические изменения для них не характерны, за исключением небольшого межклеточного отека стромы печени и цвета желчи, которая имеет ярко зеленый оттенок по сравнению с желчью контрольных рыб. Можно сделать предварительный вывод о том, что адаптация на морфологическом уровне легче происходит в возрасте одного–двух месяцев. Возможно, это связано с более переходом срочного этапа адаптации в долговременный. Именно для этого возраста характерно преобладание анаболитических процессов над катаболитическими.

Подтверждением этого служат индексы печени и селезенки, используемые в качестве показателей стрессового состояния у карпа разного возраста в условиях гербицидной нагрузки. У мальков данные индексы уже на 7-е сутки нахождения рыбы в токсических условиях выше, чем у контрольных рыб, а на 14-е – под действием зенкора их значения превышают контроль почти в два раза, что свидетельствует о преобладании анаболитических реакций. На 14-е, 21-е сутки эксперимента индексы печени и селезенки у сеголеток, находящихся в токсических и физиологически нормальных условиях, практически не отличаются. У двухлеток, картина противоположная: на 14-е сутки индексы селезенки, печени имеют меньшие значения относительно контроля, за исключением рыб, находящихся под действием раундапа. Объяснением этого может служить химическая природа гербицида. Количественные показатели экстерьера (зоологическая и промышленная длина рыб, коэффициент упитанности по Фултону и масса тела) контрольных и экспериментальных рыб достоверных отличий по каждому возрасту не имеют.

Направленность адаптивных реакций на гистологическом уровне зависит от химической природы гербицида. Под действием зенкора лучше всего проявляется срочная адаптация в виде набухания респираторных ламелл и гипертрофии филаментов жабр карпа уже на первые сутки нахождения рыбы в токсических условиях. Такие изменения жабр уменьшают поступление токсиканта этим путем. На четвертые сутки действия аминной соли 2,4-дихлор­феноксиуксусной кислоты в гистопрепаратах отмечается подкапсульная пролиферация гепатоцитов, что также является проявлением реактивного процесса организма рыб (срочная адаптация). Процесс альтерации, возникающий в мозге карпа под действием того же гербицида можно рассматривать как приспособительную реакцию, указывающую на протекание процесса воспаления. Действие раундапа заключается в вымывании катионов кальция из мышечной ткани, что приводит к деструктивным изменениям мышечных волокон, а также из черепа, что ведет к его просветлению и образованию карбонатных камней в кишечнике. Там же обнаружены желчные камни ярко зеленого цвета. Эти явления находят свое отражение в проявлениях биохимической адаптации.

В организме двухлеток карпа под действием раундапа происходит ингибирование ферментативной активности амилазы, глюкозо-6-фосфатазы, некоторое увеличение лактатдегидрогеназы и митохондриальной изоцитратдегидрогеназы, необходимые для поддержания стабильного уровня АТФ. Действие производных 2,4-Д приводит к увеличению активности глюкозо-6-фосфатазы (глюконеогенез) для поддержания нормального уровня глюкозы. Это становится возможным при активизации энергетического обмена, о чем свидетельствует некоторое возрастание АЭЗ (аденилатного энергетического заряда). Действие зенкора направлено на истощение энергетических ресурсов, о чем свидетельствует снижение уровня АТФ и АДФ. В связи с этим можно наблюдать увеличение активности глюкозо-6-фосфат­дегидрогеназы (пентозофосфатный путь), направленное на увеличение пула пентоз для сохранения генетической стабильности. Аналогичные исследования, проведенные над сеголетками, показывают лучшие их возможности формирования адаптации на биохимическом уровне. Таким образом, направленность адаптивного процесса организма зависит от природы гербицида, возраста рыбы, ее генотипа и уровня организации на котором осуществляется процесс адаптации.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 148-149.

УДК 597.5:57.017.64

В. П. Ермолин, И. А. Белянин

Саратовское отделение ФГНУ ГосНИОРХ, Саратов, Российская Федерация, gosniorh@mail.ru

ON PROBLEM OF SIMULATION
OF A TYPICAL SCALE OF FISH GROWTH ESTIMATION

V. P. Ermolin, I. A. Belyanin

State Research Institute on Lake and River Fisheries, Saratov Branch, Saratov, Russia, gosniorh@mail.r

Типовая шкала оценки роста рыб – один из эффективных инструментов мониторинговых наблюдений, связанных с разнообразия и роли отдельных видов в экосистемах. Наиболее распространена пятибалльная шкала. В соответствие с ней, граничные значения классов роста (У_i) определяются средним значением вариант (                         ) и их средним квадратическим отклонением (σ). При этом У₁ = +0,67σ, У₂ = –0,67σ, У₃ = +1,56σ, У₄ = –1,56σ. Рост рыб укладывающийся между У₁–У₂ соответствует среднему, в интервал между У₂–У₄ – медленному, между У₁–У₃ – быстрому росту. Все значения менее У₄ соответствуют очень медленному, более У₃ – очень быстрому темпу роста (Ермолин, 2006).

