УДК 595.768.2

Н. В. Мунтяну

Институт зоологии АН Республики Молдова, г. Кишинев, Молдова

Ключевые слова: Rhynchitidae, Attelabidae, Молдова

SOME FAUNISTIC
AND ECOLOGICAL FEATURES OF LEAF-ROLLING WEEVERS
(COLEOPTERA: RHYNCHITIDAE, ATTELABIDAE)
OF REPUBLIC OF MOLDOVA

N. V. Muntianu

Institute of Zoology of AS of Republic of Moldova, Kishinev, Moldova

Key words: Rhynchitidae, Attelabidae, Moldova

Жуки семейств Rhynchitidae и Attelabidae являются важным компонентом энтомофауны экосистем: они многочисленны, заселяют самые разнообразные биотопы и играют существенную роль в биоценозах.

Разнообразное значение жуков–трубковертов в природных процессах и хозяйственной деятельности человека, а также недостаточность изучения видового разнообразия и их роли на территории Республики Молдова обусловили выбор этой группы жесткокрылых в качестве объекта изучения. Вместе с этим жуки–трубковерты в Молдове мало изучены, отсутствуют данные касающиеся биологии, экологии и их роли как компонента биоразнообразия. Первые фаунистические сведения об этих жуках исследуемого региона приведены в списке бессарабских энтомологов (Миллер, Зубовский, 1906, 1917), который позже был дополнен (Медведев, Шапиро, 1957) и значительно расширен (Пойрас, 1989, 1998, 2001).

Материалом для настоящей работы послужили сборы, проведенные в 2002–2004 гг., а также музейные коллекции Института зоологии АНМ и Национального краеведческого музея. При сборе материала были использованы общепринятые в энтомологии методы, включая кошение сачком и сбор эксгаустером.

B результате проведенных исследований установлено, что жуки семейства Rhynchitidae в Молдове представлены 22 видами из родов Chonostropheus (1 вид), Deporaus (1), Lasiorhynchites (1), Coccygorhynchites (1), Nelasiorhynchites (1), Temnocerus (1), Neocoenorrhinus (1), Neocoenorhinidius (2), Schoenitemnus (1), Tatianaerhynchites (1), Pseudomechoris (1), Mechoris (1), Rhynchites (1), Epirhynchites (2), Teretriorhynchites (2), Involvulus (1), Byctiscus (2), а семейство Attelabidae – родами Attelabus (1) и Apoderus (1).

Дендрофильный комплекс трубковертов исследуемого региона состоит из 23 видов. Лишь Rhynchites aethiops Bach трофически связан с травянистым растением – солнцецветом (Helianthemum nummularium (L.) Mill.). К настоящему времени установлены трофические связи ринхитид и трубковертов с 10 семействами кормовых растений. Самая богатая фауна отмечена на Rosaceae (16 видов), Fagaceae (12), Betulaceae (6). Трофический спектр жуков–трубковертов региона представлен двумя группами – полифагами (6 видов – широкие, 2 – узкие) и олигофагами (9 видов – широкие, 6 – узкие); монофаги отсутствуют. В зависимости от трофических предпочтений личинок по отношению к органам растений можно выделить четыре группы: филлофаги (10 видов), ксилофаги, карпофаги (6) и антофаги (2).

Некоторые виды трубковертов при благоприятных условиях размножаются в массе и могут наносить существенный вред. К таковым в Молдове относятся краснокрылый боярышниковый слоник (Coenorhinus aequatus L.), казарка (Rhynchites bacchus L.), вишневый слоник (Rh. auratus Scop.), и букарка (C. pauxillus Germ.).

Зоогеографический анализ фауны жуков–трубковертов Республики Молдова проведен исходя из положений зоогеографического подразделения Палеарктики, предложенных А. П. Семеновым-Тянь-Шанским (1936), учитывая также дополнения внесенные И. К. Лопатиным (1980). В региональной фауне трубковертов выделены 5 зоогеографических групп: панпалеарктические (13 видов), транспалеарктические и европейские (4), европейско-средиземноморские (2) и западно-палеарктические (1). Ядро фауны жуков–трубковертов Республики Молдова сформировано в основном из видов с панпалеарктическим, транспалеарктическим и европейским ареалами распространения.

Согласно имеющимся данным в мировой фауне к настоящему времени известно около 1752 видов трубковертов (Zuppa, Osella, Biondi, 1994), в Болгарии – 29 (Ангелов, 1980), в Украине – 32 (Лаврух, 1974), а в фауне Республики Молдова – 25 видов (Poiras, 1998). Для сравнения видового разнообразия трубковертов Республики Молдова и выявления оригинальности и сходства с другими регионами, такими как Украина, Болгария, Венгрия, Новосибирск и Западная Сибирь, был использован индекс сходства (Soerensen). Фауна трубковертов Новосибирска и Западной Сибири по видовому составу резко отличается от фауны Молдовы. Наибольший процент сходства фаун Украины, Болгарии и Венгрии с фауной Республики Молдова (для этих регионов характерны виды со средиземноморским ареалом). Расположение Республики Молдова в зоне интерференции нескольких геоботанических областей в определенной степени повлияло на формирование богатой и разнообразной региональной фауны.

Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – С. 285-287.

УДК 595.764.1:574.2

А. В. Матюхин, А. А. Матюхин, Б. Н. Пошанов

Институт паразитологии РАН, Россия
Институт проблем экологии и эволюции им. А. Н. Северцова РАН, г. Москва, Россия

Ключевые слова: Synapsis tmolus, учет, активность, численность

Biology and behavior of dung beetle (SYNAPSIS TMOLUS)
in south kazakhstan

А. V. Мat’ukhin, А. А. Мat’ukhin, B. N. Poshanov

Institute of Parasitology of RAS, Russia
Severtsov Institute of Ecology and Evolution of RAS, Moscow, Russia

Key words: Synapsis tmolus, inventory, activity, number

Биология и поведение самого крупного навозника Палеарктики – гигантского навозника (Synapsis tmolus Sols.) изучены не достаточно. Исследования проводили в Южном Казахстане (Чимкентская обл., Сары-Агачский р-н, ферма Бешкудук, хозяйство Пошановых) в 1989–1990 гг. согласно разработанной нами методике индивидуального мечения жуков с использованием портативной бормашинки (Матюхин, 1998). На территории плошадью 1 км² проводили отлов и регистрацию меченых жуков.

Основная масса жуков отловлена в первую половину ночи на свет электрической лампы, остальных собирали при визуальных учетах. Отловленных насекомых метили и выпускали на подготовленную площадку, где заранее выкладывали достаточное количество коровьего навоза.

Гигантский навозник (Synapsis tmolus) – типичный сумеречный или ночной вид, активность которого приходится на первую половину ночи. Максимальная активность отмечена в теплые ночи. Светлое время суток жуки, как правило, проводят в норах. Через один–два часа после наступления темноты в теплые дни в конце марта начинается активный лет. Подлетающие на электрический свет жуки ударяются о светлые стены дома, падают, подолгу лежат на спине и не могут перевернуться. В большом количестве они скапливаются у сырых мест дома, копают норы в стенах, тем самым сильно подрывая фундамент строений.

Жуки отмечены кормящимися, как правило, на свежем навозе, а также на фекалиях человека. Жук – типичный норный вид. После превращения куколки в имаго и весеннего вылета на поверхность, а также после весеннего вылета перезимовавшего имаго жизнедеятельность жука сосредотачивается возле достаточно обильной порции навоза, который, как правило, находится возле жилья или стоянок чабанов.

