UDC 597.556

H. Chitsaz, R. Ghorbani, M. Mollaei, A. Hajimoradloo

Faculty member of Fisheries, Azad University of Azadshahr
Faculty of Fisheries, Gorgan University of Agricultural Sciences and Natural Resources,
Gorgan, Iran, ghorbaninasrabadi@yahoo.com

ИЗУЧЕНИЕ НЕКОТОРЫХ БИОЛОГИЧЕСКИХ ХАРАКТЕРИСТИК
GAMBUSIA HOLBROOKI В ГЛАВНОМ ВПАДАЮЩЕМ КАНАЛЕ
ВОДНО-БОЛОТНЫХ УГОДИЙ ГОМИШАН,
ЮГО-ВОСТОК КАСПИЙСКОГО МОРЯ

Х. Читсаз, Р. Горбани, M. Mоллай, A. Хаджиморадлу

Университет Азад, Университет Горган, Иран

Gambusia holbrooki is an exotic and non economical value species in the Caspian Sea and aquaculture. The Gambusia fit seven of the criteria of a successful invader: are abundant in original range, are polyphagous, have a short generation time, a single female can colonise a new site, have a broad physical tolerance, are closely associated with humans, and have high genetic variability. Some of biological characters of this species were studied in the main inflowing Canal into Gomishan Wetland, Southeast Caspian Sea during 2001–2002. The fish captured using of beach seine (mesh: 8 mm). During 9 months sampling, 705 specimens were sampled and fixed in 10 % formaldehyde. 270 individuals’ fish were dissected for examining of feeding regime and identified by numerical method. Results demonstrated that fish samples were mostly female. The length and weight of the examined fish were 23–68 mm (48.7±12.4 mm) and 0.083–4.05 gr (2.05±1.12 gr), respectively. Growth pattern was as allometric. Reproductive peak was in the summer as the most fish were pregnant. The larvae range 12–134 individuals. The minimum and maximum values of condition factor were on December and July, respectively. The dominant prey in fish were insect and Nereid.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 137.

УДК 597.556

А. П. Георгиев* **, Н. С. Черепанова*, Ю. В. Костылев*

*Северный научно-исследовательский институт рыбного хозяйства
Петрозаводского государственного университета, Петрозаводск, Российская Федерация
**Институт Водных проблем Севера Карельского НЦ РАН, Петрозаводск,
Российская Федерация, a-georgiev@mail.ru

RETROSPECTIVE DYNAMICS
OF STIZOSTEDION LUCIOPERCA BIOLOGICAL CHARACTERISTICS
IN THE NORTH (KARELIAN) PART OF THE LADOGA LAKE

A. P. Georgiev* **, N. S. Cherepanova*, Y. V. Kostylev*

*Nothern Research Institute of Fish Industry of the PetrozavodskStateUniversity, Petrozavodsk,
**Institute of Water Problems of the North of Karelsky RC RAS, Petrozavodsk, Russia

Изучение биологии судака Ладожского озера представляет большой интерес. Во-первых, этот вид относится в водоеме к группе ценных промысловых рыб. Поэтому знание его биологии имеет большое практическое значение, так как позволяет обоснованно определять состояние запасов, устанавливать лимиты возможного вылова и режим рыболовства, не влекущий за собой таких нарушений в структуре популяции, которые могли бы вызвать сокращение общей численности рассматриваемого вида и, следовательно, его уловов. Во-вторых, биологические особенности ладожского судака ставят его в особое положение, как вид в системе изменяющихся условий обитания в водоеме промысловой эксплуатацией. Биотоп северо-ладожского судака примыкает к северной границе естественного ареала обитания этого вида, что накладывает определенный отпечаток на ряд его эколого-биологических особенностей.

Популяция судака карельской части Ладожского озера интенсивно используется (табл. 1). Сравнительно условно выбраны периоды 1971–1979, 1980–1989, 1990–1999 гг., и современный период с 2000 г. Последние годы характеризуются высокими показателями вылова судака, хотя процентное соотношение его выловам по сезонам промысла практически не изменилось. Основное время интенсивного лова приходится на летние и осенние месяцы, что связано с нерестово-нагульными концентрациями популяции.

Таблица 1. Удельный вес судака карельской части Ладожского озера
(усредненный % в уловах)

Динамику численности популяции промысловых рыб при относительной стабильности промысловой базы с большей или меньшей степенью точности может отразить величина годовых уловов (табл. 2). Если проанализировать динамику промысловых уловов судака в северной Ладоге за последние 60 лет, то для вида, как и для многих других промысловых рыб, можно отметить ряд подъемов и спадов вылова. В зависимости от продолжительности проявления этих флуктуаций их можно охарактеризовать как короткопериодные и долгопериодные колебания уловов. Короткопериодные колебания уловов можно связать с урожайностью поколений одного или нескольких смежных лет, обусловленной в свою очередь рядом естественных факторов (гидрологическим режимом, степенью развития кормовой базы для рыб, паразитологической ситуацией и т. п.). Долгопериодные колебания уловов обычно связываются с изменением продукционного потенциала водоема в целом, также предопределяемым многолетней динамикой воздействия естественных факторов.

Таблица 2. Динамика удельного веса судака
карельской части Ладожского озера в уловах

Многолетние наблюдения показали, что существующих изменений размерно-весовых характеристик в возрастных группах не прослеживается, хотя на протяжении представленного периода, как на озеро, в общем, так и на судака в частности (интенсивность лова) влияли различные виды деятельности человека.

Возрастная структура наглядно отражает состояние популяции. Длинный возрастной ряд (до 20 лет и более) свидетельствует о стабильности и удовлетворительном состоянии популяции судака в настоящее время. Возрастной состав судака в промысловых уловах 2000–2006 гг., как и в предшествующие годы, характеризовался присутствием большого числа возрастных групп (от 4+ до 20+ лет), но старшие возрастные группы (от 13 лет и старше) были представлены незначительно. Модальной возрастной группой (17,1 %) были восьмилетки (7+), в целом в уловах доминировали шести–десятигодовики – на их долю пришлось 76,4 % всего выловленного судака. Основные биологические параметры судака: размерно-возрастной состав, соотношение производителей по половому составу близкое 1 : 1, время наступления массовой половозрелости (с 6 полных лет), показатели плодовитости (табл. 3) из уловов 2000–2006 гг. не обнаруживали значительных отклонений от таковых предыдущих лет промысла (несколько меньшими оказались лишь средние размерно-весовые показатели). Этот факт свидетельствует о стабильности и удовлетворительном состоянии современных условий обитания и воспроизводства популяции судака в Северной Ладоге.

