УДК 595.762.12

Е. А. Сапотько, А. В. Рыжая

Гродненский госуниверситет им. Янки Купалы, Гродно, Беларусь, rhyzhaya@yandex.ru

DIVERSITY OF CARABID BEETLES (COLEOPTERA, CARABIDAE)
OF THE GRODNO DISTRICT (BYELORUSSIA)

E. A. Sapot’ko, A. V. Ryzhaya

Yanka Kupala Grodno State University, Grodno, Byelorussia, a.ryzhaya@grsu.by

Жужелицы (Coleoptera, Carabidae) успешно используются для характеристики состояния естественных биоценозов в различных ландшафтно-зональных условиях, а также для выявления степени влияния отдельных природных и антропогенных факторов на экосистемы. Зависимость распределения жужелиц по биотопам от почвенно-растительных условий и микроклимата определяет их роль как индикаторов биоценозов (Шарова, 1990).

Работа проводилась с апреля по сентябрь 2006 г. Для исследования выбраны два биоценоза: бор зеленомошный, расположенный на ЮЮВ г. Скидель (Гродненский район, Беларусь) и разнотравно-злаковый луг на 50 метров севернее первого. Материал собирали методом почвенных ловушек, которые представляли собой полистироловые стаканчики диаметром 72 мм, объемом 250 мл. В каждой из точек выставляли по 10 ловушек, выбор материала проводили один раз в неделю.

Для установления структуры доминирования классы обилия жуков выделяли в соответствии со шкалой Ренконена. Для оценки сходства видового состава сообществ жужелиц использовали коэффициент Жаккара, индекс разнообразия и индекс выравненности Симпсона. Выделение жизненных форм жужелиц проводили по системе И. Х. Шаровой, экологических групп и зоогеографических характеристик – по литературным данным. Снятие морфометрических показателей производилось с помощью штангельциркуля в мм.

За время работы собрано 376 экземпляров жужелиц, относящихся к 4 надтрибам, 6 трибам, 8 родам, 17 видам (табл.). Изучение стациального распределения показало, что на разнотравно-злаковом лугу отмечено 11 видов, в бору зеленомошном – 9 видов. Общими видами для обеих ассоциаций являются P. melanarius, H. tardus, C. micropterus. Коэффициент Жаккара равен 0,18. Индекс разнообразия Симпсона на разнотравно-злаковом лугу равен 2,52, а в бору зеленомошном – 3,24. Индекс выравненности Симпсона в бору зеленомошном равен 0,36, а на лугу – –0,23, что говорит о более равномерном распределении видов в бору, так как именно здесь индекс выравненности больше приближается к 1.

На разнотравно-злаковом лугу преобладают P. versicolor – 58,70 %, C. cancellatus – 19,43 % и P. melanarius – 11,74 %. В бору зеленомошном также три доминанта: P. vernalis – 41,09 %, P. oblongopunctatus – 35,66 % и P. melanarius – 9,30 %.

Анализ жизненных форм жужелиц исследованных биотопов показал, что в обеих ассоциациях велика доля стратобионтов-скважников: на разнотравно-злаковом лугу они преобладают (64 % всех видов), а в бору зеленомошном их доля составляет 32 %, тогда как доля стратобионтов зарывающихся – 34 %. Доля эпигеонтов и геохортобионтов на лугу составляет по 9 %, а в бору эпигеонтов вдвое больше, чем геохортобионтов (22 и 11 % соответственно).

На разнотравно-злаковом лугу преобладают виды западно-центрально-палеарктической зоны распространения (73 %), западно-палеарктических, голарктических и транспалеаркти­ческих видов значительно меньше (по 9 %). В лесной ассоциации большинство видов жужелиц является западно-палеарктическими (45 %), доля западно-центрально-палеарктических и транс­палеарктических видов составляет по 22 %. В бору отмечены и голарктические виды (11 %).

Таблица. Структура доминирования жужелиц (%) в окрестностях г. Скидель
(Гродненский район, Беларусь)

На разнотравно-злаковом лугу преобладают виды западно-центрально-палеарктической зоны распространения (73 %), западно-палеарктических, голарктических и транспалеарктических видов значительно меньше (по 9 %). В лесной ассоциации большинство видов жужелиц является западно-палеарктическими (45 %), доля западно-центрально-палеарктических и транспалеарктических видов составляет по 22 %. В бору отмечены и голарктические виды (11 %).

Доля зоофагов велика в обоих биотопах: 73 % на лугу и 89 % в бору. В небольших количествах найдены миксофитофаги: на разнотравно-злаковом лугу – 9 %, а в бору зеленомошном – 11 %. На лугу встречались жужелицы-фитофаги (18 %).

Большинство жуков, отмеченных на разнотравно-злаковом лугу, предпочитают открытые пространства (64 %), тогда как в бору зеленомошном более половины видов (56 %), обитающих в лесных биотопах. В обеих ассоциациях встречались виды-эврибионты: 27 % на лугу и 22 % в бору. Также в небольших количествах обнаружены виды, обитающие в несвойственных для данного вида биотопах: в бору зеленомошном отмечены обитатели открытых пространств и болотистых местностей (по 11 %), а на разнотравно-злаковом лугу – лесные виды (9 %). Такие находки можно объяснить тем, что исследования проводились в местах, расположенных недалеко от границ перехода лесной ассоциации в открытый биотоп.

Большинство собранных видов и на лугу и в бору относятся к обычным (73 и 78 % соответственно). На лугу редких видов отмечено вдвое меньше, чем массовых (редких – 9 %), а в бору зеленомошном доля массовых и редких видов одинакова (по 11 %).

В обеих ассоциациях большинство видов является мезофилами: на лугу 64 %, в бору 78 %. В бору зеленомошном кроме мезофилов встречаются только мезоксерофилы (22 %), а на разнотравно-злаковом лугу присутствовали мезоксерофилы (27 %) и ксерофилы (9 %).

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 290-291.