После формирования крупных шаров в глубоких норах в земле вся жизнедеятельность жуков сосредоточена возле этой норы. Появление на поверхности связано, как правило, с пополнением запасов навоза. Поскольку все повторные встречи меченых жуков, а также их трупы регистрируются на месте выпуска, можно предположить, что, несмотря на хорошие летные качества, жуки обитают на небольшой территории. Единственная повторная встреча перезимовавшего имаго отмечена здесь же, на территории кошары, в 300 м от прошлогоднего места регистрации.

Исследования начаты 9 марта 1989 года, до появления активных имаго. Первые активные особи отмечены 26 марта. Дневная температура воздуха с 25 по 29 марта возрасла с +15 до +27°С. Именно в это время отмечен пик вылета имаго на поверхность. Так, 29 марта отловлено 62 особи, а 30 марта – 67 особей. Похолодание 31 марта привело к снижению активности жуков. Очередное потепление 5–7 апреля опять привело к незначительному подъему численности жуков – отловлено 13 особей. В дальнейшем при стабилизации дневных температур количество отловленных жуков колебалось от 1 до 17. Последний пик численности отмечен 7 мая (отловлено 17 особей).

В 1989 г. отловлено и помечено 290 особей. 39 особей отмечены повторно (13,5 %), из них 17 были найдены мертвыми. Временной интервал от момента мечения до регистрации трупа колеблется от 1 до 46 дней. Какие-либо повреждения на найденных трупах отсутствуют в 15 случаях из 17 и только две особи были с повреждениями. Из остальных 22 жуков, отмеченных повторно, 16 особей зарегистрированы на том же месте и лишь 6 особей через
1–4 дня отловлены повторно в 200 м от места выпуска. Время от мечения до повторной регистрации колеблется от 0 до 24 дней.

Высаживая на навозные кучи большое количество жуков, мы моделировали переуплотнение популяции в случае большой численности и недостатка навоза. Тем не менее, поведение жуков на навозных кучах было совершенно различным. Часть особей сразу принималась катать шары и утаскивала их подальше от основной кучи, другая часть жуков зарывала шары недалеко от кучи, третьи зарывались прямо под кучей. В одной из разрытых нор нами отмечен шар диаметром 60 мм. Две особи (видимо, самец и самка) находились в непосредственной близости от шара.

Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – C. 284-285.

УДК 595.768.12:575.21

О. Ю. Круглова

Белорусский государственный университет, г. Минск, Беларусь,
E-mail: OksanaKruglova@mail.ru

Ключевые слова: биоразнообразие, фенетическая изменчивость, аберрация, жуки–листоеды

SOME ASPECTS OF THE ELYTRON PATTERN VARIABILITY
OF CHRYSOMELA LAPPONICA (COLEOPTERA: CHRYSOMELIDAE)

O. Yu. Kruglova

Belarussian State University, Minsk, Belarus, E-mail: OksanaKruglova@mail.ru

Key words: biological diversity, phenetic variability, aberration, leaf–beetles

Изучение структуры популяций, ее динамики в связи с воздействием комплекса биотических и абиотических факторов и антропогенной нагрузки, является одной из важных и актуальных проблем современной популяционной биологии. Фенетические исследования популяций, включающие анализ изменчивости количественных и качественных признаков, основаны на изучении полиморфизма и непрерывной изменчивости, рассматриваемых как проявление биологического разнообразия на популяционном уровне. Анализ динамики фенетической структуры популяций позволяет судить об их состоянии в условиях антропогенного воздействия, о ходе и механизме микроэволюционных процессов.

В связи с этим нами была предпринята попытка изучения спектра изменчивости рисунка и фенетической структуры некоторых популяций лапландского листоеда Chrysomela lapponica Linnaeus, 1758, являющегося широко распространенным палеарктическим видом, питающимся на ивах, тополе и березе.

Для анализа диапазона изменчивости был использован материал коллекции Зоологического института РАН (г. Санкт-Петербург), собственные сборы на территории Республики Беларусь, а также материал, любезно предоставленный Е. Зверевой (Университет г. Турку, Финляндия) и Ю. Михайловым (г. Екатеринбург, Россия). Всего проанализировано 5334 экземпляра лапландского листоеда.

В процессе эволюции рисунка жуков–листоедов дискретная изменчивость возникает на основе непрерывной. Оба эти вида изменчивости имеют существенное адаптивное значение, насыщая популяцию генетическим материалом, что позволяет ей быстро менять свою структуру и успешно приспосабливаться к новым условиям (Новоженов, 1980).

Типичный рисунок элитр Ch. lapponica характеризуется сочетанием плечевого пятна, поперечной срединной и изогнутой нижней перевязей, соединенных с шовной полоской, металлического сине-зеленого цвета на красно-рыжем фоне. Проанализированный обширный материал демонстрирует весьма широкий диапазон изменчивости вида: нами выделено около 560 аберраций рисунка надкрылий. Под аберрацией мы понимаем композиции фенов или вариации рисунка. Изменчивость рисунка идет либо в направлении разрушения его элементов, истончения пигмента вплоть до полного исчезновения отдельных элементов и даже всего рисунка (такие формы похожи на Ch. saliceti Weise, 1893), либо в направлении разрастания пятен и перевязей, возникновения между ними перемычек и последующего их слияния в различных сочетаниях, что приводит к постепенному вытеснению фоновой окраски до отдельных рыжих пятен и, наконец, к полному ее исчезновению.

В большинстве исследованных выборок из разных точек ареала преобладали типичная форма рисунка или близкие к ней аберрации. Значительное число аберраций, связанных с редукцией элементов рисунка, выделено при анализе выборок из Монголии, Кавказа, г. Иркутска и Иркутской обл., Кемеровской обл., Камчатки (Россия). В некоторых из них такие «светлые» морфы преобладали.

Смещение спектра изменчивости в сторону усиления рисунка отмечено для выборок из северных популяций (из Финляндии, г. Мурманска и Мурманской обл. – Россия), а также из Сибири (г. Иркутска, Воркуты, Кемеровской обл.). В выборке из Восточных Саян доминирующей была аберрация bulgharensis, характеризующаяся полным вытеснением фоновой окраски и металлическим сине-зеленым цветом надкрылий. Преобладание форм с более темным рисунком в популяциях из районов с влажным и прохладным климатом объясняется тем, что такая окраска позволяет жукам быстрее аккумулировать тепло и активизироваться после зимовки для дополнительного питания перед размножением. У жуков из высокогорных популяций усиление пигментации надкрылий также препятствует воздействию ультрафиолетового излучения. При анализе выборки горного подвида Ch. lapponica montana из Киргизии отмечены оригинальные аберрации, не характерные для жуков из других районов ареала вида. Это может служить примером автономного эволюционного развития изолированной популяции, приобретающей со временем признаки, отличные от материнского вида (Чикатунов, Крюков, 1978). Нами выделены аберрации, связанные как с редукцией рисунка, так и со значительным слиянием его элементов. Следует отметить, что у жуков подвида montana рисунок не металлически сине-зеленый, а обеспечивается черным пигментом. Подобный факт установлен и при анализе выборок из окрестностей г. Воркута (Россия), в которых присутствовали жуки и с металлическим и с черным матовым рисунком (в частности, и ab. bulgharensis).
Известно, что при определенных допороговых размерах элементы рисунка имеют бурую или черную окраску, и лишь при дальнейшем их увеличении появляется металлический блеск (Михайлов, 1999).