Таблица 3. Плодовитость судака северной части Ладожского озера

Таким образом, анализ структуры уловов судака позволяет сказать, что в целом его популяция и промысловые запасы находятся в удовлетворительном состоянии. Учитывая достаточно интенсивный вылов судака со стороны промышленного и любительского (по лицензиям) рыболовства, а также значительный объем его изъятия при неучтенном (браконьерском) вылове, лимитирование промысловой базы и мониторинг за состоянием популяции должны оставаться приоритетными требованиями для сохранения запасов вида на достаточно высоком промысловом уровне.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 135-136.

УДК 597.556.31:577.352.462

Е. В. Борисовская

Институт биологии внутренних вод им. И. Д. Папанина РАН,
п. Борок, Ярославская обл., Российская Федерация, boris@ibiw.yaroslavl.ru

PECULIARITIES OF FRESHWATER PRIMARY

CATIONS METABOLISM IN GOBIES INVADED
THE CASPIAN SEA AND IN THE INDIGENOUS SPINED LOACH

Е. V. Borisovskaya

I. D. Papanin Institute for Biology of Inland Waters, Russian Academy of Sciences,
Borok, Russia, boris@ ibiw.yaroslavl.ru

В последнее время наблюдается проникновение каспийских видов рыб (соленых и солоноватых вод) в пресные водоемы. В частности некоторых видов бычков. Так бычок-цуцик в последние годы вселился в Рыбинское водохранилище и даже р. Москва, бычок-головач на данное время заселил низовья Волги до Волгограда (Атлас пресноводных рыб России, 2002). В связи с этим представляет интерес изучение процессов транспорта катионов (особенно натрия) из внешней среды у данных видов рыб. Переход в пресные воды должен сопровождаться перестройкой ионного обмена, его адаптацией к дефициту солей в воде. Сравнивая параметры работы ионотранспортных систем у рыб вселенцев и рыб типично пресноводных, можно сделать выводы о перспективах дальнейшего проникновения видов в пресные воды и получить точные данные о параметрах ионного обмена.

Исследовали параметры обмена натрия, калия и кальция у видов каспийских вселенцев бычка-цуцика (Proterorhinus marmoratus Pallas, 1814) и бычка-головача (Neogobius iljini Vasiljeva et Vasiljev, 1996 (=N. kessleri)) и аборигенного вида волжского бассейна – щиповки (Cobitis taenia Linnaeus, 1758). Рассчитывали показатели ионного обмена: V_o (мкмоль/(г·ч)) – скорость общей потери ионов в дистиллированной воде, V_max (мкмоль/(г·ч)) – максимальную скорость поглощения ионов, константы Михаэлиса–Ментон – K_m (мкмоль/л), C_b (мкмоль/л) – концентрация ионного баланса.

Параметры ионного обмена щиповки и бычков весьма различны. Потери натрия, калия и кальция в дистиллированной воде (V_o) всех изученных ионов (кроме калия у бычка-головача) у бычков превышают таковые у щиповки (натрий: цуцик – в 6,4, головач – в 2,0 раза; калий: цуцик – в 2,6 раза; кальций: цуцик – в 65, головач – в 75 раз). Максимальная скорость поглощения (V_max) у бычков выше, чем у щиповки (натрий: цуцик – в 6, головач – в 1,5 раза; калий: цуцик – в 20, головач – в 7,4 раза; кальций: цуцик – в 2 раза). Сродство транспортных систем (значения константы Михаэлиса–Ментон) ко всем изученным ионам у бычка головача больше чем у щиповки, у бычка-цуцика – к натрию и калию (K_m мкмоль/л: натрий – щиповка – 22,0±0,2, цуцик – 7,5 ±0,9, головач – 12,0±0,5; калий: щиповка – 1,6±0,16, цуцик – 1,1±0,30, головач – 1,8±0,04; кальций: щиповка – 39,6±0,10, цуцик – 198±0,18, головач – 15±0,03).

Известно, что С_b (концентрация, при которой устанавливается равновесие в процессах потери и поглощения иона) имеет важное значение для адаптации организма к низкоминерализованной среде. Чем меньше значения С_b, тем лучше организм будет приспосабливаться. Значения этого показателя у бычков значительно превышает таковые у щиповки для всех катионов.

Особенно четко это было продемонстрировано для натрия. Содержание иона натрия в окружающей среде наиболее сильно изменяется при переходе рыб к жизни в пресных водах. Средняя соленость каспийской воды составляет примерно 13 г/л, а в северной опресненной части – около 5 г/л. Содержание натрия в волжской воде – 5–10 мг/л (217–435 мкмоль/л). Концентрация ионного баланса натрия у щиповки меньше, чем у бычков (щиповка – 120±0,1, цуцик – 165±0,3, головач – 230±0,1 мкмоль/л).

Таким образом, бычки, имея подобные значения параметров ионного обмена, приспособлены к водам со значительным содержанием натрия и других ионов и будут иметь трудности с проникновением и выживанием в низкоминерализованных (с малым содержанием натрия и других катионов) водоемах.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 133-134.

УДК 597.08:57.017.64

И. А. Белянин

Саратовское отделение ФГНУ ГосНИОРХ, Саратов,
Российская Федерация, gosniorh@mail.ru

METHODICAL BASES OF CONSTRUCTION
OF A TYPICAL SCALE FOR FISH GROWTH ESTIMATION

I. A. Belyanin

State Research Institute on Lake and River Fisheries, Saratov Branch, Saratov, Russia

История типизации роста рыб насчитывает почти столетие. Критерии роста до 1990-х годов устанавливались произвольно. Лишь в работе Я. Шербовски (1981) сделана попытка унификации методики статистическим расчетом на основе одного показателя вариационного ряда – средней длины рыб (                         ) с использованием уравнения Берталанффи для установления границ роста. Последующие многочисленные попытки применить метод Щербовски не дали однозначных положительных результатов.

В последнее время появилась серия работ (Сметанин, 2003; Ермолин, 2004, 2006, 2007; Белянин, 2007; Янкова, 2007 и др.) в которых построение типовой шкалы оценки роста осуществляется на основе двух показателей вариационного ряда –  и σ (среднеквадратичес­кое отклонение) по модели:

У = ±tσ,                                                                                (1)

где У – граница класса роста, t – нормированное отклонение.

На сегодняшний день предложено две шкалы оценки роста: трехбальная (Сметанин, 2003; Янкова, 2007) и пятибалльная (Ермолин, 2004, 2006; Белянин, 2007). При построении обоих шкал используется нормо-параметр – границы класса нормальной кривой распределения признака в пределах которого расположено 50 % вариант вариационного ряда, равного ±0,67σ. В трехбалльной системе оценки рост рыб, отличающийся не более чем на ±0,67σ характеризуется как средний рост. Выше +0,67σ – как быстрый (высокий), ниже –0,67σ – медленный (низкий). Используем названия и условные обозначения границ и классов роста по Щербовски (1981). В этом случае У₁ = +0,67σ, У₂ = –0,67σ. Рост рыб, укладывающийся в интервал между У₁–У₂ соответствует среднему, >У₁ – быстрому, <У₂ – медленному.