Как известно, построение типовой шкалы оценки роста базируется на большом объеме материала. По мнению Я. Щербовски (1981), исследованием должно быть охвачено не менее 800 популяций вида, что на практике нереально. В лучшем случае удается собрать материал 70–90 популяций, что позволяет определить , но совершенно недостаточно для нахождения σ. В поисках выхода из создавшегося положения обращено внимание на отношение σ/ , что в вариационной статистике называется коэффициентом вариации. В тоже время, это отношение может рассматриваться как форма численной связи между и σ, обозначенная в данной работе символом q. В процессе наших исследований леща (Abramis brama (Linnaeus, 1758)), густеры (Blicca bjoerkna (Linnaeus, 1758)), плотвы (Rutilus rutilus (Linnaeus, 1758)) (всего изучено более 142 тыс. экз.) выяснилось, что варианты распределяются по нормальной вариационной кривой, при этом q у разных видов относительно стабильна (табл. 1).

Отсюда, по известному значению можно с достаточной степенью точности определить σ по выражению:

σ = q· .                                                                 (1)

Далее находится У_i с использованием модели:

У = ±tσ,                                                               (2)

где У – граничные значения соответствующих классов (от У₁ до У₄), t – нормированное отклонение.

Таблица 1. Значения q у разных рыб

Такой подход позволяет смоделировать типовую шкалу оценки роста на основе небольшого числа популяций. В качестве примера мы использовали наблюдения за ростом рыбца (Vimba vimba vimba (Linnaeus, 1758)) в пределах ареала (21 популяция Европы, включая Волгоградское водохранилище). Средний размер рыб по возрастам ( ) и среднее квадратическое отклонение (σ, рассчитанная по уравнению 1) приведены в таблице 2, модель типовой шкалы оценки роста (полученная по уравнению 2) – в таблице 3.

Таблица 2. Средний размер рыбца и σ, см

Модельные значения коэффициентов уравнения Берталанффи (L_∞, К и t₀) типовой шкалы оценки роста рыбца, приведенные в таблице 4, позволяют рассчитать граничные значения У_i для любого числа возрастных групп популяции.

Таблица 3. Модель типовой шкалы оценки роста рыбца в пределах ареала

Таблица 4. Модельное значение коэффициентов типовой шкалы
оценки роста рыбца в пределах ареала

Приведенный материал свидетельствует о возможности моделирования типовой шкалы оценки роста при ограниченном числе популяций на основе установленной численной связи между и σ массовых видов рыб. Последний момент очень важен в том плане, что позволяет существенно расширить сферу применения шкалы оценки роста за счет видов рыб по которым, даже за достаточно длительный период, не удается набрать необходимый по объему материал, но в тоже время имеется насущная потребность оценки их роста. Во всех остальных случаях приоритетным остаются фактические наблюдения в полном объеме.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 146-148.

УДК 597.5:57.017.64

В. П. Ермолин

Саратовское отделение ГосНИОРХ, Саратов, Российская Федерация, gosniorh@mail.ru

THE INCREMENT SCALE AS AN INSTRUMENT OF
DIFFERENTIAL ESTIMATION OF FISH GROWTH

V. P. Ermolin

State Research Institute on Lake and River Fisheries, Saratov Branch, Saratov, Russia, gosniorh@mail.ru

В последнее десятилетие наблюдается совершенствование методических основ типизации роста рыб. В ряде случаев этого оказывается не достаточно. Так при необходимости анализа роста за каждый прожитый рыбой год применение типовой шкалы роста весьма проблематично. В этом случае перспективно использование шкалы на основе годовых приростов (Ермолин, 2007).

Годовые приросты определяются по формуле:

∆l_t = L_t – L_t–1,                                                       (1)

где L_t – длина рыбы возраста t, L_t–1 – длина рыбы в возрасте t–1, ∆l_t – прирост рыб в t возрасте.

Обозначим граничные значения классов годовых приростов через У_iП. Тогда, исходя из принципа терминологии типовой шкалы (Щербовски, 1981), область между У_1П и У_2П характеризует средний, между У_2П и У_4П – низкий, У_1П и У_3П – высокий годовые приросты. Все значения менее У_4П и более У_3П отражают соответственно очень низкий и очень высокий годовые приросты.

По нашим данным, связь прироста с возрастом рыб наиболее адекватно описывается полиномом второй степени:

У_iП = a + bt + ct²,                                                              (2)

где a, b и c – коэффициенты уравнения.

В качестве примера разберем построение оценочной шкалы приростов для леща (Abramis brama (Linnaeus, 1758)) водоемов Нижней Волги.

Граничные значения длин рыб на каждый год (У_i, взятые по типовой шкале) и, рассчитанные по ним, соответствующие приросты (∆l_ti) приведены в таблице 1. Решение полинома относительно расчетных приростов (∆l_ti табл. 1) дает следующие значения коэффициентов граничных значений оценочной шкалы приростов (табл. 2).

Таблица 1. Длина и прирост леща Нижней Волги

Таблица 2. Значения коэффициентов полинома второй степени
оценочной шкалы приростов леща водоемов Нижней Волги

Таблица 3. Оценка годовых приростов леща Саратовского водохранилища

В сравнительном плане шкала приростов позволяет дифференцировать рост по возрастам и годам наблюдений.