Анализ массового материала из разных точек распространения Ch. lapponica в Беларуси показал, что для белорусских популяций характерна только (за очень редким исключением) ab. bulgharensis. По данным А. Вархаловского, в Центральной Европе в отдельных популяциях эта аберрация может доминировать, в Польше же она преобладает в северных районах (Warchalovski, 1994). Кроме того, лапландский листоед в условиях Беларуси питается лишь на козьей иве (в некоторых местах – на серой). Известно, что в Европе существует две аллопатрические популяции этого листоеда: в Чехии жуки используют в пищу исключительно листья березы, в Финляндии и на севере европейской части России (Мурманская обл.) – листья ивы мирзинолистной. Возможно, дальнейшие исследования позволят доказать существование подобной аллопатрической популяции и в Беларуси.

В результате сравнительного анализа половых групп в исследуемых популяциях выявлены достоверные отличия в наборе и частоте аберраций между самцами и самками (в некоторых случаях значительные). Различия связаны в основном с редко встречающимися морфами и, вероятно, могут быть объяснены большей «консервативностью» самок, имеющих более стабильные, закрепленные отбором формы рисунка. В то же время у самцов прежние типы быстрее заменяются новыми и исчезают (Новоженов,1997).

Анализ структуры популяций из разных точек ареала Ch. lapponica показал, что большим сходством по набору и частоте морф обладают популяции, географически менее удаленные друг от друга, либо обитающие в сходных климатических условиях, поскольку наблюдаемая в природных популяциях изменчивость отражает не только генетическую структуру, но и погодно-климатические условия обитания. Наиболее сходными оказались пары популяций: «Мончегорск (Мурманская обл.)» – «Мурманск» (r♂ = 0,444, r♀ = 0,670), «Монголия» – «Камчатка» (r♂ = 0,600, r♀ = 0,606), «Иркутская обл.» – «Камчатка» (r♂ = 0,719, r♀ = 0,463), «Гуджиры (Кавказ)» – «Камчатка» (r♂ = 0,558, r♀ = 0,545), где r – критерий сходства популяций по набору и частоте встречаемости аберраций (Животовский, 1979).

Практически во всех исследованных выборках отмечен факт флуктуирующей асимметрии рисунка на правых и левых элитрах. Доля особей с асимметричным рисунком в наиболее крупных выборках колеблется от 0 до 36,4 % (окрестности комбината «Североникель», г. Мончегорск), от 0–4 до 34,6 % (Кемеровская обл., к юго-востоку от Тывы). Поскольку наличие флуктуирующей асимметрии является важным критерием оценки стабильности развития в природных популяциях (Захаров, 1982), присутствие такого достаточно высокого числа жуков с нарушением симметрии рисунка может свидетельствовать о значительном антропогенном прессе на данные популяции.

Таким образом, использованный в данной работе фенетический подход к изучению структуры популяций полиморфного вида Ch. lapponica, позволяет в комплексе с изучением других показателей проводить мониторинг популяций этого вида в биоценозах, в различной степени подвергающихся антропогенному воздействию. Выделенные фенокомплексы могут быть использованы для определения границ между географическими популяциями вида.

Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – С. 281-284.

УДК 595.799:574.472 (477.8)

І. Б. Коновалова

Державний природознавчий музей НАН України, м. Львів, Україна,
E-mail: iren@museum.lviv.net

Ключові слова: джмелі, угруповання, природні екосистеми

STRUCTURE OF BUMBLEBEE COMMUNITIES
(HYMENOPTERA: APIDAE) IN NATURAL AND ANTHROPOGENIC ECOSYSTEMS OF PLAIN AREAS IN THE WEST OF UKRAINE

I. B. Konovalova

State Museum of Natural History NASU, Lviv, Ukraine, E-mail: iren@museum.lviv.net

Key words: bumblebee, community, natural ecosystemы, Ukraine

У результаті досліджень рівнинних і передгірських територій західного регіону України протягом 2000–2005 рр. виявлено 27 видів джмелів: B. terrestris (Linnaeus, 1758), B. lucorum (Linnaeus, 1761), B. pratorum (Linnaeus, 1761), B. hypnorum (Linnaeus, 1758), B. jonellus (Kirby, 1802), B. pascuorum (Scopoli, 1763), B. sylvarum (Linnaeus, 1761), B. humilis Illiger, 1806, B. muscorum (Linnaeus, 1758), B. ruderarius (Müller, 1776), B. lapidarius (Linnaeus, 1758), B. semenoviellus Skorikov, 1910, B. distinguendus Morawitz, 1869, B. subterraneus (Linnaeus, 1758), B. bohemicus Seidl, 1837, B. vestalis (Fourcroy, 1785), B. campestris (Panzer, 1801), B. barbutellus (Kirby, 1802), B. sylvestris Lepeletier, 1832, B. norvegicus Sparre-Schneider, 1918, B. rupestris (Fabricius, 1793), B. pomorum (Panzer, 1805), B. hortorum (Linnaeus, 1761), B. ruderatus (Fabricius, 1775), B. laesus (Morawitz, 1875), B. confusus Schenck, 1859, B. soroeensis (Fabricius, 1776) (останній вид вперше був зареєстрований на рівнині у травні 2005 р. у лучному біоценозі фізико-географічного району Розточчя).

Особливості розподілу окремих видів джмелів по території у межах ареалу обумовлені багатьма факторами, у першу чергу біономічними характеристиками виду. Гніздування та фуражування десяти із наведених вище видів у тій чи іншій мірі пов’язані з лісовими біотопами (з них B. pratorum, B. jonellus і B. hypnorum – облігатно-лісові види). Ще 15 видів трапляються на мезофітних і ксерофітних луках, 7 із них мають локальне поширення (B. humilis, B. muscorum, B semenoviellus, B. pomorum, B. ruderatus, B. laesus, B. confusus). Деякі види не виявляють чіткої приуроченості до лісових чи відкритих ділянок (B. lucorum, B. pascuorum, B. sylvarum). Однак, помітна тенденція до збільшення чисельності цих видів на екотонних ділянках. На рівнинній території Західної України ми виділяємо наступні типи угруповань джмелів: 1) лісовий; 2) гігрофітних лук; 3) ксерофітних лук; 4) узлісь; 5) антропогенних біоценозів.

Лісові угруповання джмелів переважно мають найбільш сталий фауністичний склад – 4–6 видів.

На гігрофітних і ксерофітних луках видовий склад угруповань в значній мірі залежить від ряду абіотичних факторів і від гетерогенності фуражної флори, і в найсприятливіші періоди сезону становить 10–15 видів. У цих біоценозах спостерігається значна чисельність деяких видів джмелів–зозуль (до 30 % від загальної чисельності особин джмелів в угрупованні).

Угруповання джмелів узлісь характеризуються найбагатшим видовим складом. У середині вегетаційного сезону вони нараховують 15 і більше видів (включно з інквілінами підроду Psithyrus). У цей час тут фуражує більшість лісових видів і деякі види відкритих просторів.

Найбідніший видовий склад відмічений в угрупованнях джмелів антропогенних біоценозів: сільськогосподарські угіддя, урбоценози. Видовий склад джмелів цих угруповань становить від двох до п’яти видів.