Переход к пятибалльной шкале означает определение следующих границ, соответствующих У₃ и У₄. При установлении их условно было принято, что одна из границ (максимальная или минимальная) вариационного ряда остается неизменной, в то время как другая сдвигается при сохранении нормальной кривой распределения. При этом новые границы распределения среднего класса должны лишь соприкасаться c прежними не перекрываясь. В этом случае происходит изменение масштаба при сохранении нормальной кривой распределения. Кратность изменения равна 1,5. Иначе говоря, при новом раскладе примерно 50 % вариант нового вариационного ряда будут умещаться на отрезке 0,89σ прежнего ряда. Отсюда, граница У₃ = +1,56σ (0,67σ + 0,89σ), а У₄ = –1,56σ (–0,67σ + –0,89σ). Рост рыб, укладывающийся в интервал от –0,67σ до –1,56σ (между У₂–У₄) соответствует медленному, от +0,67σ до +1,56σ (между У₁–У₃) – быстрому росту. Все значения менее –1,56σ (<У₄) характеризуют очень медленный, более +1,56σ (>У₃) – очень быстрый темп роста (Ермолин, 2006). В сравнительном плане границы трехбалльной и пятибалльной шкал оценок роста представлены в таблице 1.

Таблица 1. Граничные значения классов роста
в трехбальной и пятибальной шкалах оценок роста

Таблица 2. Основные показатели густеры водохранилищ Нижней Волги

В процессе сравнительного анализа на большом объеме материала установлено, что его однородность должна прослеживаться как минимум на возрастном отрезке равном два средних возраста созревания или возраста особей нерестового стада (Ермолин, 2007). Однородность материала устанавливается по смене знака коэффициента корреляции в сопряженной паре  и σ. В качестве примера в таблице 2 приводятся основные показатели густеры (Blicca bjoerkna (Linnaeus, 1758)) водохранилищ Нижней Волги. Хорошо видно, что материал однороден в возрастном ряде до 11 лет включительно, куда входит более 96 % численности данного вида. Указанный ряд включает 2,0–2,5 возраста созревания и среднего возраста нерестовых популяций густеры Волгоградского и Саратовского водохранилищ.

Следует отметить, что смена знака корреляции происходит, когда d менее 40 экз. на 1 см Z. То есть, при сборе материала с целью построения типовой шкалы оценки роста рыб, следует ориентироваться на объем в 40 наблюдений на 1 см размаха вариационного ряда в возрастных группах. Использование коэффициентов (L_∞, К и t₀) формулы Берталанффи существенно упрощает построение и использование типовой шкалы оценки роста (табл. 3).

Таблица 3. Значения коэффициентов в формуле Берталанффи
для густеры водоемов Нижней Волги

Работы последних лет существенно продвинули методические основы построения типовой шкалы оценки роста. Однако это не означает их завершенности. Следует ожидать дальнейшее совершенствование не только метода, но и направления работ в целом.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 131-133.

УДК 597.08:628.1

О. М. Арсан*, Ю. М. Ситник*, В. О. Ткаченко**, П. Г. Шевченко***,
А. В. Подобайло****, С. М. Салій****, О. В. Соляник***,
А. В. Калиновська*, С. П. Бурмістренко*

*Інститут гідробіології НАН України, Київ, Україна,
hydrobiol@igb.ibc.com.ua, tu_sytnyk@mail.ru;
**Інститут зоології ім. І. І. Шмальгаузена НАН України, Київ, Україна;
***Національний аграрний університет, Київ, Україна;
****Київський національний університет ім. Тараса Шевченка, Київ, Україна

ICHTHYOFAUNA BIODIVERSIVITY OF UPPER PART
OF KANIVS’KE RESERVIOR AT THE BEGINNING OF XXI SENTURE

O. M. Arsan*, Y. M. Sytnik*, V. A. Tkachenko**, P. G. Shevchenko***,
A. V. Podobajlo****, S. M. Saliy****, O. V. Solyanik***,
A. V. Kalynovs’ka*, S. Р. Burmistrenko*

*Institute of Hydrobiology of NAS of Ukraine, Kyiv, Ukraine;
hydrobiol@igb.ibc.com.ua, tu_sytnyk@mail.ru;
**Schmalhausen Institute of Zoology of NAS of Ukraine, Kyiv, Ukraine;
***National Agriculture University, Kyiv, Ukraine;
****TarasShevchenkoNationalUniversity, Kyiv, Ukraine

Напружені екологічні обставини, що склалися у водних об’єктах останніми десятиріччями суттєво вплинули на біорізноманіття, інші структурні та функціональні показники екосистем. Вивчення біорізноманіття в усій його багатоплановості та багатоаспектності є парадигмою сучасної екології. І хоча важливість проблеми вивчення біорізноманіття остаточно усвідомлена людством не так давно, зараз цей напрямок пріоритетний не тільки в біології, а й у державній політиці провідних країн світу.

Унаслідок господарської діяльності людини змінюються водні об’єкти та умови існування гідробіонтів у них. Основні антропогенні чинники, що впливають на населення річок, – зарегулювання стоку, через що змінюється гідрологічний режим, забруднення води промисловими, сільськогосподарськими та побутовими стоками, заплановане або випадкове вселення чужорідних видів. Так було змінено й р. Дніпро, де внаслідок побудови ГЕС виник каскад водосховищ, наймолодше з яких – Канівське.

Дослідження проводили в липні 2005 р. у верхній (київській) частині Канівського водосховища на чотирьох станціях (у протоці Десенка: в районі дамби, що відділяє Десенку від р. Десна, в районі урочища Чорторий, поблизу Московського мосту та у русловій частині напроти річкового (вантажного) порту (Труханів острів)). На прибережних ділянках молодь риб (цьоголітки, дволітки та інші) ловили тканою з капронового сита № 8 довжиною 6 м, а в глибших місцях застосовували 25-метрову малькову волокушу. Усього проведено 57 контрольних ловів і зібрано 1253 екземпляри молоді риб. Матеріал збирали та обробляли за загальноприйнятими методиками (Коблицкая, 1981; Правдин, 1966).

Канівське водосховище своєю вершиною прилягає до греблі Київського водосховища. Дніпро тут розпадається на декілька рукавів, має розвинену лівобережну заплаву. Правий берег високий, в окремих місцях дещо віддалений від русла. Водосховище утворене в 1972–1976 рр. у результаті побудови Канівської ГЕС. У середній та нижній частині водосховища швидкість течії не перевищує 0,05 м/с, у верхній частині – 0,10–0,15 м/с. Рівень води у водоймі коливається в межах 0,5 м і залежить від скидання води через греблю Київського та Канівського водосховищ. Водосховище мілководне. Площі мілководь (з глибинами до 2 м) складають до 38 % загальної площі акваторії водойми. Найбільші глибини розташовані у місцях колишнього русла Дніпра та його приток.