УДК 632.938.1

Н. А. Рябченко, А. А. Шубин, В. Д. Малыгина, В. Г. Привалова, Е. Н. Михалева

Донецкий национальный университет экономики и торговли
им. Михаила Туган-Барановского, Донецк, Украина

PHENOMENON OF THE IMMUNODEFICIENCY IN THE WINTER WHEAT RESISTANCE TO INTRACAULESCENT PESTS

N. A. Ryabchenko, A. A. Shubin, V. D. Malygina, V. H. Privalova, E. N. Mikhaleva

M. Tugan-Baranovsky Donetsk National University of the Economy and Trade, Donetsk, Ukraine

Многими исследованиями подтверждается, что мутационные явления являются основным источником генотипической изменчивости растений, обуславливающей их адаптивный потенциал и гомеостаз (Рябченко, 1992; Вилкова и др., 1992). Разработанная нами концепция иммунодефицита подтверждается другими исследователями. Малые дозы хронического радиационного облучения снижали устойчивость растений пшеницы к тле (Степанова, Жарина, 1990). Цель наших исследований заключалась в выявлении механизмов действия основных элементов химического метода защиты растений на иммунологическую систему озимой пшеницы. Исследования проводились на 4 сортах озимой пшеницы (Альбатрос одесский, Донецкая 48, Доля и Никония).

Мутагенную активность пестицидов изучали при помощи цитологического анализа в индуцированных мутантах озимой пшеницы. Инсектициды обладают выраженным мутагенным свойством при воздействии на растения (Рябченко и др., 2007). При обработке семян и растений озимой пшеницы инсектицидами Би-58 новый и Диазинон наблюдалось достоверное повышение спонтанного уровня мутаций. При предпосевной обработке зерна Би-58 новый частота аберраций хромосом (фрагменты) увеличилась в 1,7–2,3 раза, а хроматидных фрагментов – в 2,6–3,1 раза по сравнению с контролем (растения без применяемых инсектицидов). При опрыскивании растений инсектицидами Диазинон и Би-58 новый отмечалась такая же закономерность.

Спектр изменчивости устойчивости растений озимой пшеницы к злаковым мухам при различных инсектицидных нагрузках имел характер накопления ежегодных длительных модификаций, приводящих со временем к концентрации новых не иммунологических признаков, снижающих вероятность процесса выравнивания устойчивой популяции. Количество поврежденных стеблей озимой пшеницы злаковыми мухами в вариантах с применением Би-58 новый и Диазинон возросла в 6,3–7,8 раза по сравнению с контролем.

Таким образом, мутационные явления, возникающие в растительном организме, вызывают в последующем поколении морфологические, цитологические, биохимические, генетические, иммунологические и другие изменения. Они приводят к ускорению онтогенетической сопряженности вредителя с кормовым растением вследствие нарушения экологической адаптационной способности, которая играет важную роль при эколого-генетическом характере наследования устойчивости (Сусидко, Рябченко, 1990).

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 289.

УДК 595.768.12:(632.938.1+632.937.12)

Н. А. Рябченко, А. А. Шубин, В. Д. Малыгина, В. Г. Привалова

Донецкий национальный университет экономики и торговли
им. Михаила Туган-Барановского, Донецк, Украина

INFLUENCE OF PLANTS’ IMMUNODEFICIENCY
ON THE FORMING OF THE COLORADO BEETLE’S RESISTANCE
TO INSECTICIDES

N. A. Ryabchenko, A. A. Shubin, V. D. Malygina, V. H. Privalova

M. Tugan-Baranovsky Donetsk National University of the Economy and Trade,
Donetsk, Ukraine

Явление индуцированного снижения иммунитета растений к вредителям является важным фактором формирования у них резистентности к применяемым инсектицидам. Общеизвестно, что эта резистентность характеризуется комплексом генетически детерминированных приспособительных реакций организма насекомого. Они позволяют ему выжить при инсектицидном воздействии, обладающем выраженным мутагенным свойством. Цель проведенных исследований заключалась в определении влияния иммунодефицита растений к вредителям на их выживаемость при инсектицидном воздействии.

Выжившие от воздействия инсектицидов имаго колорадского жука характеризовались следующими показателями гемограммы. Содержание эноцитоидов снизилось на 6,3–9,8 %, пролейкоцитов – на 5,6–7,8 %, микронуклеоцитов – на 7,2–9,4 %, макронуклеоцитов – на 9,2–11,7 % и фагоцитов – на 7,4–12,7 % по сравнению с контрольными растениями (растения без иммунодефицита). Характерно, что содержание мертвых и патологических клеток в гемолимфе выжившего вредителя уменьшилась на 9,7–14,2 % и 14,7–20,4 % при его питании на растениях с иммунодефицитом.

Уровень активности окислительно-восстановительных ферментов у колорадского жука соответствует степени устойчивости сорта картофеля, на котором он питался. При питании на сорте Повинь при индуцированном снижении иммунитета активность пищеварительных ферментов у имаго колорадского жука снизилась на 4,9–8,7 % по сравнению с контрольными растениями (растения без иммунодефицита). Также следует выделить тенденцию снижения активности карбогидраз на 4,2–7,7 %, протеиназ – на 7,9–10,2 % и трибутириназ – на 8,3–11,5 % в имаго колорадского жука, питавшихся на растениях картофеля с индуцированным снижением иммунитета. Энергетический обмен колорадского жука, питавшегося на растениях с иммунодефицитом составил 438,2 Дж, а на контрольных растениях (растения без иммунодефицита) – только 381,7 Дж.

В заключение следует отметить, что растения картофеля с индуцированным снижением иммунитета позволяют колорадскому жуку, прошедшему химическую обработку инсектицидами, выжить и сформировать резистентность к этим вредным ксенобиотикам.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 288.