У більшості досліджених рівнинних угруповань домінують один–два види з наступних чотирьох: B. terrestris, B. lucorum, B. pascuorum, B. lapidarius.

Джмелі як політрофні антофільні комахи – невід’ємна складова частина будь-якого біоценозу, де протягом цілого вегетаційного сезону медоносна флора наявна в достатній кількості для забезпечення успішного циклу розвитку колоній цих комах. Функціональна структура угруповань джмелів, яка визначається наявністю різних екоморфологічних груп цих бджіл за довжиною хоботка, впливає на підтримання стабільності популяцій окремих видів рослин (завдяки перехресному запиленню) і збереження гетерогенності медоносної флори в цілому. Цей зв’язок, безперечно, є зворотним, тому різноманітність фуражної флори та послідовність фаз цвітіння визначають структуру угруповань джмелів певних біоценозів.

Найширший спектр екоморфологічних груп джмелів (визначених за довжиною хоботка) на рівнині західного регіону України спостерігається в угрупованнях узлісь і великих лук. Гетерогенність фуражної флори у таких біоценозах сприяє спільному існуванню високоспеціалізованих довгохоботкових видів B. hortorum і B. ruderatus, а також B. distinguendus, B. subterraneus і B. ruderarius (з відносно довгими хоботками, порівняно з іншими видами середньохоботкової групи) з багатьма видами середньо- і короткохоботкових джмелів, серед яких трапляються рідкісні B. humilis, B. pomorum і B. confusus. Різні морфоекологічні групи джмелів, а часто і окремі види цих угруповань досить виразно розподілені за трофічними нішами, що змінюють свою величину та ступінь перекривання протягом сезону.

Низька різноманітність фуражної флори та її недостатня кількість у антропогенних біоценозах, як і відсутність придатних місць для гніздування, – причини збіднення та спрощення структури угруповань джмелів. Такі угруповання складаються лише з декількох коротко- і середньохоботкових видів, один із яких, зазвичай, B. lucorum – спеціалізований голарктичний вид.

У лісах низьке різноманіття видового складу зумовлене природними факторами, які визначають формування флористичного комплексу. У лісових угрупованнях рівнини частіше домінують короткохоботкові B. terrestris, B. pratorum, субдомінують B. hypnorum, B. pascuorum.

Загалом, з’ясування особливостей функціональної структури угруповань джмелів різних типів потребує подальших досліджень, оскільки фенологічні ритми розвитку фуражної рослинності та колоній джмелів змінні та взаємопов’язані лише до певної міри.

Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – С. 280-281.

УДК 595.7:631.674(477.75)

А. Г. Котенко

Институт зоологии им. И. И. Шмальгаузена НАНУ, г. Киев, Украина,
E-mail: kotenko-y@yandex.ru

Ключевые слова: энтомокомплексы, насекомые, ирригация, Присивашье, Крым

IMPACT OF IRRIGATION ON ENTOMOCOMPLEXES
IN THE DZANKOY PRISIVASHYE (CRIMEA)

A. G. Kotenko

Schmalhausen Institute of Zoology of the NASU, Kyiv, Ukraine, E-mail: kotenko-y@yandex.ru

Key words: entomocomplexes, insects, irrigation, Prisivashye, Crimea

Фауна насекомых Джанкойского района по сравнению с другими частями Крыма изучена явно недостаточно, что связано в первую очередь с относительной труднодоступностью многих участков Присивашья. Специальных публикаций по энтомофауне района не было. В основу данного сообщения положен материал, собранный автором в Джанкойском районе Крыма во время экспедиционных выездов в летний период 2003 и 2004 гг. Учтены также сведения о «краснокнижных» видах в Крымском Присивашье, имеющиеся в литературе.

Из естественных энтомокомплексов в Джанкойском районе представлены следующие.

Степной. Основу его составляют виды, консортивно связанные со степной растительностью. Характеризуется высоким видовым разнообразием. Широко представлены перепончатокрылые (Hymenoptera), чешуекрылые (Lepidoptera) и ксерофильные жуки (Coleoptera). Включает большинство известных для данной территории охраняемых и редких видов насекомых.

Луговой. Представлен преимущественно насекомыми галофитных лугов. По численности доминируют двукрылые (Diptera). Видовой состав перепончатокрылых значительно беднее, чем в степном комплексе, но встречаются редкие и в научном плане интересные виды. Охраняемых видов сравнительно немного.

Болотный. Основу составляют насекомые, трофически связанные с околоводной и водной растительностью, а также их хищники и паразиты. Количественно преобладают двукрылые. Наиболее разнообразна консорция тростника. В нее входят представители от 7 до 10 отрядов насекомых. Охраняемых видов немного.

Солончаковый. По видовому составу значительно уступает всем рассмотренным выше комплексам. Его основу составляют насекомые бедных консорций галофильных растений. По численности доминируют двукрылые и жуки. Охраняемые виды насекомых встречаются редко, однако в этом комплексе выявлены очень редкие виды наездников – браконид (Hymenoptera: Braconidae).

Энтомокомплекс естественных водоемов. Включает представителей 7 отрядов, но по видовому составу уступает наземным комплексам. Из охраняемых видов в него входят лишь стрекозы (Odonata).

Группа антропогенных энтомокомплексов также довольно разнообразна.

Энтомокомплексы полевых и огородных агроценозов. Представляют собой наборы из отдельных видов степного и лугового комплексов с большой примесью убиквистов, многоядных и специализированных вредителей соответствующей культуры, а также их энтомофагов. Охраняемые и редкие насекомые встречаются редко (залетные виды).

Энтомокомплексы лесополос, парков, садов и виноградников. Их следует рассматривать как обедненные лесные и кустарниковые комплексы, находящиеся в фазе формирования. В них обычны эврибионтные виды, а также насекомые, использующие насаждения в качестве временных укрытий от дневного зноя и непогоды. Широко представлены многоядные и специализированные вредители (дендро- и тамнобионты). Охраняемых и редких видов сравнительно немного.

Энтомокомплексы рисовых чеков и искусственных водоемов. Их формируют виды насекомых из водного и болотного комплексов. При благоприятных условиях в искусственном водоеме через какое-то время может сформироваться энтомокомплекс, по составу приближающийся к естественному.

Рудеральный. Представлен на пустошах, свалках, территориях вокруг заброшенных ферм и других строений. Основу составляют насекомые из консорций сорных растений.
Рудеральная растительность привлекает насекомых из смежных ценозов. Здесь находят убежище от солнца и непогоды как вредители, так и энтомофаги. На цветах сорняков нередко можно встретить бабочек и перепончатокрылых, включенных в Красную книгу Украины.

Синантропный. Сформирован видами насекомых, обитающих рядом с человеком. В регионе в него входят представители 8–11 отрядов. Охраняемых видов, характерных для этого комплекса, нет, однако, по нашим наблюдениям, сколия–гигант (Scolia maculata Drury, 1773) и пчелы–плотники (Xylocopa) чаще встречаются в небольших населенных пунктах либо возле них, что объясняется особенностями их экологии.