В качестве примера проанализируем рост леща в Саратовском водохранилище. Как известно, лещ в Саратовском водохранилище растет весьма неравномерно (Ермолин, 1984). На первом году рост его может быть охарактеризован как средний. В последующие годы происходит снижение темпа роста до уровня «низкий» и «очень низкий» (табл. 3). Полагая, что рост является интегрирующим показателем условий нагула, мы вправе заключить, что лещ в Саратовском водохранилище испытывает недостаток корма в двух–пятилетнем возрасте, что связано с недостатком, вследствие низких биомасс, зоопланктона для двух–трехлеток и мягкого бентоса – для четырех–пятилеток. Лишь с шестого года жизни с переходом на питание многочисленным кормом (моллюсками) рост леща улучшается.

Как следует из приведенных материалов, оценочная шкала приростов позволяет достаточно обосновано дифференцировать рост и сделать определенные заключения об условиях нагула наблюдаемого объекта в разном возрасте или периоде жизни. В целом оценочная шкала приростов является одним из аналитических инструментов роста. Введение ее в практику наблюдений следует рассматривать как дальнейшее развитие и совершенствование направления типизации роста рыб.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 144-146.

УДК 597.554.3

В. П. Ермолин

Саратовское отделение ГосНИОРХ, Саратов, Российская Федерация, gosniorh@mail.ru

ZANTHE VIMBA VIMBA VIMBA (CYPRINIDAE) –
THE POTENTIAL ADAPTIVE COMPONENT
IN THE VOLGO-CASPIANBASIN

V. P. Ermolin

State Research Institute on Lake and River Fisheries, Saratov Branch, Saratov, Russia, gosniorh@mail.ru

Естественный ареал обыкновенного рыбца (Vimba vimba vimba (Linnaeus, 1758)) включает бассейны рек Черного и Балтийского морей. За пределы ареала он распространен в южном и восточном направлениях. Примером южного направления расселения является Ткибульское водохранилище (Грузия), куда рыбец был завезен случайно. В восточном направлении в 1988–1990 гг. интродуцирован в Волгоградское водохранилище с целью использования имеющихся резервных кормов и повышения рыбопродуктивности водоема. Здесь сформировалась самовоспроизводящаяся популяция.

Предварительное исследование ряда биологических параметров в новом водоеме обитания показало, что рыбец полностью вписался в структуру рыбного сообщества Волгоградского водохранилища. Он сохранил привычный для своего вида спектр питания, включающий моллюсков, ракообразных, олигохет, личинок хирономид. Сеголетки рыбца питаются в основном зоопланктоном. Пища двухлетних рыб состоит из организмов мягкого бентоса (более 90 %), преимущественно олигохет и гаммарид. С третьего года жизни рыбец начинает потреблять моллюсков, доля которых с возрастом рыб увеличивается и у особей старше 5–6 лет становится доминирующей.

Темп роста рыбца высокий. По пятибалльной шкале оценки (очень медленный, медленный, средний, быстрый и очень быстрый) может быть охарактеризован как быстрый, что свидетельствует о благоприятных условиях нагула.

Плодовитость рыбца Волгоградского водохранилища соответствует средней плодовитости в реках Нямунас, Днепр, Кубань и составляет 51 тыс. икринок на самку. Хорошо выражена порционность икрометания – три порции. По данным 2003–2005 гг. миграционный путь на нерест протяженностью 250–300 км начинается в районе Иловатка-Учхозовские острова, где происходит нагул, и заканчивается районе сел Усовка–Березняки, где расположены основные нерестилища и происходит размножение.

Следует отметить, что рыбец достаточно быстро осваивает водохранилище и в 2006–2007 гг. половозрелые особи отмечены в непосредственной близости от плотины Саратовской ГЭС у г. Балаково. Рыбец заходил на нерест в левобережный приток водохранилища – р. Большой Иргиз. Отмечен нерест его и в балках нижнего плеса водохранилища недалеко от плотины Волгоградской ГЭС.

Созревание рыб наблюдается в более раннем возрасте, по сравнению с водоемами балтийского бассейна. Самки и самцы становятся половозрелыми в возрасте 3–5 лет. Популяция относительно молодая. Средний возраст нерестовой популяции колеблется от 4,2 до 4,8 года (в среднем 4,5 года). Принимая 4,5 года за продолжительность жизни одного поколения, получим, что в Волгоградском водохранилище с момента вселения сменилось четыре поколения рыбца.

Успешное освоение рыбцом Волгоградского водохранилища, во многом сходного с другими водохранилищами каскада, свидетельcтвует о наличии необходимых для вида условий обитания в других водоемах Волги и возможности успешного расселения в ее бассейне. В настоящее время Волгоградское водохранилище является водоемом-резерватом из которого возможно саморасселение рыбца в северном, южном и восточном направлениях.

В литературе имеются сведения как о скате рыбца из водохранилищ, так и проникновение в них из нижнего бъефа плотины. Учитывая, что рыбец стал отмечаться под плотиной Саратовской ГЭС, мы вправе ожидать, что в ближайшие 3–4 года возможно проникновение половозрелых рыбцов в Саратовское водохранилище и естественный нерест в новом водоеме. Дальнейшее распространение будет приурочено к более северным водоемам, в частности к Куйбышевскому водохранилищу. В целом, северное направление распространения – обширное, включает все крупные водохранилища волжского каскада.