УДК 595.768.12

А. В. Рыжая

Гродненский госуниверситет им. Янки Купалы, Гродно, Беларусь, rhyzhaya@yandex.ru

LEAF-BEETLES (COLEOPTERA, CHRYSOMELIDAE)
IN THE PARKS OF GRODNO (BYELORUSSIA)

A. V. Ryzhaya

Yanka Kupala Grodno State University, Grodno, Byelorussia, a.ryzhaya@grsu.by

В изучении насекомых урбанизированных ландшафтов много внимания уделяется обитателям растительности. Листоеды (Chrysomelidae) – типичные фитофаги, тесно связанные с кормовыми растениями, а через них с фитоценозами, – чутко реагируют на изменения среды обитания, благодаря чему познание их видового спектра и относительной численности дает возможность судить о сукцессиях растительности в связи с воздействием человека (Лопатин, 2005).

Изучали видовой состав и экологические комплексы листоедов трех парков, расположенных в черте г. Гродно (Беларусь). Парки – насаждения общего пользования, с многочисленной растительностью различного возраста, составленной из тщательно культивируемых видов растений, с объектами культуры и отдыха. Выбраны участки № 1 в парке им. Э. Жилибера, расположенном в центральной части города, № 2 – на Воинском кладбище в восточной части города, относящемся к насаждениям специального назначения и № 3 – в Коложском парке, который примыкает к лесопарковой зоне. Таким образом, парки расположены в направлении от центра города к окраинам и соответствуют зонам разной степени урбанизации: сильной, средней и слабой. Сбор материала проводили кошением энтомологическим сачком по растительности, отряхиванием веток и осмотром листьев и веток с последующим сбором вручную. Структура доминирования в каждом из исследованных парков устанавливалась в соответствии со шкалой Ренконена. Экологические группы листоедов выделяли на основании литературных данных.

На территории трех парков отмечено 38 видов жуков семейства листоедов. Объем выборки составил 242 экземпляра. Наиболее многочисленными в трех парках являются Chrysolina fastuosa Scopoli, 1763 – 18,2 %, Cryptocephalus sericeus Linnaeus, 1758 и Chrysomela populi Linnaeus, 1758 – по 9,0 %, Altica oleracea Linnaeus, 1758 – 7,8 %, Oulema gallaeciana Heyden, 1870 – 7,0 %, C. sturmi Westhoff, 1882 – 5,7 % всех сборов.

В парке Жилибера отмечено 5 видов, на Воинском кладбище – 6 и в Коложском парке – 36 видов, таким образом, наблюдается увеличение числа видов листоедов в направлении от центра к окраине, а также, возможно, в связи со степенью хозяйственного использования парков. В парке Жилибера доминантными видами являются C. fastuosa – 70,8 %, C. sturmi – 16,6 %. На Воинском кладбище – C. fastuosa – 53,3 %, C. polita Linnaeus, 1758 – 20,0 %. В Коложском парке – C. sericeus – 10,8 %, C. populi – 9,8 %, A. oleracea и C. fastuosa – по 9,3 %, O. gallaeciana – 7,8 %, Gastrophysa poligoni Linnaeus, 1758 – 5,9 %. Коэффициент фаунистической общности Жаккара между парками № 1 и № 2 находился на низком уровне (0,40), между обоими городскими парками и парком № 3 нет соответствия (индекс менее 0,1–0,2 и 0,07 соответственно).

Зоогеографический анализ показал, что в парке № 1 преобладают западноцентрально­палеарктические элементы фауны, тогда как в парке № 2 – транспалеарктические, в обоих парках не отмечены западнопалеарктические элементы. В парке № 3 доля западнопалеарктических элементов (с более узкими ареалами) составляет 17 %.

Спектр экологических групп листоедов г. Гродно по гигропреферендуму включает пять групп (табл.). Все они представлены только в Коложском парке, при этом доля мезофильных видов в нем существенно уменьшается за счет появления ксерофильных и мезоксерофильных видов. В парке № 1 отмечены только луговые и лесные виды, с преобладанием последних, в парке № 2 присутствуют также околоводные и полевые виды, в парке № 3 отмечены виды пяти типов биотопов с преобладанием луговых видов. При этом от центра к окраине наблюдается увеличение доли обитателей травянистой растительности при уменьшении доли обитателей деревьев и кустарников. Анализ пищевой специализации листоедов показал, что монофаги представлены только в парке № 3, во всех трех парках, как и в целом в фауне республики преобладают олигофаги, максимальна их доля в парке № 2.

Таблица. Спектр экологических групп листоедов в парках г. Гродно (Беларусь)
(доля видов, %)

Таким образом, на формирование фауны листоедов парков г. Гродно влияет не только степень урбанизации, но и природные условия, а также степень хозяйственного использования территории. Экстремальные условия характерны для расположенного в центре города парка им. Жилибера. Наиболее разнообразна фауна Коложского парка, что соответствует видовому составу растений и расположению его в зоне слабого урбопресса.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 286-287.

УДК 595.7:574.9 (477.75)

Т. С. Рыбка

Таврический национальный университет им. В. И. Вернадского, Симферополь, Украина

HIGH-ALTITUDE DIFFERENTIATION OF VEGETATION ZONES
AND THEIR ENTOMOCOMPLEXES IN SOUTHWEST AREA
OF SOUTHERN COAST OF CRIMEA

T. S. Rybka

Vernadsky Taurida National University, Simferopol, Ukraine

По сравнению с равнинными территориями растительный покров гор Южного берега Крыма (ЮБК) дифференцирован под влиянием трех географических факторов: широтного (зональности), долготного (океаничности) и высотного (поясности). Высотная дифференциация предполагает расчленение растительного покрова на зоны, представляющие собой единую систему. Основной единицей такого расчленения является пояс, который, как правило, занимает определенные высотные границы и отличается преобладанием одного какого-либо типа растительности с характерным для него набором экосистем.

Существует много различных классификаций поясности лесов – М. С. Шалыт (1939), П. П. Посохов (1961), Н. В. Дылис (1964), Б. В. Виноградов (1980) и др. Учитывая опыт многих исследователей, на Южном макросклоне выделяются следующие экосистемы, в которых распределение комплекса насекомых выделенного нами для ЮБК (представители отрядов Lepidoptera, Hymenoptera, Coleoptera), согласно поясности происходит неравномерно.