Характерною особливістю водойми є «голуба зона» (власне київська ділянка), розташована у верхній частині та призначена тільки для аматорського рибальства (промисловий вилов риби тут не проводиться). Канівське водосховище має лівобережну притоку – Десну, яка є другою за величиною після Прип’яті річкою в басейні Дніпра.

Тут викладено результати наших досліджень видового складу іхтіофауни (в основному молоді риб) верхньої частини київської ділянки Канівського водосховища. Три станції розміщувалися на Десенці, а одна – на русловій (судноплавній) частині напроти річкового (вантажного) порту.

У Десенці на першій станції (недалеко від дамби, що відділяє протоку від основного русла р. Десна) виявлено 28 видів риб, в районі урочища Чорторий – 30 видів, поблизу Московського мосту – 23 види, а на русловій частині (острів Труханів) – лише 12 видів. Пояснити такі особливості розподілу риб можна різницею біотопів. Три перші переважно лімнічного типу, тобто відносно менш проточні, а четвертий – сильно проточний, типово річковий біотоп.

Загалом, за нашими даними, іхтіофауна вершини Канівського водосховища налічує близько 39 видів риб (враховуючи інтервентів та інвазійних), що належать до 11 родин. Родина Оселедцеві – Clupeidae: тюлька азово-чорноморська (Clupeanella cultriventris Nordmann, 1840). Родина Коропові – Cyprinidae: плітка (Rutilus rutilus (Linnaeus, 1758)), ялець (Leuciscus leuciscus (Linnaeus, 1758)), головень (L. cephalus (Linnaeus, 1758)), в’язь (L. idus (Linnaeus, 1758)), гольян звичайний (Phoxinus phoxinus (Linnaeus, 1758)), краснопірка (Scardinius erythrophthalmus Linnaeus, 1758), білизна (Aspius aspius (Linnaeus, 1758)), вівсянка (Leucaspicus delineatus (Heckel, 1843)), лин (Tinca tinca Linnaeus, 1758), чебачок амурський (Pseudorasbora parva (Temminck et Schlegel, 1846)), пічкур звичайний (Gobio gobio gobio Linnaeus, 1758), верховодка (Alburnus alburnus (Linnaeus, 1758)), плоскирка (Blicca bjoerkna (Linnaeus, 1758)), лящ (Abramis brama (Linnaeus, 1758)), клепець (A. sapa (Pallas, 1814)), синець (A. ballerus (Linnaeus, 1758)), чехоня (Pelecus cultratus (Linnaeus, 1758)), гірчак (Rhodeus sericeus (Pallas, 1776)), карась сріблястий (C. auratus gibelio (Bloch, 1782)), короп (Cyprinus carpio Linnaeus, 1758). Родина Щиповкові – Cobitidae: щиповка звичайна (Cobitis taenia taenia Linnaeus, 1758), в’юн (Misgurnus fossilis (Linnaeus, 1758)). Родина Сомові – Siluridae: сом (Silurus glanis Linnaeus, 1758). Родина Щукові – Esocidae: щука (Esox lucius Linnaeus, 1758). Родина Миневі – Lotidae: минь річковий (Lota lota (Linnaeus, 1758)). Родина Колючкові – Gasterosteidae: колючка мала південна дев’ятиголкова (Pungitius platygaster (Kessler, 1859)), колючка триголкова (Gasterosteus aculeatus Linnaeus, 1758). Родина Голкові – Sygnathidae: іглиця чорноморська пухлощока (Syngnathus nigrolineatus nigrolineatus (Eichwald,1831)). Родина Окуневі – Percidae: судак звичайний (Sander lucioperca (Linnaeus, 1758)), окунь (Perca fluviatilis Linnaeus, 1758), йорж звичайний (Gymnocephalus cernuus (Linnaeus, 1758)), йорж-носар (Gymnocephalus acerinus (Guendelstaedt, 1774)). Родина Головешкові – Odontobutidae: ротан-головешка (Percottus glenii Dibowski, 1877). Родина Бичкові – Gobiidae: бичок кругляк (Neogobius melanostomus (Pallas, 1814)), бичок головач (N. kessleri (Gunther, 1861)), бичок пісочник (N. fluviatilis (Pallas, 1814)), бичок гонець (N. gymnotrachelus (Kessler, 1857)), бичок цуцик (Proterorhinus marmoratus (Pallas, 1814)).

Описуючи іхтіофауну Дніпра в районі Києва на початку ХХ століття Д. Белінг (1914, 1915) відзначив 42 види, з яких прохідні риби (оселедець й осетрові), вже після побудови Дніпрогесу, а саме в другій половині 1930-х років, тут більше не зустрічалися. Не виявлено нами і типових реофілів – стерляді та підуста. Натомість іхтіофауна регіону, що досліджувався, «збагатилася» двома інвазійними видами – ротаном-головешкою та чебачком амурським. Проникли з пониззя Дніпра тюлька й деякі види бичків (вищезгаданий автор для цієї ділянки відзначив тільки бичка бабку).

Таким чином, можна констатувати погіршення якісного складу іхтіофауни Дніпра в районі Києва після зарегулювання ріки, що призвело до зміни умов існування риб. Зникли цінні деякі промислові риби, натомість у водоймі з’явилися та збільшують чисельність малоцінні, непромислові та навіть шкідливі види іхтіофауни.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 129-131.

УДК 593.17:574.64

И. В. Шарапова, Л. Н. Хицова

Воронежский государственный университет,
Воронеж, Российская Федерация, mtz288@bio.vsu.ru

FUNCTIONAL SIGNIFICANCE OF INFUSORIAL COMPLEX
IN AEROTANKS BIOLOGICAL SOLIDS OF
SEWAGE DISPOSAL PLANTS OF A SMALLTOWN

I. V. Sharapova, L. N. Khitsova

Voronezh State University, Voronezh, Russia, tmz288@bio.vsu.ru

Изучение видового состава протозойного компонента активного ила очистных сооружений города Борисоглебск начато нами с 2004 г. С этой целью один раз в декаду отбирались пробы ила, которые затем анализировали с помощью микроскопа. Для определения использовали имеющиеся руководства, определители и статьи ряда авторов. За это время наши наблюдения показали, что наиболее часто в биоценозе активного ила данных очистных сооружений встречаются представители двух групп простейших: раковинные амебы и ресничные инфузории. Виды инфузорий, обнаруженные нами, приведены в таблице с указанием их численности на просмотренный объем воды (0,15 мл).