Восточное направление распространения также имеет широкий потенциальный ареал. В Саратовской и Самарской областях это левобережные притоки с системой оросительно-обводнительных каналов, куда, вместе с подаваемой водой могут быть занесены, как молодь, так и взрослые рыбы. При этом в Саратовском Заволжье не исключено проникновение рыбца в систему рек бессточного бассейна Камыш-Самарских озер – Большой и Малый Узени и их водохранилища. Из других левобережных притоков (восточное направление распространения) следует указать реку Каму с ее водохранилищами, а также реки Вятку, Белую и др.

Южное направление распространения связано со скатом молоди и взрослых рыб через плотину Волгоградской ГЭС в расположенные ниже участки Волги. При этом вполне реально достижение рыбцом дельты Волги и Северного Каспия.

Приведенная схема возможного саморасселения рыбца, вследствие недостаточной изученности вопроса, условна. Однако нам представляется, что она адекватна реальности.
Успешное вселение рыбца в Волгоградское водохранилище практически может оказаться вселением его в Волго-Каспийский бассейн. Учитывая огромный возможный ареал расселения рыбца, становится очевидной и актуальность проблемы более глубокого изучения таких важных вопросов как оценка:

– приспособительного биологического потенциала рыбца в условиях водохранилищ Волги на примере Волгоградского водохранилища;

– роли вселенца в биоразнообразии водоемов;

– продукционных характеристик вида и влияния на биоресурсный потенциал ихтиоценоза;

– положения вселенца в трофической цепи водоема и его роли в использовании резервных кормов.

Вот далеко не полный перечень первостепенных проблем, касающихся появления рыбца в бассейне Волги. Имеющихся на сегодня сведений явно недостаточно для их решения. Необходимо комплексное исследование вселенца.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 142-144.

УДК 577.34:597.08:621.31 (28)(477)

Д. И. Гудков*, А. Е. Каглян*, А. Б. Назаров**, В. Г. Кленус*

*Институт гидробиологии НАН Украины, Киев, Украина, radioeco@i.com.ua
**Государственное специализированное научно-производственное предприятие «Экоцентр»
МЧС Украины, Чернобыль, Украина, nazarov@cremzv.gov.ua

FISH OF THE CHERNOBYL APP ALIENATION ZONE:
DYNAMICS OF RADIOACTIVE CONTAMINATION AND
RADIATION-ABSORBED DOSE

D. I. Gudkov*, A. E. Kaglyan*, A. B. Nazarov**, V. G. Klenus*

*Institute of Hydrobiology NASU, Kiev, Ukraine, radioeco@i.com.ua
**State Specialized Scientific and Production Enterprise «Ecocentre»,
Chernobyl, Ukraine, nazarov@cremzv.gov.ua

Основные исследования проводили в 1997–2006 гг. на территории зоны отчуждения Чернобыльской АЭС (ЧАЭС): реках Припять и Уж, водоеме-охладителе, озерах Глубокое, Далекое-1, Азбучин и Яновском затоне, а также в верхнем участке Киевского водохранилища (у с. Страхолесье), прилегающем к зоне отчуждения. Анализ содержания радионуклидов в рыбе выполняли с использованием следующих видов: хищные – щука, сом обыкновенный, сом канальный, окунь обыкновенный, судак обыкновенный, жерех; «мирные» – плотва обыкновенная, красноперка, линь, густера, лещ, синец, карась обыкновенный, сазан, толстолобик белый, голавль, чехонь и язь.

Исследования показали, что в проточных и слабопроточных водоемах общее содержание ¹³⁷Cs в рыбе значительно превышает этот показатель для ⁹⁰Sr и соответствует традиционным представлениям о распределении радионуклидов в ихтиоценозе водоемов, оказавшихся в зоне влияния аварии на ЧАЭС. При этом отношение удельной активности ⁹⁰Sr к ¹³⁷Cs в рыбе рек Припять и Уж составило в среднем соответственно 0,19 и 0,12, а достоверной динамики содержания радионуклидов за период исследований нами не зарегистрировано. Наиболее выражена тенденция повышенного концентрирования ¹³⁷Cs рыбой – в водоеме-охладителе ЧАЭС, который является единственным среди изученных водоемов Зоны отчуждения, содержание ¹³⁷Cs в воде которого превышает содержание ⁹⁰Sr. Очевидно, немаловажное значение при концентрировании радионуклидов играет также катионный состав воды, который в водоеме-охладителе характеризуется самым высоким отношением суммы Ca²⁺ и Mg²⁺ к сумме Na⁺ и K⁺ среди исследованных водных объектов, что определяет более интенсивное накопление ¹³⁷Cs как химического аналога калия. В связи с этим, вклад ⁹⁰Sr в общее содержание радионуклидов в рыбе здесь минимальный по сравнению с другими водоемами зоны отчуждения.

В замкнутых водоемах правобережья р. Припять (оз. Азбучин и Яновском затоне) содержание радионуклидов в рыбе характеризуется обратной закономерностью – более высоким содержанием ⁹⁰Sr в организме рыб по сравнению с ¹³⁷Cs. Предполагается, что причинами такого соотношения может быть с одной стороны – повышенное содержание ⁹⁰Sr в воде, по сравнению с проточными водными объектами, а с другой – геохимические условия территории правобережья р. Припять, определяющие специфический, для расположенных здесь водоемов, катионный состав воды. При этом низкое отношение суммы Ca²⁺ и Mg²⁺ к сумме Na⁺ и K⁺, очевидно, является причиной более интенсивного концентрирования ⁹⁰Sr по сравнению с ¹³⁷Cs.