1. Экосистемы нижнего лесного пояса характеризуются господством пушистодубовых и возникших из них грабинниковых древостоев с вкраплениями сообществ можжевельника высокого, сосны пицундской и фисташки туполистной, на месте которых формируются саванноиды; экосистемы образуют полосу ЮБК (0–400 м н. у. м.).

2. Экосистемы среднего лесного пояса южного макросклона с мезоксерофильными и ксеромезофильными субсредиземноморскими крымскососновыми лесами (от 400–450 до 800–900 м н. у. м.).

3. Экосистемы верхнего лесного пояса буковых лесов (от 800–900 до 1200–1300 м н. у. м.).

4. Экосистемы верхнего лесного пояса лиственных лесов с преобладанием граба и дуба скального, расположенные на одной высотной границе с буковыми лесами.

В разных поясах растительности ЮБК видовой состав фаунистического комплекса различен, а видовое богатство уменьшается с высотой над уровнем моря. Наибольшее количество видов насекомых характерно для биогеоценозов (БГЦ) пояса дубрав – 345 видов (из них 133 вида относится к отряду Lepidoptera, 19 – Hymenoptera, 193 вида – Coleoptera). Для БГЦ лиственного пояса отмечено 239 видов насекомых (из них 61 вид относится к отряду Lepidoptera, среди которых преобладают виды семейств Satyridae, Nymphalidae, Lycaenidae и Noctuidae; 4 вида Hymenoptera из семейства Formicidae; 174 вида Coleoptera из семейств Carabidae и Cerambycidae). В БГЦ соснового пояса – 169 видов насекомых (из них 40 видов относится к отряду Lepidoptera, доминируют виды семейств Noctuidae, Satyridae и Pieridae; 13 видов Hymenoptera из семейства Formicidae; 116 видов Coleoptera). Наименьшее количество видов характерно для буковых БГЦ – 112 (из них 22 вида относится к отряду Lepidoptera, 2 – Hymenoptera, 88 видов Coleoptera, среди которых преобладают виды семейства Carabidae).

Регрессионный анализ показал, что зависимость численности насекомых и высотой над уровнем моря для разных поясов растительности ЮБК является линейной (У = 125,85–0,08*Х). Подавляющее большинство точек находится в пределах доверительного интервала. Корреляция отрицательная r = –0,83, при этом показатель детерминации составляет 68,9%, что говорит о тесной связи между переменными.

Такая дифференциация связана с тем, что в каждом высотном поясе формируются БГЦ со своим микроклиматом, характерными экологическими особенностями, что и влияет на распределение насекомых внутри этих поясов. Виды, которые тяготеют к сухим местообитаниям, характерны для экосистем дубрав и сосновых БГЦ, а виды, предпочитающие влажные местообитания, – для буковых и лиственных БГЦ.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 285-286.

УДК 595.799:504.05

В. Г. Радченко

Институт зоологии им. И. И. Шмальгаузена НАН Украины, Киев, Украина

FORMATION OF WILD BEE POPULATIONS
(HYMENOPTERA, APOIDEA) IN SECONDARY STATIONS
UNDER CONDITIONS OF THE SOUTHEAST OF UKRAINE

V. G. Radchenko

I. I. Shmalhausen Institute of Zoology National Academy of Sciences of Ukraine, Kiev, Ukraine

Интенсивность сукцессионных процессов, происходящих во вторичных стациях, особенно отчетливо проявляется на примере диких пчел, которых с уверенностью можно использовать в качестве индикаторов состояния таких территорий.

Вторичные стации на исследованной нами территории представлены опушками лесонасаждений, обочинами вдоль дорог и оросительных каналов, заброшенными приусадебными и тому подобными участками с цветущей растительностью. В основном на них встречаются рудеральные растения. В результате проводимой борьбы с карантинными сорняками производится частое скашивание приопушечных шлейфов, обочин дорог, оросительных каналов, обработка их гербицидами. На таких участках преимущественно остаются только некоторые низкорослые растения (Erigeron cenadensis, Taraxacum officinale, Convolvulus arvensis и др.). Поэтому кормом здесь обеспечены лишь немногое виды, опыляющие эти растения (в основном представители сем. Halictidae). Всего во вторичных стациях, не подвергавшихся обработкам, нами обнаружено 129 видов пчел, что составляет 30 % от всего числа пчел данного региона (434 вида). Среди них доминируют галиктины с развитой общественной жизнью. На грунтовых дорогах вдоль опушек лесонасаждений они часто создают большие скопления гнезд, достигающие до трех-четырех тысяч на 100 м дороги. Наиболее массовым здесь является Evylaeus malachurus (Kby), который летает почти весь сезон, производя два выводка рабочих особей и один – репродуктивного потомства.

Формирование фауны пчел вторичных стаций зависит от наличия в достаточном количестве и разнообразии энтомофильной растительности. Это наиболее хорошо нами прослежено на примере фауны Донецкого ботанического сада НАН Украины (ДБС). Большая часть территории ботсада задолго до его создания (основан в 1965 году) была окультурена.

На участках ботсада нами выявлено 238 видов пчел (54,8 % фауны юго-востока Украины), что почти в два раза больше, чем в других вторичных и культурных стациях. По численности в учетах пчелы ДБС превосходили все другие исследованные нами стации. Этому, вероятно, способствовало большее количество энтомофильных растений по сравнению с другими участками (кроме полей энтомофильных культур). Средняя абсолютная численность пчел на экспозициях большинства энтомофильных растений ДБС в мае–июле составляла 2,61 экз./м². Это в 5–8 раз больше, чем встречалось во всех других исследованных нами пунктах.

Такая численность связана со значительной концентрацией энтомофильных растений на относительно небольших экспозиционных участках ботсада. Особенно большое количество пчел отмечалось на Alyssum montanum, A. murale, Iberis gibraltarica, Sisymbrium volgense, Sinapis alba, Sorbaria sorbifolia, на которых численность пчел превышала 10 экз./м².