Из насекомых, включенных в Красную книгу Украины (1994), для Джанкойского района к настоящему времени известно 25 видов из 6 отрядов. Еще не менее 15 видов здесь явно обитают, но пока не найдены. В данном районе также встречаются насекомые, которые в Украине пока сравнительно обычны, но очень редки в Западной Европе и потому включены в Европейский красный список. К ним относятся бабочки червонец непарный Lycaena dispar Haworth, 1803, сатурния грушевая Saturnia pyri (Denis et Schiffermuller, 1775), бражник облепиховый Hyles hyppophaes (Esper, 1793) и некоторые другие. Рассмотрим влияние ирригации на энтомофауну, энтомокомплексы и отдельные виды насекомых.

На орошаемых участках имело место быстрое вытеснение ксерофильных насекомых мезо- и гигрофильными. При общем увеличении численности насекомых изменилось соотношение групп ранга отряда. Возросло видовое разнообразие и общая численность двукрылых. Становится заметным резкое увеличение численности и изменение видового состава равнокрылых хоботных (Homoptera) и клопов (Hemiptera). Изменяется соотношение групп ранга семейства среди жуков. При этом резко возрастает численность и видовое разнообразие жуков–стафилинов (Staphylinidae) и жужелиц (Carabidae). Как показали проведенные в степном Крыму исследования В. Н. Стовбчатого (1984), на поливных землях значительно повышается численность и изменяется видовой состав жуков–щелкунов (Elateridae). Напротив, численность и видовой состав чернотелок (Tenebrionidae), кожеедов (Dermestidae), долгоносиков (Curculionidae) и хрущей (Scarabaeidae) на орошаемых площадях уменьшается. По нашим данным, перепончатокрылые также очень чувствительны к изменению гидрорежима. Резко изменяется видовой состав и численность как сидячебрюхих (Symphyta), так и стебельчатобрюхих (Apocrita). Видовой состав пчел становится заметно беднее, среди наездников появляется больше паразитов двукрылых (Braconidae: Alysiinae, Opiinae, Diapriidae). Среди чешуекрылых в доминанты выходят совки (Noctuidae).

После ввода в строй оросительной системы в регионе резко увеличились площади, занимаемые антропогенными энтомокомплексами. Из естественных энтомокомплексов более всего пострадал наиболее ценный в природоохранном отношении степной комплекс. Многие насекомые степных сообществ были вытеснены на небольшие по площади участки с более или менее сохранившейся степной растительностью (на неудобья, старые отвалы карьеров, откосы дамб, за колючую проволоку военных и других охраняемых объектов). Значительное уменьшение площадей целинных земель неизбежно привело к возрастанию пастбищной нагрузки на оставшуюся территорию. Из более чем 40 обследованных в 2004 г. участков лишь один произвел впечатление неперевыпасенного.

В зоне орошаемого земледелия возросла численность некоторых вредных видов насекомых: жуков–щелкунов (Elateridae), подгрызающих совок (Noctuidae), прямокрылых (Orthoptera), тлей (Homoptera), клопов (Hemiptera). Довольно густая сеть лесополос значительно улучшила условия зимовки клопа – вредной черепашки Eurygaster integriceps Puton, 1881. Возникли устойчивые очаги размножения ряда дендрофильных вредителей: непарного шелкопряда Lymantria dispar (Linnaeus, 1758), златогузки Euproctis chrysorrhoea (Linnaeus, 1758), желтогузки Eu. similis (Fuessly, 1775), американской белой бабочки Hyphantria cunea (Drury, 1773), некоторых пядениц Geometridae и листоверток Tortricidae.

Известные для Джанкойского района охраняемые виды насекомых по влиянию на них гидромелиоративных работ можно разделить на 3 группы.

1. Не выдерживающие изменения естественных условий обитания. Сюда относятся многие виды, входящие в степной энтомокомплекс: богомол ирис пятнистокрылый Iris polystictica (Fischer–Waldheim, 1833), жужелица венгерская Carabus hungaricus Fabricius, 1792, аскалаф пестрый Libelloides macaronius (Scopoli, 1763), бабочки пестрянка веселая Zygaena laeta (Hübner, 1790), зегрис эвфема Zegris eupheme (Esper, 1805) и аврора белая Euchloe ausonia volgensis (Krulikovsky, 1897), многие перепончатокрылые.

2. Нейтральные. Это виды, численность которых определяется не характером ландшафта, а иными причинами: сколия–гигант Scolia maculata Drury, 1773, махаон Papilio machaon (Linnaeus, 1758), подалирий Iphiclides podalirius (Linnaeus, 1758).

3. Положительно отреагировавшие на последствия изменения ландшафта. Это отдельные виды, на численности которых положительно сказалось появление развитой системы полезащитных лесополос: красотел пахучий Calosoma sycophanta (Linnaeus, 1758), ксилокопы Xylocopa.

За помощь в работе выражаю искреннюю признательность Т. И. Котенко.

Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – С. 277-280.

УДК 595.789 (477.83)

Ю. В. Канарський

Інститут екології Карпат НАН України, м. Львів, Україна, E-mail: mykola@mail.lviv.ua

Ключові слова: денні метелики, антропогенна трансформація, фрагментація біотопів, рефугіум

FORMING OF THE BUTTERFLY (LEPIDOPTERA: DIURNA)
SPECIES DIVERSITY IN ECOSYSTEMS WITHIN INTENSIVE
MAN-MANAGED AREA (L’VIV REGION)

Y. V. Kanarsky

Institute of Ecology of the Carpathians, Lviv, Ukraine, E-mail: mykola@mail.lviv.ua

Key words: butterflies, anthropogenous transformation, habitat fragmentation, refuge

Денні, або булавовусі лускокрилі, будучи відносно нечисленною в таксономічному плані групою комах (менше 1 % загальної видової різноманітності ентомофауни в умовах Середньої Європи) і маючи досить незначну функціональну роль у екосистемах, все ж таки залишаються одним із найзручніших індикаторних об’єктів під час досліджень стану природних екосистем в аспекті здатності до підтримання властивого їм біорізноманіття. Цьому сприяють як суто габітуальні ознаки (відносно великі й помітні в природі комахи), так і традиційно високий рівень фауністичної опрацьованості, екологічна гетерогенність і те, що збереження видової різноманітності денних лускокрилих в межах конкретного біотопу опосередковано забезпечує збереження різноманітності приблизно 40 % загального видового обсягу населення комах, яке властиве даному біотопу (Kudrna, 1985).