Состав доминирующего комплекса инфузорий в течение всего периода наших наблюдений был относительно неизменным и включал следующие виды: Coleps hirtus, Epistylis bimarginata, Vorticella campanula, Aspidisca costata. При этом анализ химических данных сточных вод свидетельствует о достаточно широком диапазоне толерантности к разнообразным факторам среды у Coleps hirtus, Aspidisca costata, эти инфузории встречались при самых различных нагрузках на активный ил.

Наибольшее видовое разнообразие Ciliata отмечалось летом 2006 г. В этот период в биоценозе активного ила присутствовали представители всех трофических уровней.

Первый уровень представлен инфузориями-седиментаторами, обладающими достаточно большой флоккулирующей способностью (за счет выделения большого количества слизи, способствующей слипанию бактерий и других пищевых частиц): Paramecium bursaria, Stentor polymorphus, Epistylis bimarginata, Vorticella campanula. В этот же период впервые для активного ила данных очистных сооружений были обнаружены относящиеся к классу Peritricha инфузории Thuricola similis, имеющие домик в форме вытянутого бокала, ножка которого сильно сужена. В каждом таком домике достаточно четко различимы две особи различной длины, прикрепленные к его основанию одним коротким стебельком. В доступной нам литературе мы не нашли оценки индикаторной роли обнаруженной инфузории. Однако, если учесть химические показатели на момент взятия проб и состояние биоценоза в целом, можно (предположительно) связать ее присутствие с достаточно хорошей очисткой воды.

Второй трофический уровень представлен инфузориями-«глотателями»: Chilodonella uncinata, C. cucullulus, Aspidisca costata.

Хищные инфузории – Euplotes affinis, Litonotus lamella (третий трофический уровень) – встречались единично.

Наблюдения позволили установить периодичность появления представителей последнего трофического уровня, таких многоклеточных организмов как тихоходки и коловратки. Особенно многочисленными в активном иле в июле и августе 2006 года были крупных и средних размеров Tardigrada. Важно отметить при этом активное размножение: каждая вторая отмеченная особь была с яйцами (от двух – до 8).

Таблица. Фауна инфузорий очистных сооружений г. Борисоглабск

Примечание: «–» – отсутствие вида; * – приведенные цифры соответствуют количеству особей, обнаруженных в 0,15 мл; в – весна, л – лето, о – осень, з – зима.

Таким образом, летом 2006 года активный ил очистных сооружений г. Борисоглебск можно охарактеризовать как удовлетворительно работающий. Характерным является большое разнообразие простейших, особенно ресничных инфузорий, но с небольшим количественным преобладанием какого-либо из видов. Присутствовали представители четвертого трофического уровня, что положительно влияет на степень очищения воды от органических загрязняющих веществ за счет повышения интенсивности обмена. Полагаем, что выявленная структура комплекса одноклеточных и многоклеточных организмов активного ила аэротенков указанных сооружений по очистке сточных вод может свидетельствовать об их эффективной реакционной способности, позволяющей обеспечивать достаточно хорошую очистку.

УДК 593.17:574.64

ФУНКЦИОНАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ
ИНФУЗОРНОГО КОМПЛЕКСА АКТИВНОГО ИЛА
АЭРОТЕНКОВ ОЧИСТНЫХ СООРУЖЕНИЙ МАЛОГО ГОРОДА

И. В. Шарапова, Л. Н. Хицова

Воронежский государственный университет,
Воронеж, Российская Федерация, mtz288@bio.vsu.ru

FUNCTIONAL SIGNIFICANCE OF INFUSORIAL COMPLEX
IN AEROTANKS BIOLOGICAL SOLIDS OF
SEWAGE DISPOSAL PLANTS OF A SMALLTOWN

I. V. Sharapova, L. N. Khitsova

Voronezh State University, Voronezh, Russia, tmz288@bio.vsu.ru

Изучение видового состава протозойного компонента активного ила очистных сооружений города Борисоглебск начато нами с 2004 г. С этой целью один раз в декаду отбирались пробы ила, которые затем анализировали с помощью микроскопа. Для определения использовали имеющиеся руководства, определители и статьи ряда авторов. За это время наши наблюдения показали, что наиболее часто в биоценозе активного ила данных очистных сооружений встречаются представители двух групп простейших: раковинные амебы и ресничные инфузории. Виды инфузорий, обнаруженные нами, приведены в таблице с указанием их численности на просмотренный объем воды (0,15 мл).

Состав доминирующего комплекса инфузорий в течение всего периода наших наблюдений был относительно неизменным и включал следующие виды: Coleps hirtus, Epistylis bimarginata, Vorticella campanula, Aspidisca costata. При этом анализ химических данных сточных вод свидетельствует о достаточно широком диапазоне толерантности к разнообразным факторам среды у Coleps hirtus, Aspidisca costata, эти инфузории встречались при самых различных нагрузках на активный ил.

Наибольшее видовое разнообразие Ciliata отмечалось летом 2006 г. В этот период в биоценозе активного ила присутствовали представители всех трофических уровней.

Первый уровень представлен инфузориями-седиментаторами, обладающими достаточно большой флоккулирующей способностью (за счет выделения большого количества слизи, способствующей слипанию бактерий и других пищевых частиц): Paramecium bursaria, Stentor polymorphus, Epistylis bimarginata, Vorticella campanula. В этот же период впервые для активного ила данных очистных сооружений были обнаружены относящиеся к классу Peritricha инфузории Thuricola similis, имеющие домик в форме вытянутого бокала, ножка которого сильно сужена. В каждом таком домике достаточно четко различимы две особи различной длины, прикрепленные к его основанию одним коротким стебельком. В доступной нам литературе мы не нашли оценки индикаторной роли обнаруженной инфузории. Однако, если учесть химические показатели на момент взятия проб и состояние биоценоза в целом, можно (предположительно) связать ее присутствие с достаточно хорошей очисткой воды.

Второй трофический уровень представлен инфузориями-«глотателями»: Chilodonella uncinata, C. cucullulus, Aspidisca costata.

Хищные инфузории – Euplotes affinis, Litonotus lamella (третий трофический уровень) – встречались единично.

Наблюдения позволили установить периодичность появления представителей последнего трофического уровня, таких многоклеточных организмов как тихоходки и коловратки. Особенно многочисленными в активном иле в июле и августе 2006 года были крупных и средних размеров Tardigrada. Важно отметить при этом активное размножение: каждая вторая отмеченная особь была с яйцами (от двух – до 8).

Таблица. Фауна инфузорий очистных сооружений г. Борисоглабск

Примечание: «–» – отсутствие вида; * – приведенные цифры соответствуют количеству особей, обнаруженных в 0,15 мл; в – весна, л – лето, о – осень, з – зима.