В первые годы наших исследований (1971–1973 гг., то есть через 5 лет после основания сада) на территории ДБС численность пчел была очень низкой – 34,1 экз./100 м². За этот период, несмотря на планомерные исследования, обнаружено только 104 вида. Некоторые единично или совсем не встречавшиеся в первые годы исследований виды (Andrena chrysopus Pér., A. tringa War., Evylaeus quadrisignatus (Schck), Tetralonia pollinosa (Lep.)) в настоящее время стали обычными или даже частыми. Из видов, которые появились на территории ДБС только к началу–середине 1980-х годов можно отметить Melitturga clavicornis (Latr.), Andrena albopunctata (Rossi), Melitta budensis (Mocs.), M. wankowiczi (Rad.), Chalicodoma ericetorum (Lep.) – относительно крупные, хорошо заметные пчелы, переселившиеся сюда только после начала культивирования их кормовых растений. Интересно, что на прилегающих к ДБС участках указанные выше виды пчел ни разу не встречены (свидетельство их залета с территорий, находящихся на значительном расстоянии от ботсада). Многие виды пчел, имеющих очень узкие трофические связи, до сих пор не появились на участках ботсада, несмотря на культивирование их кормовых растений в течение уже 40 лет. Например, ни один из трех видов рода Macropis Pz., встречающихся в зоне Донецкого кряжа (к которой относится и ДБС) и являющихся узкими олиголектами на растениях рода Lysimachia (Primulacea), здесь так и не был обнаружен.

В настоящее время на территории ботсада 4 вида (Andrena dorsata (Kby), А. haemorrhoa (F.), A. propinqua Schck., A. tringa War.) являются массовыми, 15 видов – частые и 42 вида – обычные.

Таким образом, несмотря на то, что ДБС практически является культурной стацией с высоким агрофоном, здесь наблюдается большая концентрация пчел. Последнему обстоятельству способствовали особенности гнездования многих видов пчел. Большинство часто встречающихся андрен (A. dorsata (Kby), A. chrysopus Pér., A. flavipes Pz., A. ovatula (Kby), A. minutuloides Perk., A. tringa War.) и некоторые другие виды, например, Tetralonia pollinosa (Lep.), предпочитают гнездиться на скрытых затененных участках среди зарослей экспозиционных растений. На подобных участках производится только поверхностная механическая обработка почвы, при которой гнезда пчел, находящиеся в земле, не повреждаются. Потомство многих видов галиктин также сохраняется благодаря гнездованию на нераспахиваемых грунтовых дорожках.

Потомство пчел, устраивающих свои гнезда на открытых местах, находящихся в промежутках между экспозициями ДБС (например, Halictus quadricinctus (F.), Seladonia subaurata (Rossi), Rhophitoides canus (Eversm.) и др.), большей частью гибнет при обработке почвы. Численность этой группы видов остается низкой.

Таким образом, многие виды пчел могут быстро поселяться и с успехом существовать во вторичных и культурных стациях при наличии необходимой для них кормовой базы и отсутствии механического повреждения гнезд. Эти особенности следует учитывать при создании микрозаказников для охраны диких опылителей. На таких участках необходимо создавать максимально возможное разнообразие цветковой растительности, что, несомненно, будет способствовать накоплению и сохранению большого разнообразия диких пчел – опылителей растений.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 283-284.

УДК 595.754+632.938.1

В. Г. Привалова, Е. Н. Михалева, Н. А. Рябченко

Донецкий национальный университет экономики и торговли
им. Михаила Туган-Барановского, Донецк, Украина

INJURIOUSNESS OF CORN-BUG IN THE WINTER WHEAT AGROCENOSES OF THE DONETSK PROVINCE

V. H. Privalova, E. N. Mikhaleva, N. A. Ryabchenko

M. Tugan-Baranovsky Donetsk National University of the Economy and Trade,
Donetsk, Ukraine

Озимая пшеница в условиях Донецкой области ежегодно возделывается на площади 0,4–0,5 млн. гектаров. В период онтогенеза она повреждается целым комплексом вредителей, среди которых особое место занимает клоп вредная черепашка. Этот вид вызывает как количественные, так и качественные потери зерна. Цель наших исследований заключалась в определении показателей вредоносности клопа вредная черепашка на озимой пшенице. В исследованиях были задействованы 4 сорта озимой мягкой пшеницы (Альбатрос одесский, Донецкая 48, Доля, Лузановка одесская) и 4 сорта озимой твердой пшеницы (Коралл одесский, Алый парус, Айсберг одесский и Харьковская 32).

Результаты исследований показали, что в юго-восточной степи Украины в агроценозах озимой пшеницы обитает 7 видов хлебных клопов. Среди этих видов доминирует клоп вредная черепашка (55,4 %). Он характеризуется высокой активностью пищеварительных ферментов. Слюнные железы имеют следующие ферментативные показатели: по амилазе дисстринирующей – 105,3 единиц, инвертазе – 86,2, трибутириназе – 197,3 и протеиназе – 1,9. Широкий набор протеолитических ферментов обеспечивает клопу высокую вредоносность в агроценозах как озимой мягкой, так и твердой пшеницы. При повреждении мягкой озимой пшеницы сорта Альбатрос одесский этим вредителем уменьшилось количество зерен в колосе с 23,7 (контроль, неповрежденное растение) до 7,9, а масса 1000 зерен соответственно с 36,1 до 21,9 г. Урожай с одного растения при такой степени повреждения снизился на 24,6 %. Такая же тенденция отмечается нами и по твердой озимой пшенице сорта Коралл одесский, но с уменьшением урожая на 29,7 %. Сравнительный анализ показателей вредоносности клопа показал, что сорта озимой твердой пшеницы в большей степени повреждаются по сравнению с сортами мягкой пшеницы.