В даному контексті ми спробували провести оцінку просторового розподілу фауни денних лускокрилих у екосистемах інтенсивно господарсько освоєної території Львівської області. Критерієм такої оцінки слугувала наявність популяцій стенотопних, локально поширених і таких, що перебувають під загрозою різного ступеня, видів. Загалом сюди зарахували 64 види: Carcharodus alceae (Esper, 1780), Pyrgus alveus (Huebner, 1803), Carterocephalus silvicolus (Meigen, 1829), Heteropterus morpheus (Pallas, 1771), Hesperia comma (Linnaeus, 1758), Papilio machaon (Linnaeus, 1758), Iphiclides podalirius (Linnaeus, 1758), Parnassius mnemosyne (Linnaeus, 1758), Pieris bryoniae (Huebner, 1791), Colias alfacariensis (Berger, 1948), C. myrmidone (Esper, 1781), Hamearis lucina (Linnaeus, 1758), Lycaena helle (Denis & Schiffermueller, 1775), L. dispar (Haworth, 1803), L. alciphron (Rottemburg, 1775), L. hippothoe (Linnaeus, 1758), Quercusia quercus (Linnaeus, 1758), Satyrium spini (Denis & Schiffermueller, 1775), S. w–album (Knoch, 1782), S. acaciae (Fabricius, 1787), S. ilicis (Esper, 1779), Callophrys rubi (Linnaeus, 1758), Maculinea arion (Linnaeus, 1758), M. alcon (Denis & Schiffermueller, 1775), M. telejus (Bergstraesser, 1779), M. nausithous (Bergstraesser, 1779), Glaucopsyche alexis (Poda, 1761), Pseudophilotes vicrama (Moore, 1865), Plebejus idas (Linnaeus, 1761), P. argyrognomon (Bergstraesser, 1779), Aricia eumedon (Esper, 1780), A. agestis (Denis & Schiffermueller, 1775), Cyaniris semiargus (Rottemburg, 1775), Polyommatus thersites (Cantener, 1834), P. coridon (Poda, 1761), P. bellargus (Rottemburg, 1775), P. damon (Denis & Schiffermueller, 1775), P. dorylas (Denis & Schiffermueller, 1775), P. daphnis (Denis & Schiffermueller, 1775), Apatura iris (Linnaeus, 1758), Limenitis populi (Linnaeus, 1758), L. camilla (Linnaeus, 1758), Neptis rivularis (Scopoli, 1763), Nymphalis xanthomelas (Esper, 1781), N. antiopa (Linnaeus, 1758), Euphydryas aurinia (Rottemburg, 1775), E. maturna (Linnaeus, 1758), Melitaea phoebe (Denis & Schiffermueller, 1775), M. cinxia (Linnaeus, 1758), M. diamina (Lang, 1789), M. didyma (Esper, 1779), M. aurelia (Nickerl, 1850), Argynnis laodice (Pallas, 1771), Proclossiana eunomia (Esper, 1799), Lopinga achine (Scopoli, 1763), Lasiommata maera (Linnaeus, 1758), Hyponephele lycaon (Rottemburg, 1775), Coenonympha hero (Linnaeus, 1761), C. tullia (Mueller, 1764), Minois dryas (Scopoli, 1763), Hipparchia semele (Linnaeus, 1758), Erebia ligea (Linnaeus, 1758), E. euryale (Esper, 1805), E. aethiops (Esper, 1777).

Наявність ще 55 видів, переважно евритопних убіквістів і широко росповсюджених лісо-лучних мезофілів, під час аналізу не враховували. Це стосувалося також і тих видів, котрі були відзначені в урбанізованих ландшафтах центральної частини м. Львова.

Вихідні дані були отримані під час власних польових досліджень автора та збору фауністичної інформації з різних джерел за період від 1990 р. й до сьогодні. Заслуговує на увагу той факт, що за вказаний період на території області не відзначене трапляння 17 видів денних лускокрилих, відомих із зборів кінця ХІХ – початку ХХ ст. (колекції Державного природо­знавчого музею НАН України у Львові) та літературних джерел цього ж періоду (Hirschler, Romaniszyn, 1909; Romaniszyn, Schille, 1929, та ін.). Ці види, а саме Carcharodus flocciferus (Zeller, 1841), Pyrgus serratulae (Rambur, 1839), P. fritillarius (Poda, 1761), Parnassius apollo (Linnaeus, 1758), Colias palaeno (Linnaeus, 1761), Cupido alcetas (Hoffmannsegg, 1804), Scoliantides orion (Pallas, 1771), Vacciniina optilete (Knoch, 1782), Aricia allous (Geyer, 1837), Neptis sappho (Pallas, 1771), Nymphalis vaualbum (Denis & Schiffermueller, 1775), Melitaea britomartis (Assmann, 1847), Brenthis hecate (Denis & Schiffermueller, 1775), B. daphne (Denis & Schiffermueller, 1775), Boloria aquilonaris (Stichel, 1908), Lasiommata petropolitana (Fabricius, 1787), Hipparchia hermione (Linnaeus, 1767), умовно вважаємо зниклими з регіональної фауни денних метеликів.

У результаті проведених досліджень виявилося, що на даний час в області залишилося 10–12 осередків (рангу урочища) різноманітності денних лускокрилих, які є місцями співмешкання понад 20 (найбільше – 27) видів з наведеного вище списку. Ці урочища мають площі порядку 100–1000 га, у них представлені кальцефільні лучно- й лісостепові (ур. Лиса гора, Біла гора), лісо- й болотно-лучні (ур. Білецький ліс, Заливки, Горбки), псамо- й кальцефільні псевдостепові (ур. Парипси), гірські лучно-лісові (ур. Бескид, Майдан, Зелем’янка) екосистеми. У кожному з таких урочищ проводиться більш або менш активна господарська діяльність, зокрема, викошування сіна, випасання худоби, заготівля деревини тощо, і разом із цим вони залишаються своєрідними рефугіумами різноманіття фауни денних метеликів на тлі навколишніх ландшафтів із загалом «стандартним» видовим складом населення.

Таким чином, аналіз даних щодо сучасного поширення окремих видів денних луско­крилих і їхніх комплексів у межах території антропогенно трансформованого регіону, яким є Львівська область, дає підстави стверджувати, що паралельно із загальним збідненням фауни відбувається процес формування своєрідних осередків (рефугіумів) видової різноманітності цих комах. При цьому такі осередки далеко не завжди приурочені до поширення «умовно корінних» природних екосистем, які ще збереглися в регіоні. Існування таких тенденцій і процесів мало б спонукати до уважнішого ставлення громадськості до проблеми збереження біорізноманіття.

Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – С. 275-277.

УДК 595.799:633.31

С. П. Иванов

Таврический национальный университет им. В. И. Вернадского, г. Симферополь, Украина,
E-mail: spi@crimea.edu

Ключевые слова: дикие пчелы, опыление растений

UTILISATION STRATEGY OF WILD BEES
(HYMENOPTERA: APOIDEA) FOR POLLINATION OF PLANTS

S. P. Ivanov

Vernadsky Taurida National University, Simferopol, Ukraine, E-mail: spi@crimea.edu

Key words: wild bees, pollination of plants

Пчелоопыление – важнейшее звено в технологии возделывания мелиттофильных культур. Еще не так давно функция опыления таких культур была полностью возложена на медоносных пчел, которые считались едва ли не универсальными опылителями сельскохозяйственных растений. Переоценка роли медоносных пчел как единственного хозяйственно ценного опылителя в пользу диких одиночных пчел произошла после того, как была установлена частичная, а в ряде случаев полная неадекватность медоносных пчел целому ряду культур, в том числе таких важнейших как люцерна, клевер, некоторые сорта яблонь, крупноцветковые шалфеи и другие. В настоящее время на опылении уже используются или проходят стадию введения в культуру более 20 видов одиночных пчел, подавляющее большинство которых относятся к семейству мегахилид (Megachilidae). Однако неудач на этом пути пока больше, чем успехов, что можно считать, с одной стороны, следствием крайне слабой изученности биологии большинства видов диких пчел (в том числе и уже используемых на опылении), а с другой – отсутствием стратегии развития пчелоопыления на основе использования диких пчел. Специфика такой стратегии определяется особенностями биологии диких пчел, а также своеобразием исторически сложившихся по сути симбиотических взаимоотношений диких пчел и опыляемых ими растений.