Значительной динамичностью характеризуется радиоэкологическая ситуация в озерах, расположенных на территории одамбированного участка левобережной поймы р. Припять. В оз. Глубокое, при относительно стабильном содержании ¹³⁷Cs в тканях рыб, с конца 1990-х годов наблюдается устойчивая тенденция увеличения активности ⁹⁰Sr как у «мирных», так и хищных видов. При этом если в 1999 г. отношение содержания ⁹⁰Sr к ¹³⁷Cs в организме «мирных» рыб составляло 0,2, то в 2000 г. это отношение возросло до 0,6, в 2001 г. – составило 2,0, превысив содержание ⁹⁰Sr, а в 2006 г. – достигло значения 5,6. Увеличение содержания ⁹⁰Sr в организме хищных видов происходило не так быстро, незначительно превысив общее содержание ¹³⁷Cs лишь в 2005 г.

Предполагается, что описанная динамика ⁹⁰Sr в тканях рыб левобережной поймы связана в первую очередь с изменением физико-химических форм радионуклида в почвах водосборных территорий. Поскольку левобережная пойма оказалась одним из наиболее загрязненных радионуклидами массивов Зоны отчуждения, здесь в период 1992–1993 гг. был построен комплекс противопаводковых дамб, изменивших гидрологический режим пойменных потоков в периоды половодий и препятствующих вымыванию радиоактивных веществ из почв загрязненных территорий. Однако это явилось причиной усиления процессов переувлажнения и заболачивания одамбированных территорий. В результате, на фоне общих тенденций увеличения мобильных форм ⁹⁰Sr в почвах водосборных территорий и донных отложениях водоемов зоны отчуждения, в заболоченных грунтах левобережной поймы происходит возрастание концентрации фульво- и гуминовых кислот, снижающее рН водной среды, усиливающее десорбцию радионуклидов и их переход в растворенное состояние, в первую очередь ⁹⁰Sr, который образует с фульвокислотами растворимые комплексы.

На примере «мирных» видов рыб оз. Глубокое рассчитаны средние за период исследований величины Кк основных радионуклидов, которые расположились в порядке убывания следующим образом: ²⁴¹Am (1028) > ¹³⁷Cs (891) > ⁹⁰Sr (113) > ²³⁸Pu (83) > ^239+240Pu (75). Наибольшими и достаточно сходными средними значениями этого показателя характеризовались ²⁴¹Am и ¹³⁷Cs. Значительно меньшие величины Кк отмечены для ⁹⁰Sr и изотопов плутония. Одним из наиболее важных последствий роста удельной активности ⁹⁰Sr в воде оз. Глубокое является многократное увеличение удельной активности радионуклида в биоте озера. При этом мощность поглощенной дозы, обусловленная инкорпорацией ⁹⁰Sr, в 2005 г. возросла для «мирных» видов рыб в 14 раз по сравнению с 1999 г., а общая доза от инкорпорированных радионуклидов, увеличилась более чем в 6 раз. Для хищных видов рыб максимальное увеличение содержания ⁹⁰Sr отмечено в 2004 г., при этом доза, обусловленная ⁹⁰Sr, возросла более чем в 8 раз, а общая доза от инкорпорированных радионуклидов – более чем в 4 раза.

Анализ усредненных показателей мощности поглощенной дозы от инкорпорированных радионуклидов свидетельствует, что в настоящее время в рыбе замкнутых водоемов Зоны отчуждения на долю ⁹⁰Sr приходится более 90 % внутренней дозы облучения. Максимальными значениями этого показателя характеризуются рыбы оз. Азбучин, для которых доза облучения от внутренних источников составляет в среднем 17 мкГр/ч, а вклад ⁹⁰Sr в мощность поглощенной дозы, благодаря высокому содержанию радионуклида в воде и особенностям гидрохимического режима, превышает 95 %. В Яновском затоне, при общем сравнительно невысоком содержании радионуклидов в воде, мощность внутренней дозы облучения рыб составляет около 3,5 мкГр/ч, с вкладом ⁹⁰Sr – более 90 %. В оз. Глубокое ⁹⁰Sr формирует до 90 % дозовой нагрузки от инкорпорированных радионуклидов, при общей дозе внутреннего облучения рыб около 15 мкГр/ч. В речных экосистемах Зоны отчуждения, а также в верховье Киевского водохранилища вклад ⁹⁰Sr во внутреннюю дозу облучения рыб составил от 60 % в р. Припять до 35–40 % в Киевском водохранилище и р. Уж. Средняя мощность поглощенной дозы от инкорпорированных радионуклидов была наименьшей для рыб Киевского водохранилища – 0,01 мкГр/ч, в р. Уж составила 0,02 мкГр/ч, а в р. Припять – около 0,05 мкГр/ч. Наименьшим вклад ⁹⁰Sr был во внутреннюю дозу облучения рыб водоема-охладителя (до 30 %) при мощности поглощенной дозы около 0,8 мкГр/ч.