Зерно озимой пшеницы, поврежденное клопом черепашкой резко снижает свои качественные и технологические показатели. У сорта озимой мягкой пшеницы Лузановка одесская при повреждении зерна этим вредителем содержание белка снизилось с 14,3 до 10,6 %, клейковины – с 29,5 до 12,6 %, а объем выпеченного хлеба – с 1139 до 543 мл. В сортах озимой твердой пшеницы показатели вредоносности клопа черепашки при повреждении зерна более высокие по сравнению с мягкими сортами. Содержание белка в зерне снизилось на 5,9–7,1 %, клейковины – на 17,2–19,3 %, а объем выпеченного хлеба – в 2,1–2,3 раза.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 282.

УДК 595.72:633.2 (571.56)

Н. К. Потапова, Ю. В. Ермакова

Институт биологических проблем криолитозоны СО РАН, Якутск, Российская Федерация,
n.k.potapova@ibpc.ysn.ru

DIVERSITY AND BIOTOPICAL DISTRIBUTION
OF ORTHOPTEROUS INSECTS (ORTHOPTERA) IN AGRICULTURAL LANDS OF THE LENA RIVER VALLEY IN CENTRAL YAKUTIA

N. K. Potapova, Y. V. Ermakova

Institute for Biological Problems of Cryolithozone SB RAS, Yakutsk, Russia,
n.k.potapova@ibpc.ysn.ru

В Якутии воздействие сельскохозяйственной трансформации на состав и структуру населения беспозвоночных изучено слабо. В настоящей работе изложены результаты исследований антропогенного влияния на сообщества прямокрылых на пастбищах, сенокосах и в агроценозах. Исследования проведены в 1998, 2005 и 2006 гг. в окрестностях с. Немюгинцы (70 км южнее г. Якутск) методом учета численности прямокрылых энтомологическим сачком на единицу времени, а также почвенными ловушками Барбера. При анализе структуры сообществ применялись следующие индексы: разнообразия Маргалефа (D_Mg), доминирования Симпсона (D_s) и Бергера–Паркера (d). В 1998 г. заложены 10 учетных площадок на профиле от поймы до коренного берега, а в 2005–2006 гг. – еще 4 площадки, представлявшие пастбища слабой (2) и сильной степени вытаптывания (3), сенокосы (1), посевы ярового овса (1), залежь (2). Пять учетных площадок, относящихся к естественным биотопам, представлены пойменными и суходольными лугами, типичными для Центральной Якутии. Наиболее распространенными сельскохозяйственными угодьями являются сенокосы и пастбища, занимающие значительные территории, затем следуют пашни, на которых возделываются овощные, зерновые и кормовые культуры. Залежи заняты рудеральной растительностью.

Всего на обследованных участках выявлено 14 видов прямокрылых (из 30 видов, распространенных в Центральной Якутии). Это 11 видов семейства Acrididae (Melanoplus frigidus Boheman, 1846, Euthystira brachyptera Ocskay, 1826, Omocestus haemmorrhoidalis Charpentier, 1825, Aeropus sibiricus Linnaeus, 1767, Aeropedellus variegatus Fischer von Waldheim, 1846, Glypthobotrus biguttulus Linnaeus, 1758, Chorthippus intermedius Bey-Bienko, 1926, Ch. fallax Zubovskyi, 1900, Ch. montanus Charpentier, 1825, Ch. albomarginatus De Geer, 1773, Bryodema tuberculatum Fabricius, 1775), Gampsocleis sedakovi Fischer von Waldheim, 1846, Montana montana Kollar, 1833 (Tettigoniidae) и Tetrix subulata Linnaeus, 1731 (Tetrigidae).

Для всех исследованных участков выявлена низкая насыщенность видами, что является характерной чертой сообществ прямокрылых Центральной Якутии. Общее число видов в природных биотопах (12) немного выше, чем на сельскохозяйственных угодьях (10 видов). Наименьшее число видов (2) отмечено на пастбищном пырейном лугу, а наиболее богатыми по видовому составу оказались разнотравно-злаковый луг на коренном берегу и сенокосный луг в пойме (по 7 видов). Наиболее заметную роль в составе группировок играют три вида: Ch. albomarginatus, A. sibiricus и O. haemorrhoidalis. Обычно они выступают в качестве доминантов или субдоминантов. На естественных лугах встречаемость этих видов достигала 80–100 %, а в агроценозах 40–60 %.

В целом на пастбищах выявлено 6 видов прямокрылых. На ксерофитных лугово-степных и степных пастбищных участках отмечено от 2 до 5 видов соответственно, а на мезофитных – 4 вида. По показателям разнообразия пастбищные участки распадаются на две группы: первая – во слабой, вторая – с сильной степенью дегрессии.

В первой группе показатели разнообразия имеют низкие значения (D_Mg = 0,21–0,29), практически группировка представлена одним видом-супердоминантом, а другие виды встречаются единично (D_s = 0,83–0,93, d = 0,91–0,97). Во второй группе разнообразие немного повышается (D_Mg = 0,78–0,94), а в роли доминантов могут выступать два и более вида (D_s = 0,37–0,64, d = 0,5–0,76). Увеличение разнообразия на участках второй группы объясняется тем, что по мере возрастания изреженности растительного покрова и уплотнения почвы на пастбище начинается миграция степных видов. Возрастает численность M. montana, B. tuberculatum и Ae. variegatus.

Сенокосы, по сравнению с пастбищами, менее подвержены антропогенному влиянию. Здесь отмечено от 3 до 6 видов прямокрылых. Структура их сообществ близка по показателям разнообразия ко второй группе пастбищных участков (D_Mg = 0,95, D_s = 0,47, d = 0,62). В качестве доминантов выступают Ch. albomarginatus и A. sibiricus. Но в отличие от пастбищ, на сенокосах встречаются луговые виды (Ch. fallax, M. frigidus).