Экономическая эффективность агроэкосистемы, центральные звенья которой (искусственная колония пчел–опылителей и мелиттофильная культура) находятся в симбиотических отношениях, возможно только при достаточно полном соответствии основных параметров, как этих центральных звеньев, так и двух подсистем их включающих – зооценоза и фитоценоза семенного участка.

Первостепенно важными с точки зрения оценки возможностей использования данного вида пчел на опылении той или иной культуры являются следующие биологические параметры пчел: 1) сроки лета, вольтинность, динамика выплода самцов и самок; 2) филопатрия – привязанность молодых самок пчел к месту выплода, а также их способность вторично заселять материнские гнезда; 3) спектр трофических связей; 4) динамика потребляемых ресурсов пыльцы и нектара; 5) субстрат гнездования и строительный материал гнезд; 6) строение ячеек, прочность ячеек и кокона; 7) биологические особенности хищников и паразитов.

Не менее важны и знания аутэкологических особенностей мелиттофильный культуры. Наиболее важные из них: 1) сроки и продолжительность цветения культуры, динамика ее цветения и оплодотворения; 2) обилие и соотношение пыльцы и нектара в цветках; 3) оптимальная повторность посещения цветка опылителем; 4) доступность пыльцы и нектара – степень специфичности (морфологической, этологической и физиологической) опылителей; 5) состав и возможная плотность естественных опылителей культуры на семенных участках.

Управление процессом опыления мелиттофильной культуры невозможно без оценки как самой культуры, так и пчел–опылителей по перечисленным параметрам. При этом, чем полнее их соответствие, тем выше экономическая эффективность использования диких пчел. Степень соответствия перечисленных параметров друг другу наиболее высока в исторически сложившихся парах монолектных пчел и их кормовых видов. Однако таких пар известно немного. Выход из положения – использование олиголектных пчел для опыления смешанных посевов технологически совместимых мелиттофильных культур. При использовании медоносных пчел преодоление экологической несовместимости с мелиттофильной культурой достигается за счет создания избыточной численности пчел, при неизбежном снижении экономических показателей пчелоопыления.

Специфической задачей оптимизации процесса опыления на основе использования диких пчел является также совмещение динамики цветения культуры и динамики лета пчел. При использовании медоносных пчел такая задача решается самими пчелами, мобилизующими все большее число сборщиц по мере нарастания темпов цветения культуры. Для диких пчел эта задача решается в процессе управления выплодом пчел с использованием специальных инкубационных камер.

Степень филопатрии вида также является специфической проблемой разведения и использования на опылении диких пчел. Она имеет прямое отношение к таким важнейшим показателям, как процент слета пчел после выплода из гнезд и плотность пчел на посевах. При этом величина данного показателя зависит от целого ряда факторов, в том числе от таких, как условия выплода, конструкция ульев, состав фитоценоза, присутствие в зооценозе семенного участка естественных опылителей.

Таким образом, развитие пчелоопыления на основе использования диких одиночных пчел возможно при последовательной реализации следующих этапов:

1) детальное изучение биологии диких пчел и потребностей культуры в опылении (оценка перечисленных выше биономических параметров пчел и аутэкологических особенностей культуры) с последующим анализом степени их совместимости;

2) разработка технологических схем совмещения динамики экологических потребностей пчел–опылителей и аутэкологических потребностей мелиттофильной культуры с учетом специфических параметров зоо- и фитоагроценоза семенных участков.

Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – С. 274-275.

УДК 595.763.79

В. Г. Зиновьев

Белгородский государственный университет, г. Белгород, Россия, E-mail: csmail@belgtts.ru

Ключевые слова: фенологические этапы, кокцинеллиды, дендробионты

silva synfolium distribution
of coccinellids (COLEOPTERA: COCCINELLIDAE)

V. G. Zinov’ev

Belgorod State University, Belgorod, Russia, E-mail: csmail@belgtts.ru

Key words:phenological phases, coccinellids, dendrobionts

Фенологические этапы развития лесной растительности в пределах ее ярусов не совпадают. В лиственных древостоях весеннее отрастание и формирование напочвенного покрова несколько отстает от процесса листораспускания подлеска, но обгоняет листораспускание основного древесного полога. Осеннее увядание листьев также начинается обычно с кустарников подлеска, затем переходит на второй ярус и основной древесный полог. Напочвенный покров в лиственном древостое, с его периодичностью цветения и развития отдельных видов, раньше зацветает и более длительное время (до поздней осени) сохраняет свою свежесть. При этом одни растения обгоняют другие по срокам распускания и увядания. Хвойный лес в этом отношении менее динамичен, но и здесь волны весеннего пробуждения и осеннего увядания имеют свои закономерности.

Естественно, что кокцинеллиды различных трофических групп, связанные с живыми растениями и их фитофагами, на протяжении всего вегетационного периода мигрируют по ярусам лесной растительности. К трофическим миграциям следует добавить брачные, защитные, суточные, зимовочные перемещения и другие. Знание закономерностей таких миграций (перемещений) позволяет более точно построить жизненные циклы кокцинеллид, оценить их трофические связи и функциональную роль в лесных экосистемах, а, следовательно, и использовать их в прикладных целях.

Приуроченность кокцинеллид к различным ярусам лесной растительности рассматривалась в пределах отдельных типов леса, в зависимости от погодных условий. В условиях лесных экосистем юга Среднерусской возвышенности абсолютную приуроченность к древесно-кустарниковой растительности проявляют 7 видов: Adalia decempunctata, Coccinella hierogliphica, Coccinella lutschriki, Halizia sedesimguttata, Pullus ater, Pullus auritus, Vibidia duodecimguttata. Видов, обитающих в условиях леса только в травянном напочвенном покрове (хортобионты), наименьшее количество: Exochomus flaripes, E. quadripustulatus, Harmonia axyridis, Scymnus rubrormaculatus. Дендрохортобионты занимают по количеству видов второе место (16 видов), а хортодендробионты, отдающие предпочтение травяному напочвенному покрову, представлены наиболее богато (21 вид). Отношение количества видов подлеска и древесно-кустарниковой растительности к количеству видов травянного покрова характерно для лесных экосистем.

Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – С. 273-274.

УДК 595.767.22:632.51(476)

А. В. Земоглядчук

Институт зоологии НАН Беларуси, г. Минск, Беларусь, E-mail: soilzoology@biobel.bas-net.by

Ключевые слова: жесткокрылые, Беларусь, горбатки, полынь обыкновенная, фенология

FIRST DATA on TUMBLING FLOWER BEETLES
(COLEOPTERA: MORDELLIDAE) OF WEEDS IN BELARUS

A. V. Zemoglyadchuk

Institute of Zoology of the NAS of Belarus, Minsk, Belarus, E-mail: soilzoology@biobel.bas-net.by

Key words: beetles, Belarus, tumbling flower beetles, mugwort, phenology

В основу данного сообщения положены сборы жесткокрылых, выполненные нами в 2004–2005 гг. на территории южной, юго-западной и центральной частей Беларуси. Исследованы посевы различных культур, пастбища, сады, лесополосы, обочины дорог, пустыри и т. д. Имаго и личинок жуков–горбаток собирали вручную и энтомологическим сачком. Горбаток содержали в лаборатории при температуре +24…+26°С и относительной влажности воздуха 70–74 % для выведения жуков из куколок.