В настоящее время удельная активность ⁹⁰Sr и ¹³⁷Cs в рыбе исследованных пойменных озер и Яновского затона, из расчета на общее содержание радионуклидов в организме рыб, во всех случаях многократно превышает санитарно-гигиенические допустимые уровни (ДУ), согласно принятым в Украине нормативам для рыбной продукции: для ⁹⁰Sr в среднем в 350 (ДУ – 35 Бк/кг), для ¹³⁷Cs – в 60 раз (ДУ – 150 Бк/кг). Максимально зарегистрированные значения превысили ДУ: для ⁹⁰Sr – почти в 3990 раз в оз. Азбучин и для ¹³⁷Cs – в 180 раз в оз. Далекое-1. Содержание ⁹⁰Sr в рыбе водоема-охладителя практически во всех выловленных особях превышало ДУ – в среднем в 6 раз, максимально зарегистрированное значение – в 20 раз. Содержание ¹³⁷Cs во всех случаях также значительно превышало ДУ – в среднем в 26 раз, с максимальным показателем – в 70 раз. Несмотря на то, что средние показатели содержания радионуклидов в рыбе р. Припять не превышали ДУ, случаи превышения концентраций ¹³⁷Cs за период исследований составили около 20 % от общего количества выловленных особей. Максимальные значения содержания ¹³⁷Cs в 5 раз превысили ДУ. В р. Уж превышения ДУ ¹³⁷Cs за период исследований отмечены в единичных случаях. В рыбе Киевского водохранилища за исследуемый период превышения ДУ нами не зарегистрированы.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 140-142.

УДК 597.55

Е. П. Горлачева, А. В. Афонин

Институт природных ресурсов экологии и криологии СО РАН,
Чита, Российская Федерация, gorl_iht@mail.ru

FISH BIODIVERSITY OF THE ONONRIVER

E. P. Gorlachova, A. V. Afonin

Institute of Nature Resources, Ecology and Cryology SB RAS, Chita, Russia, gorl_iht@mail.ru

Уменьшение биологического разнообразия приводит к снижению устойчивости водных экосистем. Основой данной работы являются материалы, полученные во время исследований р. Онон в 1995–2006 гг. Река Онон правый приток р. Шилка, относится к Онон-Аргунскому сухостепному гидрологическому району, Борзинскому подрайону. Длина водотока – 1032 км, площадь водосбора – 96200 км², из них на территории России – 64600 км². Водосбор реки располагается в пределах своеобразных ландшафтных зон: западносибирской таежной, лесостепной и степной. По условиям водного режима река относится к дальневосточному типу с хорошо выраженным преобладанием дождевого стока.

Современная ихтиофауна р. Онон насчитывает 40 видов рыб и круглоротых, относящихся к 13 семействам (табл.). Рыбы р. Онон составляют 2/3 видового состава ихтиофауны Читинской области. Доминируют виды, принадлежащие семейству карповых (53,7 %), среди которых велика доля пескарей (39 %). В последние годы ихтиофауна р. Онон пополнилась новым видом – трегубкой Opsariichthys uncirostris amurensis Berg, 1932, которая ранее не отмечалась в этой реке. В настоящее время это один из обычных видов в уловах рыбаков. Виды рыб, составляющие ихтиофауну реки, относятся к 6 фаунистическими комплексам:

– бореально-равнинному (амурская щука Esox reicherti Dybowski, 1869, амурский чебак Leuciscus waleckii (Dybowski, 1869), серебряный карась Carassius auratus gibelio (Bloch, 1782), гольян Чекановского Phoxinus czekanowskii (Dybowski, 1869), сибирский пескарь Gobio gobio cynocephalus Dybowski, 1869, сибирская шиповка Cobitis melanoleuca Nichols, 1925);

– бореально-предгорному (таймень Hucho taimen (Pallas, 1773), ленок Brachymystax lenok (Pallas, 1773), амурский хариус Thymallus arcticus grubei Dybowski, 1869, гольян Лаговского Phoxinus lagowskii Dybowski, 1869, сибирский голец Barbatula toni (Dybowski, 1869), амурская широколобка Mesocottus haitej (Dybowski, 1869), пестроногий подкаменщик Cottus poecilopus Heckel, 1836);

– древнему верхнетретичному (амурский плоскоголовый жерех Pseudaspius leptocephalus (Pallas, 1776), сазан Cyprinus carpio haematopterus Temminck et Schlegel, 1846, амурский сом Parasilurus asotus (Linnaeus, 1758), калуга Huso dauricus (Georgi, 1775), обыкновенный амурский горчак Rhodeus sericeus sericeus (Pallas, 1776), амурский вьюн Misgurnus anguillicaudatus (Cantor, 1842));

– автохтонному китайскому (конь-губарь Hemibarbus labeo (Pallas, 1776), амурский чебачек Pseudorasbora parva (Temminck et Schlegel, 1846), чебаковидный пескарь Gnathopogon strigatus (Regan, 1908), владиславия Ladislavia taczanowskii Dybowski, 1869, ханкинский пескарь Sgualidus chankaensis Dybowski, 1872);

– индийскому (косатка-плеть Leocassis ussuriensis (Dybowski, 1872), косатка-скрипун Pel­teo­bagrus fulvidraco (Richardson, 1856), косатка Герценштейна Leocassis herzensteini (Berg, 1907));

– арктическому пресноводному комплексу (налим Lota lota (Linnaeus, 1758), сиг-хадары Coregonus chadary Dybowski, 1862).