Пашни широко распространены в Центральной Якутии. На посевах ярового овса обитает 7 видов прямокрылых. Разнообразие значительно выше (D_Mg = 1,35), а роль доминантов снижается (D_s = 0,29, d = 0,42). Возрастает количество среднеобильных видов (B. tuberculatum, G. sedakovi, M. montana).

Нами обследованы два залежных участка, различающихся по составу растительности и высоте травостоя. Первый участок представляет собой пырейное сообщество, второй покрыт невысокой сорной растительностью (липучка щетинистая – L. echinata, полынь якутская – С. jacutica, солерос травянистый – S. herbacea).

На первом участке обитало 4, а на втором – 6 видов, но видовой состав на нем в различные годы менялся. В основном это касалось видов с низким обилием. На смену отмеченным в 2005 году G. sedakovi и G. biguttulus, в 2006 году пришли M. frigidus и A. sibiricus. Показатели разнообразия на первом участке существенно ниже, чем на втором (D_Mg = 0,77 и D_Mg = 1,10 соответственно), так как в составе сообщества прямокрылых пырейной залежи имеется лишь один вид-доминант (Ch. albomarginatus) и один среднеобильный вид (A. sibiricus) (D_s = 0,63, d = 0,78). А на втором участке при наличии одного вида-доминанта доля среднеобильных видов возрастает до 50 % и соответственно снижаются показатели степени доминирования (D_s = 0,40, d = 0,59).

Для сравнения нами изучены несколько типов лугов, которые не подвергаются интенсивному антропогенному воздействию. Два участка расположены в пойме, два – на надпойменной террасе и один – на коренном берегу. Пойменные луга оказались бедными по видовому составу (3–4 вида), отличались более низкими показателями разнообразия (D_Mg = 0,56–0,86, D_s = 0,57–0,6, d = 0,74). Здесь встречались только три упомянутых выше основных вида. Кроме них на разнотравно-злаковом лугу отмечен T. subulata. Скорее всего обеднение видового состава объясняется тем, что эти луга ежегодно заливаются половодьем. На лугах надпойменных террас количество видов прямокрылых немного увеличивается (до пяти на каждом типе лугов). Но показатели разнообразия меняются значительно (D_Mg = 1,31, D_s = 0,28–0,39, d = 0,48–0,6). Несмотря на небольшое увеличение видового состава, происходит изменение внутренней структуры сообществ. Распределение видов по обилию становится более равномерным, соответственно возрастает разнообразие. Меняется их качественный состав: появляются такие виды, как Ch. intermedius, Eu. brachyptera и Ch. montanus. Наиболее богат видами (7) разнотравно-злаковый луг на опушке лиственничника. Показатели разнообразия здесь также оказались наиболее высокими (D_Mg = 2,04, D_s = 0,2, d = 0,37).

Таким образом, в сельскохозяйственных угодьях долины р. Лена распространено 14 видов прямокрылых из 10 родов 3 семейств. Характерной чертой этих сообществ Центральной Якутии является бедность видового состава (от 2 до 7 видов). Под антропогенным воздействием происходят перестройки в структуре сообществ, выражающиеся в возрастании роли доминантов и преобладании ксерофильных степных видов.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 280-281.

УДК 595.767.29

О. Н. Пожаров

Энтомолог, Полтава, Украина, gorg.com@mail.ru

FAUNA OF THE DARKLING BEETLES
(COLEOPTERA, TENEBRIONIDAE) OF THE SOUTH-EAST PART
OF POLTAVA PROVINCE (UKRAINE)

О. N. Pozharov

Entomologist, Poltava, Ukraine, gorg.com@mail.ru

Территория Полтавской области принадлежит к равнинным восточноевропейским ландшафтам. Ее представляет лесостепной ландшафт (широколиственно-лесной, собственно лесостепной, луго-степной), за исключением юго-восточной части, где имеются фрагменты северо-степных ландшафтов. Наибольшей трансформации подверглись типичные для региона лесостепные ландшафты. Нетипичной для Полтавской области является степная экосистема, которая локально представлена на крайнем юго-востоке рассматриваемого региона.

В июле 1995 года сотрудниками кафедр зоологии и ботаники Полтавского педуниверситета при участии специалистов лаборатории основ заповедного дела (г. Киев) проведена экспедиция по южным районам Полтавской области с исследованием также и островов Днепродзержинского водохранилища. В ходе экспедиции производился сбор энтомологического материала, дополнялись фаунистические данные. Некоторые сборы того периода и сейчас подвергаются анализу и уточнениям.

По ботаническим данным ксерофитные группировки растений – фрагменты настоящих степей, приуроченные к склонам южной экспозиции, характерны для юго-восточной и южной частей региона (Байрак и др., 1995, 1996). Псаммофитные степи, которые формируются на песчаных почвах, характерны для безлесых участков боровой террасы рек и островов Днепродзержинского водохранилища. Эти растительные сообщества составляют флористическую специфику южной части области.

Обширные энтомологические сборы, проводившиеся в степных ценозах, в том числе и на островах Днепродзержинского водохранилища, характеризуют энтомофауну этих районов в целом как лесостепную, типичную для остальной части Полтавской области. Несмотря на присутствие степных псаммофитных растительных сообществ характерной степной энтомофауны не выявлено. По всей видимости наличие и близость больших масс воды (водохранилище, реки) создают специфический режим влажности, более свойственный все же для лесостепи.

И только один район исследований уже при поверхностном обзоре выявил интересные особенности. Это участок псаммофитной степи с достаточно скудной растительностью в окрестностях с. Орлик (Кобелякский р-н), пограничный с Днепропетровской областью. В комплексном зоолого-ботаническом понимании этот участок можно считать истинно северной границей степной зоны. Здесь обнаружены три вида чернотелок: Anatolica gibbosa Stev., Tentyria nomas Pall., Pimelia subglobosa Pall. Причем численность P. subglobosa Pall. преобладала, не только по сравнению с двумя первыми видами, но и среди других наземных жесткокрылых. Все три вида свойственны степным ландшафтам юго-запада Европы и Казахстана, а T. nomas Pall. отмечен также в Предкавказье. Как видно из результатов энтомологического исследования территории юго-востока Полтавской области, степные фитоценозы распространены гораздо шире, чем степные виды Tenebrionidae.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 279.