Таким образом, летом 2006 года активный ил очистных сооружений г. Борисоглебск можно охарактеризовать как удовлетворительно работающий. Характерным является большое разнообразие простейших, особенно ресничных инфузорий, но с небольшим количественным преобладанием какого-либо из видов. Присутствовали представители четвертого трофического уровня, что положительно влияет на степень очищения воды от органических загрязняющих веществ за счет повышения интенсивности обмена. Полагаем, что выявленная структура комплекса одноклеточных и многоклеточных организмов активного ила аэротенков указанных сооружений по очистке сточных вод может свидетельствовать об их эффективной реакционной способности, позволяющей обеспечивать достаточно хорошую очистку.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 127-128.

УДК 594.141:574.64

Т. В. Чорномаз

Житомирський державний університет, Житомир, Україна

EFFECT OF THE HEAVY METAL IONS
OF AQUATIC ENVIRONMENT ON UNIONIDAE

T. V. Сhernomaz

ZhytomirStateUniversity, Zhytomir, Ukraine

Небезпечність важких металів для гідробіонтів пов’язана з багаторічним збереженням їх у водних екосистемах і біологічною активністю багатьох із них. Тривале забруднення водойм невеликими концентраціями важких металів викликає у двостулкових молюсків, зокрема у перлівницевих, морфофізіологічні та біохімічні адаптації (утворення металотіонеїнів).

Матеріалом служили 110 екз. перлівниці Batavusiana musiva gontieri Bourguignat, 1881. Об’єктом дослідження були ізольовані препарати миготливого епітелію зябер і переднього краю ноги цих молюсків. У токсикологічних дослідах використано хлориди хрому, кадмію та цинку. Розчини токсикантів готували на основі розчину Рінгера для холоднокровних тварин. За допомогою мікроскопу БИОЛАМ Р–15 (×203) встановлювали час повного пригнічення активності війок миготливого епітелію, який позначили як показник тривалості їх биття.

Йони важких металів викликають зміни у функціонуванні війок миготливого епітелію, що можна розглядати як один із симптомів патологічного процесу, зумовленого отруєнням молюсків іонами важких металів. Цей процес носить фазовий характер. Перша з фаз – це фаза «байдужості». Вона зафіксована за дії на молюсків 5·10^–4–1·10^–3 г/дм³ Cr³⁺, 3·10^–4–5·10^–4 г/дм³ Zn²⁺, 1·10^–4–3·10^–4 г/дм³ Cd²⁺ у розчині. У межах цих концентрацій не зареєстровано змін у роботі війок миготливого епітелію.

Друга фаза – фаза підвищення активності. На цьому етапі процесу отруєння мобілізуються захисні властивості організму й активуються відповідні фізіологічні та біохімічні процеси. Концентрації 1·10^–3–3·10^–2 г/дм³ йонів хрому, 5·10^–4–3·10^–3 г/дм³ йонів цинку, 3·10^–4–5·10^–4 г/дм³ йонів кадмію викликають збільшення тривалості биття війок миготливого епітелію на 25,7–41,7 % порівняно з контролем.

Найтоксичнішим із досліджених йонів важких металів для ізольованих клітин миготливого епітелію перлівницевих є кадмій. Концентрації його у середовищі, котрі викликають початкові стадії процесу отруєння, та концентрації йонів кадмію, що спричиняють різке скорочення тривалості биття війок миготливого епітелію, набагато менші, ніж йонів хрому та цинку. Незважаючи на той факт, що цинк вважається найменш токсичним для гідробіонтів серед обраних важких металів, отримані нами відомості свідчать, що миготливий епітелій має до нього вищу чутливість, ніж до хрому.

Третя фаза процесу отруєння – «депресія». Вона відповідає концентраціям 3·10^–2–2 г/дм³ Cr³⁺, 3·10^–2–8 г/дм³ Zn²⁺, 5·10^–4–8 г/дм³ Cd²⁺. У межах цих концентрацій відбувається скорочення тривалості биття війок миготливого епітелію порівняно з контролем. Четверта та п’ята фази, які зазвичай швидко йдуть одна за одною, – це сублетальна та летальна. Вони спостерігаються за 2–16 г/дм³ Cr³⁺, 8–32 г/дм³ Zn²⁺, 8–64 г/дм³ Cd²⁺ у розчині. На першій із них відбувається миттєве припинення биття війок миготливого епітелію після стикання досліджуваного матеріалу з розчином токсиканту, на другій − воно відсутнє.

Найбільше руйнування клітин миготливого епітелію спостерігаються за дії на молюсків кадмію. Хром і цинк викликають невеликі зміни в клітинних мембранах. Катіони важких металів у розчині концентруються поблизу поверхні цитоплазматичної мембрани, утворюючи подвійний електричний шар. Вони знижують величину поверхневого потенціалу та підвищують проникність мембрани. Внаслідок цього спостерігається масова втрата клітинами йонів Mg, Ca, K, необхідних для нормальної життєдіяльності. Падіння потенціалу на мембрані призводить до розладнання дихання та фосфорилюваня. Зменшення метаболічної активності, а саме зниження дегідрогеназної активності та вмісту АТФ, супроводжується сповільненням биття війок миготливого епітелію.

Також нами зафіксовано порушення йонами важких металів цитоплазматичної мембрани клітин миготливого епітелію. На початкових етапах руйнування цих структур за дії летальних концентрацій вказаних токсикантів спостерігається вихід цитоплазми назовні крізь пошкоджені ділянки клітинних мембран. Цей процес посилюється в умовах тривалої дії високих концентрацій йонів важких металів і ускладнюється поступовим відокремленням клітин одна від одної.

Завдяки наявності фізіологічних і біохімічних пристосувань перлівницеві можуть існувати у незмінному стані у середовищі, параметри якого відхиляються від оптимальних. Однак його різка зміна, викликана інтенсивним зростанням концентрації йонів важких металів у воді, неодмінно призведе до уповільнення темпів росту та скорочення тривалості життя перлівницевих, а надалі − до повного зникнення популяції у забрудненій акваторії.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 125-126.

УДК 574.587:[574.63+556.531.4] (26.04)

А. И. Цыбульский, А. А. Морозова

Институт гидробиологии НАН Украины, Киев, Украина, acybula@ukr.net

CURRENT ECOLOGICAL STATUS OF THE SAMARSKYBAY
ON THE BASIS OF HYDROCHEMICAL
AND HYDROBIOLOGICAL INDICES

A. I. Tsybulskyy, A. A. Morozova

Institute of Hydrobiology of NAS of Ukraine, Kiev, Ukraine, acybula@ukr.net

Река Самара является источником водоснабжения для промышленных и сельскохозяйственных предприятий Днепропетровской области, в связи с чем актуальность сохранения ее экосистем очевидна. Низовья реки, в особенности Самарский залив, относятся к территориям с «критическим» и «кризисным» состоянием природной среды. Здесь происходит суммирование сбросов высокоминерализованных шахтных вод Центрального и Западного Донбасса, а также неочищенных промышленных и коммунальных сточных вод. Донные отложения токсичны для рыбы и бентоса. Цель работы – оценка современного состояния качества воды Самарского залива по трофо-сапробиологическим (эколого-санитарным) показа­телям, а также на основе состояния донных сообществ (по биотическому индексу Вуддивиса).