Таблица 1. Основные биологические характеристики рыб, обитающих в реке Онон

Под влиянием хозяйственной деятельности человека, усиленного браконьерского лова, загрязнения водотоков происходит нарушение экосистемы р. Онон, что отрицательно сказывается на биоразнообразии рыб. Несмотря на это, в верхнем течение реки сохранились участки, пригодные для обитания сига-хадары, который занесен в Красную книгу Читинской области. В многоводные годы в р. Онон заходит также калуга.

В ихтиофауне реки преобладают реофильные (42,3 %) и лимнофильные (39,4 %) виды рыб. По отношению к нерестовому субстрату преобладают четыре группы: литофилы (21,2 %), фитофилы (18,2 %), псаммофилы (21,2 %), пелагофилы (18,2 %), отмечаются и остракофилы (9,1 %). По типу питания преобладают бентофаги (47,0 %), ихтиофаги составляют 15,6 %, фитофаги – 12,5 %. В составе ихтиофауны практически отсутствуют планктофаги, что, очевидно, связано с особенностями самой реки.

Для сохранения высокого видового разнообразия ихтиофауны р. Онон необходим постоянный мониторинг а также разработка экологического паспорта реки с указанием ограничения производственной деятельности в местах обитания наиболее ценных, редких, уязвимых и краснокнижных видов рыб. Верхнее течение реки (в пределах Читинской области) должно приобрести статус охраняемой территории, как места обитания сига-хадары, нереста и нагула амурского хариуса, тайменя, ленка.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 138-140.

UDC 597.55

R. Ghorbani, A. Hajimoradloo, H. Rahmani, A. Naeimi, M. Mollaei

Faculty of Fisheris, Gorgan University of Agricultural Sciences and Natural Resources,
Gorgan, Iran, ghorbaninasrabadi@yahoo.com

БЕНТОС И ИХТИОФАУНА ГЛАВНОГО ВПАДАЮЩЕГО КАНАЛА
ВОДНО-БОЛОТНЫХ УГОДИЙ ГОМИШАН,
ЮГО-ВОСТОК КАСПИЙСКОГО МОРЯ

Р. Горбани, A. Хаджиморадло, Х. Рахмани, А. Нэйми, M. Mоллаи

Университет Горгана, Иран

Protection of biodiversity in all aspects is important in management of aquatic environment. In relation with this case, there are many problems in Iran. Recently, the same studies are growing, but still there is a more-in-depth researches needed. This study was carried out during 2001–2002 for determining of composition and frequency of macrobenthoses, identification and diversity of fishes in different seasons in Gomishan Canal that is located in south-east of Caspian Sea. Analysis of samples mostly determined 3 groups, Mollusca, Annelidae, and Arthropoda that their frequencies changed in different months. The most frequency of group were Mollusca (88.25 %), Annelidae (9.94 %) and Arthropoda (1.80 %) of benthoses.

Of fishes, 8 genus belonging to 7 families include of: Carassius auratus, Gambusia holbrooki, Atherina boyeri, Neogobius spp., Liza sp. (L. auratus and L. saliens), Gasterosteus aculeatus, Clupeonella grimmi, Rutilus rutilus were sampled. The only available data comes from Kiabi et al. (1999), who reported 20 species belonging to 8 families in the Gomishan Wetland. Our results are not in agreement with their findings. The reason for these differences could be that our study area was the canal. It should be mentioned, fishing activities in the wetland restricted to illegal subsistence fishery.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 137-138.

UDC 597.556

H. Chitsaz, R. Ghorbani, M. Mollaei, A. Hajimoradloo

Faculty member of Fisheries, Azad University of Azadshahr
Faculty of Fisheries, Gorgan University of Agricultural Sciences and Natural Resources,
Gorgan, Iran, ghorbaninasrabadi@yahoo.com

ИЗУЧЕНИЕ НЕКОТОРЫХ БИОЛОГИЧЕСКИХ ХАРАКТЕРИСТИК
GAMBUSIA HOLBROOKI В ГЛАВНОМ ВПАДАЮЩЕМ КАНАЛЕ
ВОДНО-БОЛОТНЫХ УГОДИЙ ГОМИШАН,
ЮГО-ВОСТОК КАСПИЙСКОГО МОРЯ

Х. Читсаз, Р. Горбани, M. Mоллай, A. Хаджиморадлу

Университет Азад, Университет Горган, Иран

Gambusia holbrooki is an exotic and non economical value species in the Caspian Sea and aquaculture. The Gambusia fit seven of the criteria of a successful invader: are abundant in original range, are polyphagous, have a short generation time, a single female can colonise a new site, have a broad physical tolerance, are closely associated with humans, and have high genetic variability. Some of biological characters of this species were studied in the main inflowing Canal into Gomishan Wetland, Southeast Caspian Sea during 2001–2002. The fish captured using of beach seine (mesh: 8 mm). During 9 months sampling, 705 specimens were sampled and fixed in 10 % formaldehyde. 270 individuals’ fish were dissected for examining of feeding regime and identified by numerical method. Results demonstrated that fish samples were mostly female. The length and weight of the examined fish were 23–68 mm (48.7±12.4 mm) and 0.083–4.05 gr (2.05±1.12 gr), respectively. Growth pattern was as allometric. Reproductive peak was in the summer as the most fish were pregnant. The larvae range 12–134 individuals. The minimum and maximum values of condition factor were on December and July, respectively. The dominant prey in fish were insect and Nereid.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 137.