УДК 595.768.12:57.064

Н. Г. Паутова

Тюменский государственный университет, Тюмень, Российская Федерация

VARIABILITY OF MORPHOLOGICAL ATTRIBUTES
OF THE COLORADO BEETLE(LEРTINOTARSA DECEMLINEATA)
IN THE WESTERN SIBERIA

N. G. Pautova

Tyumen State University, Tyumen, the Russian Federation, PNatan@rambler.ru

В Тюменской области и граничащих с ней областях Западной Сибири и Урала колорадский жук Leрtinotarsa decemlineata Say (Tower, 1906) по опасности и вредоносности во всех регионах занимает первое место. Среди насекомых, вредящих сельскохозяйственным культурам, колорадский жук – сравнительно новый для нашей страны и чрезвычайно опасный вредитель картофеля, поэтому интерес к изучению этого вида достаточно велик.

Колорадский картофельный жук известен миру уже давно, но до настоящего времени нет эффективных средств борьбы с ним из-за высокой адаптивности вида. Он быстро приспосабливается к новым условиям обитания. Высокая плодовитость, способность к далеким перелетам, зимовка глубоко в почве под снежным покровом, большая продолжительность имагинальной жизни и многообразие состояний физиологического покоя, защищающие жука при экстремальных условиях среды, и ряд других биологических особенностей способствуют расширению его ареала (Ушатинская, 1981).

Исследование проводилось на кафедре экологии и генетики биологического факультета Тюменского госуниверситета. Сбор колорадского жука проводился на территории Западной Сибири (Российская Федерация), а именно в Тюменской, Свердловской и Омской областях, в июне 2006 года. Всего собрано и изучено 2337 имаго. Собранных жуков доставляли в лабораторию, разбирали по фенам надкрылий (V, W, VW), учитывали половую принадлежность. Среди морфологических признаков учитывали следующие показатели: длина тела, длина переднеспинки, длина головы, ширина переднеспинки, ширина жука в средней части. Учет фенов надкрылий проводился по методике Тауэра. Статистическая обработка проводилась по стандартным методикам (Лакин, 1980).

Изменчивость морфологических признаков самцов и самок колорадского жука наблюдались у особей, обитающих в Тюменской, Омской и Свердловской областях Российской Федерации. Во всех трех областях преобладание жуков с феном V надкрылий по отношению к остальным достаточно велико (59–70 %). Частота встречаемости жуков с феном W надкрылий – 14–18 %, с феном VW – 6–18 %. Во всех районах исследования обнаружены достоверные различия между фенами V и W, V и VW при р > 0,001.

Изучая изменчивость морфологических признаков самок с феном V можно сказать, что по длине тела колебания изменчивости составляют 7,07 % в Тюменской области, 6,12 % в Омской области и 6,58 % в Свердловской области. Показатели изменчивости самок с феном W надкрылий в данных областях, составляют 7,07, 5,05 и 7,48 %, а с феном VW – 5,10, 13,68 и 4,90 % соответственно. По длине переднеспинки показатели изменчивости самок с феном V варьируют от 7,41 % в Тюменской и Омской до 7,98 % – в Свердловской области. Показатели изменчивости самок с феном W надкрылий составляют 7,14 % в Омской и Тюменской и 6,90 % – в Свердловской области. Значения показателя изменчивости самок с феном VW составляют 14,81 % в Тюменской, 11,11 % – в Омской и 7,14 % – в Свердловской области. По длине головы колебания изменчивости самок колорадского жука с феном V надкрылий составляют 8,00 % в Тюменской, 7,69 % – в Омской и 12,50 % – в Свердловской области. Показатели изменчивости самок с феном W надкрылий составляют 12,00, 7,69 и 12,50 %, а с феном VW 8,33 % – в Тюменской и Свердловской и 12,00 % – в Омской области. По такому признаку как ширина переднеспинки показатели изменчивости самок с феном V изменяются в пределах 6,38–6,25 %. Показатели изменчивости самок с феном W составляют 8,70–8,33 %, с феном VW – 8,89 % в Тюменской, 6,52 % – в Омской и 2,04 % – в Свердловской области. По ширине жука в средней части показатели изменчивости самок с феном V надкрылий составляют 7,91–5,97 %. Показатели изменчивости самок с феном W надкрылий составляют 7,81 % в Омской и Тюменской и 6,06 % – в Свердловской области. Значения показателя изменчивости самок с феном VW составляют 7,94 % в Тюменской, 6,45 % – в Омской и 7,46 % – в Свердловской области.

Частота встречаемости самок выше, чем самцов (♀ = 51 %, ♂ = 49 %).

Изучая изменчивость морфологических признаков самцов с феном V надкрылий можно сказать, что по длине тела изменчивость составляет 10,64 % в Тюменской, 5,43 % – в Омской и 4,25 % – в Свердловской области. Показатели изменчивости самцов с феном W надкрылий составляют 7,29, 5,43 и 6,67 %, с феном VW – 6,19, 5,43 и 4,04 %. По длине переднеспинки показатели изменчивости самцов в Тюменской области с разными фенами надкрылий составляют 11,11 %. В Свердловской области показатели изменчивости самцов с фенами V и VW составляют 7,14 %. По длине головы изменчивость – 8,00–12,50 % в пределах выборки. По ширине переднеспинки показатели изменчивости самцов с феном V надкрылий составляют 6,25–9,09 %. Показатели изменчивости самцов с феном W надкрылий составляют от 9,09 % в Тюменской, 4,08 % – в Свердловской и 4,55 % – в Омской области. Показатели изменчивости самцов колорадского жука с феном VW – в пределах 8,11–11,36 %. По ширине жука в средней части показатели изменчивости в изучаемых областях варьируют от 4,92 до 10,77 %.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 277-278.