Имаго горбаток держатся на цветках, а личинки развиваются в стеблях травянистых растений. В работе рассматриваются виды, связанные с сорной растительностью, в частности, с полынью обыкновенной, сведения о биологии и экологии которых в литературе малочисленны. Имеются данные, что с распространением этого сорняка связаны аллергические заболевания населения в период цветения полыни.

В результате исследований в стеблях полыни обыкновенной были обнаружены четыре вида горбаток: Mordellistena weisei Schilsky, 1895, М. bicoloripilosa Ermisch, 1967, М. acuticollis Schilsky, 1895 и М. brunneospinosa Ermisch, 1963. Последний из них оказался новым видом для территории Беларуси.

Личинки выявленных видов развиваются в стеблях полыни обыкновенной, питаясь как живыми, так и мертвыми частями растений. При этом они занимают всю длину стебля кормового растения. Обычно фаза куколки наступает после зимовки. Однако в наших исследованиях в лабораторных условиях личинки M. weisei окукливались до зимовки.

Изучена фенология видов с целью установления календарных сроков отдельных этапов развития насекомых. Выделено три этапа изменения внешних морфологических признаков куколок горбаток при их окукливании.

1. Формирование фасеточных глаз, пигментация мандибул.

2. Формирование крыльев, имагинальной кутикулы всего тела. Кутикула брюшка формируется медленнее, чем кутикула головы и ее придатков, груди, ног, крыльев, и в ней наиболее развитым является пигидий и расположенный перед пигидием тергит брюшка. Остальные тергиты брюшка более светлые, что свидетельствует о слабом развитии их кутикулы. Хорошо выделяются волоски на стернитах. Надкрылья довольно длительное время прозрачные. Для этого этапа характерно формирование парамер и эдеагуса.

3. Пигментация тергитов брюшка, дальнейшее развитие имагинальных покровов.

Средние показатели временных интервалов фаз развития куколок в лабораторных условиях для исследованных видов оказались следующими: M. bicoloripilosa – 9,2, 1,5, 1,0 сут., M. brunneospinosa – 9,2, 1,9, 1,0 сут., M. acuticollis – 10,3, 1,5, 1,0 сут., M. weisei – 11,5, 1,8, 1,0 сут. Закономерная связь наступления фенофаз развития насекомых и их кормового растения (полыни обыкновенной) позволит судить о ходе развития вредителя по состоянию кормового растения (фенологические индикаторы). Эти данные будут иметь большое значение для планирования и проведения практических мероприятий по защите растений.

Установлено время появления куколок исследованных видов для юго-западной части Беларуси. Все изученные виды окукливаются обычно в III декаде апреля, кроме M. acuticollis, который начал появляться лишь со II декады мая. Зарегистрировано время выхода имаго указанных видов горбаток из куколок – оно значительно растянуто и вылет, например, M. weisei может проходить в течение около трех недель.

Таким образом, полынь обыкновенная на территории рассматриваемого региона служит кормовым растением для личинок четырех видов горбаток, которые являются основной группой среди жесткокрылых, проходящих преимагинальное развитие внутри стеблей исследуемого растения.

Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – С. 272-273.

УДК 595.768:502.63:711

А. М. Заморока

Прикарпатський національний університет ім. В. Стефаника, м. Івано-Франківськ, Україна,
E-mail: zamoroka@hotmail.com, tenax-17@rambler.ru

Ключові слова: фауна, жуки–вусачі, Івано-Франківськ, М. Ломницький

INFLUENCE OF URBANIZATION ON CAPRICORN BEETLES FAUNA (COLEOPTERA: CERAMBYCIDAE) IN IVANO-FRANKIVSK

A. M. Zamoroka

Stefanyk Precarpathian National University, Ivano-Frankivsk, Ukraine,
E-mail: zamoroka@hotmail.com, tenax-17@rambler.ru

Key words: fauna, longhorn beetles, Ivano-Frankivsk, M. Lomnicki

Івано-Франківськ розташований у так званій Станіславській улоговині, яка зі сходу відмежована Волино-Подільською височиною, а на заході горбогір’ями Передкарпатського крайового прогину, між якими знаходиться межиріччя Бистриць Солотвинської та Надвірнянської. Наші дослідження проводились на території цієї улоговини у
2001–2005 роках і охопили Вовчинецькі Пагорби (Волино-Подільська плита), Дендрологіч­ний парк «Дружба», Ботанічний сад Прикарпатського університету ім. В. Стефаника, узбережжя р. Бистриця Солотвинська, р. Бистриця Надвірнянська, а також територію самого міста і передмість (Передкарпатський крайовий прогин).

Останній моніторинґ фауни вусачів у місті Івано-Франківську та на його околицях здійснювався 130 років тому М. Ломницьким, який у своєму огляді фауни жуків тодішнього Станіслава наводить 56 видів Cerambycidae (Lomnicki, 1875). Вивчення сучасного стану фауни вусачів привертає особливу увагу у світлі активної урбанізації. З часів Михайла Ломницького площа міста Івано-Франківська значно збільшилась – колишні приміські села увійшли у міську забудову, утворивши тісну агломерацію. Внаслідок урбанізації зменшилась залісненість навколишніх територій, значно ксерофілізувався клімат, збільшився рівень забруднення тощо. Процеси урбанізації відобразились на фауні жуків–вусачів зменшенням кількості лісових видів (табл.). Особливо це стосується видів, консортивно пов’язаних зі смерекою європейською та ялицею білою, природні місцезростання, яких в околицях Івано-Франківська зникли.

У процесі урбанізації знизилось біологічне різноманіття жуків–вусачів. Так, Ломницький вказує 12 видів, які виявлялись в Станіславі, з-поміж них такі як: Rhamnusium bicolor, Necidalis major, Monochamus sartor, Acanthoderes clavipes, Acantocinus costatus, Liopus nebulosus, Mesosa curculinoides, M. nebulosa, Anestethis testacea, Saperda scalaris, Oberea oculata, O. pupillata. За нашими даними міську забудову заселяють зовсім інші види жуків, їх виявлено всього 8: Dinoptera collaris, Grammoptera ruficornis, Brachyleptura maculicornis, Aromia moschata, Exocentrus lusitanus, Saperda carcharias, Agapanthia villosoviridescens, Tetrops praeusta. Евдомінантом виступає D. collaris, а домінантом – B. maculicornis. Ці види досить пластичні, вони успішно пристосовуються до ксерофільних умов і зростання забруднення. Слід зауважити, що позитивний вплив урбанізації виявися на занесений до Червоної книги України вид вусача пахучого мускусного (Aromia moschata), який у межах міста зустрічається часто, що зумовлено насадженнями верби, з якою вид консортивно пов’язаний. Загалом спостерігається значне збіднення фауни жуків–вусачів у межах міської забудови центру міста і її збагачення на периферії.

Автор висловлює щиру подяку своєму науковому керівнику доктору біологічних наук, професору Василю Івановичу Парпану, а також кандидату біологічних наук, старшому науковому співробітнику ЛДПМ Володимиру Богдановичу Різуну за неоціненний вклад у проведення наукових досліджень.

Таблиця. Порівняння фауни жуків–вусачів за останні 130 років
в умовах різного ступеня урбанізації м. Івано-Франківська

Zoocenosis — 2005
 Біорізноманіття та роль зооценозу в природних і антропогенних екосистемах: Матеріали ІІІ Міжнародної наукової конференції. – Д.: Вид-во ДНУ, 2005. – С. 270-272.