УДК 597.556

А. П. Георгиев* **, Н. С. Черепанова*, Ю. В. Костылев*

*Северный научно-исследовательский институт рыбного хозяйства
Петрозаводского государственного университета, Петрозаводск, Российская Федерация
**Институт Водных проблем Севера Карельского НЦ РАН, Петрозаводск,
Российская Федерация, a-georgiev@mail.ru

RETROSPECTIVE DYNAMICS
OF STIZOSTEDION LUCIOPERCA BIOLOGICAL CHARACTERISTICS
IN THE NORTH (KARELIAN) PART OF THE LADOGA LAKE

A. P. Georgiev* **, N. S. Cherepanova*, Y. V. Kostylev*

*Nothern Research Institute of Fish Industry of the PetrozavodskStateUniversity, Petrozavodsk,
**Institute of Water Problems of the North of Karelsky RC RAS, Petrozavodsk, Russia

Изучение биологии судака Ладожского озера представляет большой интерес. Во-первых, этот вид относится в водоеме к группе ценных промысловых рыб. Поэтому знание его биологии имеет большое практическое значение, так как позволяет обоснованно определять состояние запасов, устанавливать лимиты возможного вылова и режим рыболовства, не влекущий за собой таких нарушений в структуре популяции, которые могли бы вызвать сокращение общей численности рассматриваемого вида и, следовательно, его уловов. Во-вторых, биологические особенности ладожского судака ставят его в особое положение, как вид в системе изменяющихся условий обитания в водоеме промысловой эксплуатацией. Биотоп северо-ладожского судака примыкает к северной границе естественного ареала обитания этого вида, что накладывает определенный отпечаток на ряд его эколого-биологических особенностей.

Популяция судака карельской части Ладожского озера интенсивно используется (табл. 1). Сравнительно условно выбраны периоды 1971–1979, 1980–1989, 1990–1999 гг., и современный период с 2000 г. Последние годы характеризуются высокими показателями вылова судака, хотя процентное соотношение его выловам по сезонам промысла практически не изменилось. Основное время интенсивного лова приходится на летние и осенние месяцы, что связано с нерестово-нагульными концентрациями популяции.

Таблица 1. Удельный вес судака карельской части Ладожского озера
(усредненный % в уловах)

Динамику численности популяции промысловых рыб при относительной стабильности промысловой базы с большей или меньшей степенью точности может отразить величина годовых уловов (табл. 2). Если проанализировать динамику промысловых уловов судака в северной Ладоге за последние 60 лет, то для вида, как и для многих других промысловых рыб, можно отметить ряд подъемов и спадов вылова. В зависимости от продолжительности проявления этих флуктуаций их можно охарактеризовать как короткопериодные и долгопериодные колебания уловов. Короткопериодные колебания уловов можно связать с урожайностью поколений одного или нескольких смежных лет, обусловленной в свою очередь рядом естественных факторов (гидрологическим режимом, степенью развития кормовой базы для рыб, паразитологической ситуацией и т. п.). Долгопериодные колебания уловов обычно связываются с изменением продукционного потенциала водоема в целом, также предопределяемым многолетней динамикой воздействия естественных факторов.

Таблица 2. Динамика удельного веса судака
карельской части Ладожского озера в уловах

Многолетние наблюдения показали, что существующих изменений размерно-весовых характеристик в возрастных группах не прослеживается, хотя на протяжении представленного периода, как на озеро, в общем, так и на судака в частности (интенсивность лова) влияли различные виды деятельности человека.

Возрастная структура наглядно отражает состояние популяции. Длинный возрастной ряд (до 20 лет и более) свидетельствует о стабильности и удовлетворительном состоянии популяции судака в настоящее время. Возрастной состав судака в промысловых уловах 2000–2006 гг., как и в предшествующие годы, характеризовался присутствием большого числа возрастных групп (от 4+ до 20+ лет), но старшие возрастные группы (от 13 лет и старше) были представлены незначительно. Модальной возрастной группой (17,1 %) были восьмилетки (7+), в целом в уловах доминировали шести–десятигодовики – на их долю пришлось 76,4 % всего выловленного судака. Основные биологические параметры судака: размерно-возрастной состав, соотношение производителей по половому составу близкое 1 : 1, время наступления массовой половозрелости (с 6 полных лет), показатели плодовитости (табл. 3) из уловов 2000–2006 гг. не обнаруживали значительных отклонений от таковых предыдущих лет промысла (несколько меньшими оказались лишь средние размерно-весовые показатели). Этот факт свидетельствует о стабильности и удовлетворительном состоянии современных условий обитания и воспроизводства популяции судака в Северной Ладоге.

Таблица 3. Плодовитость судака северной части Ладожского озера

Таким образом, анализ структуры уловов судака позволяет сказать, что в целом его популяция и промысловые запасы находятся в удовлетворительном состоянии. Учитывая достаточно интенсивный вылов судака со стороны промышленного и любительского (по лицензиям) рыболовства, а также значительный объем его изъятия при неучтенном (браконьерском) вылове, лимитирование промысловой базы и мониторинг за состоянием популяции должны оставаться приоритетными требованиями для сохранения запасов вида на достаточно высоком промысловом уровне.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 135-136.