В основу исследования легли материалы 1987, 1992, а также 2004–2005 гг. Для определения пространственного распределения и оценки влияния сброса сточных вод отбор проб проводили на различном расстоянии от города Новомосковск: станция 1 – выше города на относительно чистом участке реки в окрестностях с. Орловщина (вершина Самарского залива); 2 – ниже города в пределах зоны 3 км под мостом у с. Новоселовка; 3 – в устье Самарского залива (низовье водохранилища) под Новым мостом г. Днепропетровск (в 23–25 км от г. Новомосковск), а также в р. Кильчень в 4 км выше устья – станция 4.

Воды реки Самара и, особенно, Самарского залива во все периоды наблюдений характеризовались повышенным содержанием биогенных элементов, оказывающих определяющее влияние на уровень развития и жизнедеятельности гидробионтов, а также на процесс эвтрофикации природных водоемов. Сравнение данных 1987–1992 и 2005 гг. показало дальнейшее ухудшение экологической ситуации в бассейне реки по гидро­химическим показателям (табл. 1).

Таблица 1. Динамика содержания компонентов химического состава
воды р. Самара (мг/дм³, средние значения)

За последнее десятилетие произошло существенное накопление в воде реки Самара соединений азота и фосфора, что свидетельствует о наличии значительного количества сточных вод, поступающих в нее. Содержание растворенного органического вещества по перманганатной окисляемости (ПО) оставалось достаточно высоким и равномерно распределялось по акватории Самарского залива.

Согласно экологической классификации по трофо-сапробиологическим (эколого-санитарным) критериям вода Самарского залива относится: по азоту аммонийному – к III–IV классу (4–6 категории) воды, по азоту нитритному – к III–V классу (4–7 категории), по фосфору фосфатов – к V классу (7 категории). То есть, в реке наблюдается повсеместное изменение качества воды к классу (категории) IV «грязная». По всем изученным гидрохимическим показателям река загрязнена даже в точке контроля (станция № 1),что свидетельствует об общем критическом экологическом состоянии воды Самарского залива.

Более полную картину изменений экологического состояния Самарского залива дает анализ биологических данных. Выделены компоненты экосистемы, находящиеся под угрозой загрязнения: риски загрязнения речных вод (HWR), донных отложений (HWS), риск деградации сообщества донной фауны (HBSF) и риск деградации сообщества зообентоса (HBZBT) – все с высокой степенью реальности их осуществления и крайне нежелательными оценками размеров. Так, изменение состава и структуры бентоса отмечено во временном и пространственном аспекте. Наибольшее видовое богатство сообществ донной фауны отмечено в пробах бентоса у с. Орловщина (станция № 1) (табл. 2).

Таблица 2. Донная фауна Самарского залива

Примечание: N – численность (экз./м²), B – биомасса (экз./м²), + – показатели не рассчитывались.

Характерна бедность фауны и полное отсутствие групп организмов, чувствительных к загрязнениям. По численности доминируют хирономиды и олигохеты, по биомассе – V. viviparus. Ниже г. Новомосковск наблюдается трансформированный депрессивный биоценоз донной фауны с низкой численностью организмов. Видовое богатство снижается с 10–15 до 2–3 видов (Polypedilum nubeculosum Meigen, 1818, Asellus aquaticus Linnaeus, 1758), которые являются индикаторами органического загрязнения водной среды. Показатели численности и биомассы бентоса снижаются до 160 экз./м² и 0,01 г/м² на станции 2 и на станции 3–40 экз./м² и 0,10 г/м², соответственно. Отсутствие в пробах живых моллюсков при достаточно большом количестве створок V. viviparus и Dreissena sp. (десятки в дночерпателе Петерсена с площадью захвата 0,025 м²), также свидетельствует о негативных изменениях донной фауны.

Наблюдается переход параметров водной среды по биотическим показателям донной фауны от III класса – «загрязненная» к IV классу – «грязная». Согласно экологической классификации прослеживается тенденция ухудшения экологического состояния акватории Самарского залива на две категории – от «умеренно загрязненных» вод к «очень грязным».

Экологическое состояние Самарского залива требует неотложных мероприятий по его охране и восстановлению на основании изучения, как гидролого-гидрохимических, так и гидробиологических процессов. Вместе с тем, проблемы неудовлетворительного экологического состояния реки носят локальный характер. Несмотря на значительное поступление загрязняющих веществ с водами р. Самара, не установлено существенного загрязнения р. Днепр, что обусловлено значительным разбавлением стоков днепровской водой.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 123-125.

УДК 574.583:556.115

А. Е. Усов

Черниговский государственный педагогический университет им. Т. Г. Шевченко,
Чернигов, Украина, usov_alex@hotbox.ru

ASSESSMENT OF THE SENSITIVITY OF SAPROBITY INDICES
FOR PHYTOPHILOUS MACROINVERTEBRATES
AND ITS CONNECTION WITH DIVERSITY INDICES

A. Y. Usov

T. G. Shevchenko State Pedagogical University of Chernihiv,
Chernihiv, Ukraine,  usov_alex@hotbox.ru

Существует ряд подходов к расчету индекса сапробности, что усложняет сравнение и интерпретацию полученных данных. Отдельным вопросом является использование показателей разнообразия при индикации загрязнений водных экосистем. В связи с этим целью исследования было проведение сравнительного анализа чувствительности различных модификаций индексов сапробности для фитофильных группировок макробеспозвоночных и оценка их связи с показателями разнообразия.

Материалом для работы послужили сборы августа 2005 г. Исследования проводили на примере р. Десна в районе впадения р. Белоус, воды которой загрязнены сточными водами коммунального предприятия «Черниговводоканал». Фитофильные зооценозы исследовали на пяти станциях имеющих различный уровень загрязнения. Контрольная станция (ст. 1) расположена на расстоянии 150 м выше по течению от устья Белоуса. Химические и биологические показатели указывают на отсутствие загрязнения. Макрофиты хорошо развиты, доминируют осоки, среди погруженной растительности – рдест пронзеннолистный. Устьевой участок реки Белоус (ст. 2) вследствие сбросов характеризуется низким содержанием кислорода и малой прозрачностью воды, отмечены значительные концентрации биогенных ионов и органических веществ. Среди высшей водной растительности фрагментарно встречается роголистник погруженный. На расстоянии 35 и 100 м ниже устья Белоуса по течению на Десне расположены станции 3 и 4 соответственно. Характеристики данных станций схожи, по сравнению с контролем понижается прозрачность воды, наблюдается снижение содержания кислорода, повышение концентраций биогенов. Значительно развита высшая водная растительность с доминированием стрелолиста, роголистника и рдестов. Последняя станция (ст. 5) находится на расстоянии 500 м от устья Белоуса вниз по течению. Также характеризуется значительным развитием макрофитов. Доминирует стрелолист, среди погруженных растений – роголистник. Физико-химические показатели начинают приближаться к таковым в контрольной станции.

Отбор проб проводили согласно принятым в гидробиологии методам, используя водные грабли и гидробиологический сачок. В каждой изучаемой станции отбирали одну смешанную пробу весом 500–600 г состоящую из 3 проб извлеченных с интервалом 1–3 м. Пробы немедленно обрабатывались – извлекались беспозвоночные, после чего их фиксировали и в лаборатории проводили идентификацию до вида. Извлеченные макрофиты взвешивали для определения сырой массы. Численность организмов приводили на 1 кг сырого веса растений.

Сапробиологический анализ проводили с использованием пяти различных подходов. В качестве показателей разнообразия использовали общее количество видов, количество таксономических групп беспозвоночных (за учитываемую группу принимали классы беспозвоночных, для насекомых – отряды, а для отряда двукрылых – семейства), а также рассчитывали информационный индекс Шеннона (бит/экз.).

Максимальные и минимальные значения индекса Шеннона по численности и общего количества видов наблюдаются в одних и тех же точках (табл.). Минимальные значения – в устье Белоуса, а максимальные – на расстоянии 100 м от устья вниз по течению. Причин увеличения количества видов после смешения вод может быть несколько, можно предположить, что в непосредственной близости от устья наблюдается сложение «видов Белоуса» и «видов Десны», также возможно загрязненные органическими веществами воды Белоуса, смешиваясь с относительно богатыми кислородом водами Десны, обеспечивают лучшее развитие микрофлоры и соответственно макробеспозвоночных.

Таблица. Показатели разнообразия в изученных точках

Иной характер имело распределение количества таксономических групп макробеспозвоночных в контрольных точках. Хотя разброс значений показателя был не таким большим, как для количества видов, его динамика хорошо коррелировала с уровнем загрязнения. Минимальное значение наблюдалось в наиболее загрязненной точке – устье, а максимальное – в контрольной. Чувствительность полученных индексов сапробности оценивали при помощи коэффициента вариации и по величине разницы между значениями индексов в контрольной станции и наиболее загрязненной. Наиболее чувствительным оказался индекс сапробности рассчитанный по методу Зелинки–Марвана в модификации Тодераша, близок к нему по значениям индекс сапробности рассчитанный по методу Пантле–Букка в модификации Сладечека. Связь показателей разнообразия и индекса сапробности рассчитанного по методу Зелинки–Марвана в модификации Тодераша оценена с помощью регрессионного анализа – построены графики зависимости с подбором уравнений регрессии, а также рассчитан коэффициент ранговой корреляции Спирмена (r). Следует отметить, что пять пар значений, несомненно, мало для проведения такого анализа.

Зависимость между общим количеством видов и значением сапробности не была выраженной (r = –0,36; р = 0,55). Между количеством групп зоофитоса и показателем сапробности отмечена сильная обратная зависимость (r = –0,97; р = 0,005). Линия тренда между значениями индекса Шеннона по численности и значениями сапробности рассчитанной по методу Зелинки–Марвана в модификации Тодераша может быть описана полиномом второй степени, абсолютные значения показателей разнообразия снижаются в области как малых, так и больших значений сапробности.

Таким образом, наибольшую чувствительность при оценке органического загрязнения по группировкам фитофильных организмов погруженных макрофитов имеет индекс сапробности, рассчитанный по методу Зелинки–Марвана в модификации Тодераша. Значения индекса сапробности нелинейно коррелируют с индексом видового разнообразия Шеннона.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 121-123.

УДК 574.583

В. А. Трошков

Северный филиал ПИНРО, Архангельск, Российская Федерация, victor@sevpinro.ru

PLANKTON SPECIES COMPOSITION IN SMALLLAKES
OF KOLVARIVER BASIN (BOL’SHEZEMEL’SKAYA TUNDRA AREA)

V. A. Troshkov

Northern Branch of PINRO, Arkhangelsk, Russia, victor@sevpinro.ru

Материалом для данной работы послужили летние (август) сборы зоопланктона на небольших озерах различного происхождения в 1995–2005 гг. Работы носят мониторинговый характер и их целью служит наблюдение за состоянием экосистем данных водоемов и выявление возможных изменений в них в результате антропогенных нагрузок.

Фитопланктон. За указанный период исследований обнаружено и определено около 250 видов и форм фитопланктона. Наиболее разнообразно представлены Bacillariophyta (122 таксона), Chlorophyta (84 таксона) и Cyanophyta (42 таксона). Chrysophyta и Euglenophyta представлены 1–2 видами. Среди диатомовых водорослей наиболее богато по числу видов представлены роды Cymbella, Navicula, Nitzschia, Stauroneis, среди зеленых водорослей – роды Closterium, Scenedesmus, Staurastrum, Staurodesmus. Из синезеленых водорослей наиболее разнообразно представлены Anabaena и Gloeocapsa.

Зоопланктон. Всего за период исследований обнаружено и определено более 93 различных таксонов зоопланктона. Наиболее разнообразно представлены Cladocera (35 таксонов), Copepoda (31 таксон) и Rotatoria (23 таксона). Одним видом были представлены листоногие раки (Phillopoda) и тремя – инфузории (Ciliophora). Обнаруженные ветвистоусые рачки относятся к представителям 7 семейств: Sididae, Holopedidae, Bosminidae, Daphniidae, Chydoridae, Polyphemidae, Macrothricidae. При этом половина всех видов относится к одному семейству – Chydoridae. Среди Copepoda наибольшее представительство имеют виды, относящиеся к подотряду Cyclopoida (17 таксонов). Хотя в количественном отношении практически во все года они уступали Calanoida. Последние были представлены семействами Diaptomidae (8 таксонов) и Temoridae (4 таксона). Harpacticoida отмечены в незначительных количествах и представлены двумя таксонами. Коловратки (Rotatoria) представлены 23 таксонами, относящимися к 9 семействам: Asplanchnidae, Brachionidae, Conochilidae, Euchlanidae, Filiniidae, Leconidae, Notommatidae, Synchaetidae, Trichocercidae.

Показана межгодовая изменчивость видового состава, как фито-, так и зоопланктона. В ра­боте обсуждаются возможные причины изменчивости в структуре планктонных сообществ.

Zoocenosis — 2007
 Біорізноманіття та роль тварин в екосистемах: Матеріали ІV Міжнародної наукової конференції. – Дніпропетровськ: Вид-во ДНУ, 2007. – С. 120-121.